Формула реальности

Эпизод пятый

Двадцать дренеев-паломников прогрохотав копытами по дощатому настилу пирса, покинули территорию порта. Никто не проявлял к ним никакого интереса, насколько обыденным стало паломничество к месту последнего пристанища короля Вариана Ринна.

И точно, паломники предсказуемо свернули направо, прошествовали по уже мощённой камнем дороге до ступеней пешеходной лестницы ведущей наверх, в сам город. Там, дренеи опять свернули направо и, пройдя всего один квартал, достигли цели путешествия, мемориального комплекса короля людей, верховного лидера альянса.

По причине обычного дня, было малолюдно, как на улицах, так и вокруг усыпальницы.

Только редкие прохожие да стража с одобрением взирали как паломники, окружив могилу Вариана Ринна двумя полукольцами, преклонили колени.

И ведь так простоят несколько часов, а то и суток, ни разу не шелохнувшись да бормоча своим непонятным богам молитвы.

Что сказать, тешило самолюбие людям и прочему населению Штормграда, такое почтение к павшему на поле брани королю.

Хотя, чего тут скрывать, многие в альянсе считали, что уцелей Ринн в той битве на Расколотом берегу, никакой войны с ордой бы не случилось.

Увы, пал в неравной схватке король, умер от смертельной раны мудрый тролль Вол'джин, совершив напоследок весьма странное деяние, возведя на тон орды Сильвану Ветрокрылую.

Такое решение тогда повергло в шок многие фракции. И не только потому, что во главе патриархальной орды впервые оказалась женщина. Мало для кого было секретом, что королева банши испытывала некоторые симпатии к Вариану Ринну. Та, каким то чудом сохранившаяся эльфийская частичка, чудом сохранившаяся в её изменённой душе, тянулась к столь харизматичному мужчине.

Но Вариан старший пал и теперь только гадать, забыл умирающий Вол'джин об этом факте, или надеялся, что симпатия Сильваны перейдёт и на Андуина.

Как бы то ни было, но умирающий король тоже король и его слово закон, Сильвана взошла на престол.

Воцарение Сильваны совпало с открытием последнего подарка от главы Пылающего легиона, Саргераса.

Там, в некогда забытом Силитусе, сейчас торчал величественной вершиной меч падшего титана. Пылающий легион не смог убить Азерот, но нанёс напоследок смертельную рану.

Вот здесь бы орде и альянсу вновь объединить силы, но как всегда вмешался третий фактор.

Раненая планета начала исторгать доселе неизвестный минерал азерит. Даже поверхностное знакомство с его свойствами показал, непреложный факт, - Кто владеет данным ресурсом, будет владеть миром.

В Силитус незамедлительно потянулись старатели, как орды, так и альянса. Конечно, без стычек за россыпи не обошлось, но не они спровоцировали войну.

Несмотря на то, что Оргриммар был ближе, а Штормград на другом континенте, всё решили быстроходные корабли ночных эльфов. Пока бронированные, но тяжёлые корабли орды огибали континент, летящие по волнам парусники ночных эльфов успевали сделать пять-шесть рейсов.

Альянс опережал орду, и тогда Сильвана, прервав шаткое перемирье на время битвы с Пылающим легионом, нанесла подлый удар.

Азерот содрогнулся от чудовищного преступления. В огне гигантского пожара стонало мировое древо Тельдрассил. Но его глас был ничто на фоне криков боли и ужаса многих тысяч жителей Дарнаса.

И не ответить на это Альянс не мог. Ход был не менее жестоким и дерзким. В родовую вотчину Сильваны, Подгород.

И хотя война укрепила авторитет молодого короля, а позиции Сильваны пошатнулись, силы орды и альянса оказались истощены. Начался поиск союзников с обеих сторон.

Кул-Тирас, Зандалар по сути ничего не изменили, просто очередной виток в противостоянии. А время работало на королеву банши.

Успел догореть день, пролетела ночь и солнце нового дня уже проделало треть своего пути по небосводу, прежде чем паломники, дружно как по команде поднялись на ноги. Затем без всякой команды монахи выстроившись колонной по два, чётко, по-военному покидая Покой Льва.

Ничего удивительного, продолжение привычного маршрута паломников: Соборная площадь, Собор света, и усыпальница Тиффин Эллериан Ринн на городском кладбище.

Что собственно и произошло, разве что более наблюдательный взгляд мог отметить, что из собора к усыпальнице последовало уже не двадцать, а восемнадцать паломников.

Но ни стража, ни тем более жители не обратили на это ни малейшего внимания. Паломников же так много, кто их считает?

Также не заметили прихожане в соборе, как от группы дренеев-монахов незаметно, за спинами остальных, отделилось два паломника и проследовало в проход, ведущий в подземелье. Оное, собор Света имел как всякий другой уважающий себя храм.

Пророк Велен, а это был именно он, неспешно шагал по не раз хоженым камням коридора, с низким сводчатым потолком.

Чуть позади него держался молодой экзарх, выполняющий функции и охранника, и порученца, и секретаря.

Невесёлые думы терзали пророка. Уже сам факт, того, что его пригласили инкогнито, говорил: случилось явно что-то недоброе.

Да, все победы, празднования объявлялись в королевском дворце и прилегающей площади. Но дворец на то и дворец, чтобы быть на виду, а значит, никакая тайна в нём не живёт. Потому всё известия, не предназначенные для посторонних ушей, все стратегические решения принимались здесь, в потайной комнате собора укрытой мощнейшим магическим пологом.

Но что скажите, может быть хуже того факта что альянс умирает? Да-да, именно умирает, хотя сейчас ничего внешне не говорит об этом. Вон, даже удалось потеснить орду на островах.

Именно так может теснить здоровяк напавшего на него в тёмной подворотне разбойника. Казалось, злодей уже понял свой просчёт и больше не нападает, наоборот, только уклоняется от ударов.

Да недолго здоровяку торжествовать, нож любителя лёгкой наживы все же успел его задеть. Пусть рана совсем неглубокая и кровотечения почти нет, а яд знает своё дело.