Формула магии

Глава 14. Новая попытка

Плацдарм, отвоёванный у декана, был крошечным и шатким, но он существовал. И это давало мне не только право дышать свободнее, но и опасную, пьянящую смелость. Если он признал силу расчёта в магии других, значит, в самой системе была брешь. Прореха, в которую можно было просунуть не только палец, но и… нечто большее.

Мысль о той крошечной, идеально круглой искорке, что я создала в своей каморке, не давала мне покоя. Это было не заклинание. Это было нечто иное. Чище. Точнее. И теперь, с новой долей уверенности, я решила пойти дальше. Не просто использовать математику для анализа чужих заклинаний. Совместить её с созданием своего.

Мой «экспериментальный стенд» в каморке снова ожил. На этот раз я была осторожнее. Я принесла из библиотеки самые простые, базовые свитки с заклинаниями начального уровня — «Светлячок» (создание шарика мягкого света) и «Лёгкий толчок» (кинетический импульс). Я не собиралась их повторять. Я хотела их разобрать на части. Как часовой механизм.

Я сидела ночью за столом, заваленным бумагами, при свете коптящей лампы. Я выписывала жесты, мысленные образы, описанные в свитках. Потом попыталась перевести их на свой язык. Жест — это вектор, амплитуда, направление. Мысленный образ — это… что? Переменная? Константа? Функция, задающая параметры эффекта?

Это было безумно сложно. Я чувствовала себя слепым котёнком, тыкающим лапкой в клавиши рояля в надежде извлечь мелодию. Но я была упряма.

Я взяла за основу «Лёгкий толчок». Самое простое. Выброс кинетической энергии.

Я закрыла глаза, отбросив описанный в свитке мысленный образ «толчка». Вместо этого я представила себе уравнение. F = m * a. Сила равна массе на ускорение. Массы у меня не было. Был условный «объект приложения силы». Я мысленно задала ему «массу» X. «Ускорение» Y. Я представила вектор — не «хочу толкнуть», а чёткую линию с началом и концом.

Я воспроизвела жест, но не как магический пасс, а как физическое действие с заданными параметрами — скоростью, траекторией.

И… ничего.

Тишина. Пустота.

Разочарование, горькое и кислое, подкатило к горлу. Я была так уверена! Я почти чувствовала, как должно сработать!

Я открыла глаза, готовясь сдаться, и тут заметила. Воздух перед моей ладонью… дрожал. Не так, как в прошлый раз. Иначе. Он не просто вибрировал — он искривился. Словно пространство само на мгновение сложилось в невидимую, упругую призму. И от этой призмы пахло озоном и… статическим электричеством.

Я инстинктивно одёрнула руку. Дрожание прекратилось.

Что это было?

Это не было заклинанием. Это не было и точной, чистой формулой, как в прошлый раз. Это было нечто промежуточное. Гибрид. Неудачный, сырой, но… реальный.

Сердце заколотилось уже не от страха, а от азарта. Я была на правильном пути! Я смогла не просто создать эффект «с нуля». Я смогла исказить само магическое поле, используя расчёт вместо мысленного образа!

Это было опасно. Непредсказуемо. Но это работало.

Я снова попыталась. На этот раз я попробовала не толчок, а «Светлячок». Я представила не «шарик света», а частицу с определёнными свойствами — яркостью, длиной волны, временем свечения.

Жест. Мысленная подстановка значений в воображаемое уравнение.

На этот раз эффект был видимым. На кончиках моих пальцев вспыхнуло нечто. Не шарик. Не искорка. А… геометрическая фигура. Крошечный, идеально ровный светящийся куб. Он просуществовал долю секунды, испустив резкий, белый, безжизненный свет, и погас, оставив после себя пятна в глазах и всё тот же запах озона.

Я отшатнулась, ударившись спиной о стену.

У меня получилось. Снова. Я не создала заклинание. Я создала… его математическую модель. Его идею, обличённую в свет и энергию.

Это было нечто совершенно новое. И совершенно пугающее. Потому что это значило, что я могу создавать эффекты, которых не было в природе этого мира. Эффекты, которые никто, даже декан, не смог бы предсказать или повторить.

Восторг от открытия длился ровно до первого же звука за дверью — скрипа половицы в коридоре. Лёд страха мгновенно пронзил горячий пыл азарта.

Кто-то мог услышать.

Я замерла, вжавшись в стену, затаив дыхание. Сердце колотилось так громко, что, казалось, его эхо должно разноситься по всей Академии.

Мои глаза метнулись к груде исписанных листков на столе. Улики. Спрятать. Нужно было всё спрятать. Сейчас же.

Я бросилась к столу, сгребла все бумаги, все свитки в беспорядочную кучу и сунула их под койку, в самый тёмный угол.

«Успокойся, Таня, успокойся, — твердила я себе, чувствуя, как трясутся руки. — Никто не мог заметить. Никто не приходил. Это просто скрип старых половиц…»

Но паника не отступала. Она сжимала горло, заставляя дышать часто и поверхностно. Я представила себе его лицо. Декана. Его ледяные глаза, если бы он узнал. Это было бы не просто увольнение. Это было бы… исчезновение. Меня, моих формул, всего, что связано со мной. Стерли бы в порошок, как опасную аномалию.

Я просидела так, прислушиваясь к каждому шороху, ещё добрый час, пока сердцебиение не утихло, а страх не превратился в привычную, фоновую тошноту. Нужно было быть осторожнее. Гораздо осторожнее. Больше никаких экспериментов в каморке. Это было самоубийственно.