Формула магии

Глава 18. Магический сбой

Тишина в Академии была обманчивой. Всего через два дня после нашего странного ночного разговора её разорвал оглушительный, низкочастотный гул, исходивший из самого сердца здания — из Отделения прикладной магии. Он был похож на стон пробудившегося великана, и он не стихал, а нарастал, наполняясь треском ломающихся заклинательных контуров и шипением вырвавшейся на свободу маны.

Я как раз вела семинар по оптимизации малых заклинаний, когда стёкла в окнах задребезжали, а с потолка посыпалась пыль. Студенты вскочили с мест, столпившись у окон.

— Что это? — испуганно спросил кто-то.
— Взрыв в лабораториях? — предположил Даррен.
— Нет, — тихо сказал Кай, прислушиваясь. Его лицо стало серьёзным. — Это не взрыв. Это сбой. Мана-реактор в Отделении прикладной магии. Слышите, как воет?

Тут же в коридорах раздались оглушительные тревожные колокола, и голос, усиленный магией, пронесся по всем этажам:

«ВНИМАНИЕ! АВАРИЯ В СЕКТОРЕ ТРИ! ВСЕМ СТУДЕНТАМ ОСТАВАТЬСЯ В КЛАССАХ! ПРЕПОДАВАТЕЛЯМ — НЕМЕДЛЕННО ПРИСТУПИТЬ К ЭВАКУАЦИИ ИЗ СМЕЖНЫХ ЗОН!»

Двери в наш класс с силой распахнулись. На пороге стоял Арден Вэйрос. Его лицо было бледным от ярости и сосредоточенности, глаза горели холодным огнем.

— Инструктор, с вами! — бросил он, его взгляд на секунду зацепился за меня, и в нём читался не приказ, а необходимость. — Остальным — построиться и следовать за старшим по группе к главному выходу. Без паники! Кай, на вас ответственность!

Он уже развернулся и побежал по коридору, и я, не раздумывая, бросилась за ним. Мы неслись по вздрагивающим коридорам, мимо перепуганных студентов и преподавателей, пытающихся навести порядок. Воздух с каждой секундой становился гуще, пахнул озоном и гарью, а тот низкий гул пронизывал всё тело, заставляя вибрировать кости.

Мы ворвались в главный холл, и картина, открывшаяся нам, была апокалиптической. Центральный атриум, над которым располагалось Отделение прикладной магии, был заполнен клубящимся, переливающимся всеми цветами радуги туманом — это была видимая, одичавшая мана. От неё исходили разряды энергии, которые били в стены, оставляя глубокие, оплавленные трещины. С потолка падали обломки штукатурки и камня. Где-то в глубине, за этой пеленой, было слышно, как кричат люди — они были заблокированы в аудиториях и лабораториях на верхних этажах.

В центре хаоса метались несколько преподавателей во главе с самим ректором Кордэном. Они пытались создать магический барьер, чтобы сдержать расползающийся энергетический шторм, но их объединённых сил едва хватало, чтобы он не прорвался в основные крылья Академии.

— Держите щит! — кричал Кордэн, его лицо было искажено напряжением. — Не дайте ему распространиться в библиотечное крыло!

Вэйрос, не теряя ни секунды, влился в их круг, и его мощная, сфокусированная энергия тут же укрепила светящийся купол. Но было ясно — они лишь сдерживали угрозу, не в силах её ликвидировать. А люди там, внутри, были обречены.

— Нужно эвакуировать тех, кто на верхних этажах! — прокричал он через плечо. — Но сквозь этот хаос не пробраться! Любой магический щит будет разъеден за секунды!

Я стояла в стороне, чувствуя себя абсолютно бесполезной, и смотрела на этот бушующий котёл энергии. И вдруг мой мозг, отточенный неделями расчётов, заработал сам по себе. Я не видела магию. Я видела процесс. Нестабильный, яростный, но подчиняющийся каким-то законам. Энергетические разряды били не хаотично. Они следовали по пути наименьшего сопротивления, стремясь к точкам с наибольшим перепадом мана-потенциала.

Это была гигантская, смертоносная, но всё та же задача по физике.

— Я могу рассчитать! — крикнула я, не думая о последствиях.

Все взгляды, включая горящий взгляд Вэйроса, устремились на меня.

— Что? — рявкнул он.

— Я могу рассчитать безопасный коридор! — закричала я, перекрывая гул. — Временный проход в энергетическом поле! Он будет недолгим, но его хватит, чтобы вывести людей!

Лиам, стоявший рядом с ректором, скептически фыркнул, но Вэйрос смотрел на меня с тем же выражением, что и в ночь у камина — с смесью недоверия и вынужденной надежды.

— Говорите! — приказал он.

— Мне нужен план здания! И… и наблюдатель! Кто-то, кто сможет видеть потоки энергии и корректировать мои расчёты в реальном времени!

— Я буду наблюдателем, — немедленно отозвался Вэйрос, и его голос не оставлял места для возражений. — Ректор, продолжайте удерживать щит! Орвелл, с ней! Она будет говорить, вы — передавать мне!

Лиам, бледный, кивнул. Кто-то из стражников тут же раскатал передо мной на полу большой пергамент с планами Академии.

Я упала на колени, схватив кусок угля. Мир сузился до линий на пергаменте и того гула, что я ощущала кожей. Я не была магом. Но я была математиком. И эта катастрофа была всего лишь гигантской, вышедшей из-под контроля системой уравнений. А я знала, как такие системы решать.

Мои пальцы, испачканные углём, летали по пергаменту, вырисовывая не магические руны, а стрелки векторов, изолинии мана-поля, зоны нестабильности. Я кричала Лиаму данные, голос срывался от напряжения:

— Здесь! Градиент падает! Разряд последует через три секунды по оси Y! Предупреди его!
— Сектор G-5! Поле стабилизируется на пять секунд, это окно!