Фотовспышка

Часть 2. Суоми. Пролог. Олавинлинна.

Впервые Жеми испытала чувство удивления в шесть лет. Сейчас с высоты своего возраста она могла бы сказать, что пробуждению этого чувства способствовало две вещи: отношения между отцом и дочерью в легенде и то, что это был единственный раз, когда она слышала хоть что-то о родине мамы.

Миколай лежал на мягком ковре у камина, листая что-то в телефоне и тихо шмыгал, тяжело дыша: соседский мальчик разбил ему нос за то, что не смог обойти его в какой-то компьютерной игре. На этом недолгая дружба закончилась. Оликка сидела на диване рядом с Жеми, тихо объясняя ей разницу между некоторыми оттенками синего. Девочка зевала, боролась со сном, и пыталась внимательно слушать мать.

- Мама, а что это? – резко подскочив, Миколай едва справился с головокружением. Экран телефона практически влепился в лицо Оликки. Она нахмурилась и сердито посмотрела на сына. – Прости. Это замок, да? Я сегодня в игре видел точно такой же!

- Дай посмотреть, - мягким движением женщина забрала телефон. Нахмурилась сильнее, потом сделала пару глубоких вдохов и выдохов и сказала. – Да, это крепость в Финляндии. В детстве нас несколько раз водили туда на экскурсии. Красивое место, хотя я не очень любила тогда всякую историю.

- Как можно не любить историю? – удивленно заявил Миколай.

- А как можно не любить искусство? – с улыбкой спросила в ответ Оликка. Брат Жеми надулся. Сама девочка уставилась на них, замерев с «это лазурный» на губах. Она приподнялась на коленях и заглянула в телефон. Под фото большими буквами висела надпись – Легенда об Ингнель.

- Мааам? – протянула Жеми, обращая внимание Оликки на слова. – Что за легенда? Расскажи.

- Кажется, вам еще рановато про нее слушать – не поймете.

- Тогда расскажи так, чтобы мы поняли, - совсем серьезно ответила Жеми.

- Тогда для вас история будет короткой, - Оликка похлопала на место рядом с собой, зовя Миколая сесть. Жеми забралась к ней на колени. – Помните вашего прадедушку Оскара? Он родом из России. Россия воевала в древности очень много, и со Швецией больше всех. Этот замок на фото построили именно шведы, и в одну войну русские пытались захватить Олафсборг – так он называется. Тогда появилась эта легенда о шведской девушке Ингнель. Она полюбила врага и втайне виделась с ним. Отец ее был комендантом крепости.

- Комен… кем? – переспросили Жеми и Миколай в голос.

- Комендант замка – это самый главный руководитель. Продолжать? – дети кивнули. – Однажды Ингнель не смогла встретиться со своим любимым – он не пришел на встречу. Тогда она решила выйти за пределы Олафсборга. Ее заметили. И обвинили в предательстве. Даже отец ей не поверил, когда она рассказала правду, и приказал замуровать в стены замка.

- Что, живую? – удивленно воскликнул Миколай. Оликка только кивнула и погладила его по голове.

- Теперь там растет рябина. У нее красные ягоды и белые цветы, которые напоминают об Ингнель.

Жеми сидела не шелохнувшись с широко раскрытыми глазами. Сердце словно остановилось.

- Но… но ведь она его дочь! – с трудом проговорила она. Оликка внимательно посмотрела на девочку, чувствуя, как дрожат руки. Это была вторая эмоция, которая пробудилась в дочери. Женщина едва сдержала слезы.

- Ты удивлена?

- Что? - спросила она мать. – Я не… я не знаю. Просто… Это же его дочка? Разве мог бы наш папа так сделать?

Оликка прижала девочку к себе.

- Это просто легенда, детка, - покровительственно проговорила она. – Не думай об этом так серьезно. Легенды придумывают, чтобы было интереснее туристам осматривать всякие места. У нас в Буживале тоже их полно.

Миколай с улыбкой наблюдал за сестрой. Она ему всегда казалась очень забавной. Особенно сейчас. Эмоции на лице были такими живыми, что хотелось сфотографировать ее в этот момент.

Жеми не могла понять, как можно так жестоко поступить со своим ребенком. Пока несколькими годами спустя Миколая не увезли в больницу с простреленным плечом. Девушка спрашивала себя: стоит ли ей бояться собственного отца?