Freedom in exchange for love
«Ода забвению»
Я — не женщина. Я — тень от портрета,
Выцветший силуэт на витрине стекла.
Я жила не словами, а эхом запрета,
Где душа — из фарфора,
А боль — из пера.
Я носила не платья,
а формы приличия.
Слог в диалоге — выверен,
пульс — в уставе.
Он дарил мне миры —
без единого истинного.
Я тонула в свободе,
что шла по канве.
Он был сдержан и чёток,
как выстрел на сцене,
Как куплет партитуры
в беззвучной тюрьме.
Я — статичная птаха
в орнаментной клетке,
Без крыла. Без греха.
Но до дрожи — в вине.
Я ушла не из страха —
из вечного ступора.
Из попытки остаться
в себе — не в рабе.
В Рождество, в снегопад,
в ниоткуда и — в будущее,
Что не ждёт, но
молчит и лежит на тропе.
Где никто не зовёт.
И никто — не узнает.
Где дыхание — в раны,
а имя — в строку.
Где и свет не спасает,
и тьма — не стращает.
Лишь бесшумная мысль:
«Я жива... не могу».
И тогда — он.
Из детства, как память о смехе.
Слишком жив. Слишком дерзок.
Без нужной вины.
Он не знал моих травм.
Он смеялся над эхом.
И протягивал руку —
как бы мимо вины.
Он не клялся. Не звал.
Не просил и не мучал.
Просто был. Просто грел.
Просто знал мою суть.
А во мне поднималась
та самая — сущая:
Что когда-то умела
не прятать весну.
Я — не стала свободной.
Я стала собой.
Не героиней чужого
великого плана.
Но той, что идёт
по забытой тропе
и дышит сквозь страх,
и живёт — несмотря.
Я не знаю, кто прав:
Бог, свобода, случайность.
Но когда он смеётся —
мир выдыхает.
Отредактировано: 29.07.2025
Добавить в библиотеку 