Французский поцелуй

глава 23

Анри

Утром подъехал к общежитию кулинарной академии чуть раньше оговорённого срока. Набрал сообщение Элли, что уже приехал. Нажав кнопку "отправить" увидел, как по тропинке к главным воротам кто-то спешит. Спрятав телефон в нагрудный карман зимней куртки, пошёл на встречу.

Встретились мы с Элли, это оказалась именно она, где-то на середине пути.

― Доброе утро мой "снежный ангел", ― произнёс, касаясь губами её тёплой щеки.

― Доброе… а почему "снежный ангел"? ― переспросила удивлённо.

― Потому что ты вся в белом: полушубок, шапка, шарф.

― Тогда ты моя полная противоположность ― тёмный ангел.

 Вместе с Элли Не спеша направились в сторону припаркованной за углом академии машины. Оглядев себя с ног до головы, согласно кивнул. По случайному стечению обстоятельств я был одет в тёмное.

Занятная из нас парочка ― ангел и демон.  

Наше одиночество длилось не долго и ровно в четыре утра на той же дорожке появились три "принца сладостей". Случайно услышал в коридорах академии. Забавное прозвище, но им подходит.

Эта мысль заставила меня улыбнуться. Когда все уселись в салон, повернул ключ зажигания и вырулил с временного парковочного места. До нужного места добрались быстрее чем рассчитывал. Это даже к лучшему. Больше времени нам всем только на руку.

Переодевшись в униформу кондитера, все вместе вошли на кухню отеля, где нас уже ждала команда моего друга-кондитера из трёх человек. Как оказалось, что их шоколатье работает над другим заказом.

"Что ж, будем работать с кем бог послал".

Распределив обязанности между всеми восьмью членами команды под моим началом, приступили к работе. Себя тоже не забыл загрузить работой.

Через пятнадцать минут работы, понял, что командная работа ни к чёрту. Мои ребята работали, как часы, а вот эти опытные товарищи ни в какую не желали работать под моим руководством.

Моё терпение закончилось, после очередных пяти минут, потраченных в пустую на тщетные попытки заставить работать подручных своего друга-кондитера одной большой командой.

Времени оставалось всё меньше до назначенного срока сдачи торта. Меня это совершенно не устраивало, поэтому решил открыто поговорить с ними:

― Так стоп. Остановились все.

На кухне наступила тишина.

― Леди и джентльмены, я понимаю, что вы не в восторге работать под моим началом и это взаимно, ― начал я обращаясь к стоящим передо мной людям. От моего ледяного тона ребята за моей спиной тоже притихли, ― Только вот таким своим наплевательским отношением к делу вы подводите своего же шефа.  И я не имею ввиду себя. Давайте не будем попусту тратить наше с вами драгоценное время, которого скоро станет катастрофически не хватать, а лучше поскорее выполним заказ клиента и мирно разойдёмся.

― Хорошо, ― ответили работники стройным хором.

― Вот и договорились. Тогда все возвращаемся к работе.

Уложились минута в минуту, а могли бы и раньше закончить, если бы команда кондитеров моего друга, не тратила время на ненужное упрямство из-за работы под моим руководством.

Сделал зарубку себе на будущее: "не соглашаться больше работать с этими людьми".

 Уже в машине на обратном пути, брат поинтересовался:

― Слушай, а чего эти стариканы взбрыкнули, не желая работать с тобой?

― Ты сам ответил на свой вопрос, Ник, ―  ответил усмехнувшись, ― ты бы хотел работать под началом шефа младше себя?

― Зависит от его профессионализма.

― Ну, вот видишь… а они видимо не были уверены в моём профессионализме, поэтому осторожничали или скорее присматривались ко мне.

― Чего там к тебе присматриваться, ― рассмеялся братишка, ― пусть телик включат на кулинарные каналы и дело в шляпе.

― Это такой тонкий намёк, на то, что я там уже примелькался?!

― Да мне фиолетово, бро…

― И на том спасибо, ― рассмеялся я.

Высадив всех возле общежития уехал. Наступило Рождество. Не знаю каким чудом, но мне удалось зарезервировать столик в обеденное время в одном из ресторанов Лондона. Там мы с Элли и отмечали праздник.

Вечером рука об руку гуляли по городу любуясь сверкающими огнями иллюминации, которыми была украшена в основном центральная часть города.  

 Проводил Элли домой, уже ближе к полуночи. Ещё какое-то время мы стояли обнявшись. Она не хотела отпускать меня, ну, а я как ни странно сам не хотел уходить.

Сделав над собой усилие, отстранил девушку от себя и запечатлев на её приоткрытых от удивления губах прощальный поцелуй, вскочил в подъехавшую за мной машину друга.

 Утром, первым же рейсом вылетел в Париж. Дела, будь они не ладны, сами не переделаются.