Фрейлина Её Высочества

Глава 4.2

527 г.

Закончить шахматную партию мы ожидаемо не успели. Слуги пришли с известием о завтраке как раз когда ладья принцессы «съела» моего коня.

Завтрак накрыли, вопреки моему ожиданию, прямо у принцессы в комнате. Я-то, наивная, представляла большую столовую, в которой каждое утро собираются монаршая семья с придворными. Шикарный стол с шелковой скатертью, золотые сервизы и замершие у стены гвардейцы…

Впрочем, завтрак, накрытый в комнате у принцессы, скромным назвать было нельзя. С полдюжины основных блюд, десяток разных десертов, огромные тары с фруктами, кувшины с морсом. Я с легкой опаской покосилась на принцессу, не совсем понимая, как она будет это всё в себя впихивать.

Оказалось, не будет: поела леди Изабелла хоть и плотно, однако со стола не исчезло и четверти блюд. Меня принцесса тоже пригласила за стол, и я, наверное, согласилась бы, но вовремя перехватила предупреждающий взгляд Ринды и вежливо отказалась.

А после завтрака началась настоящая каторга.

Для начала, не успели слуги унести всю посуду обратно на кухню, как в комнату заглянул дворецкий (просветила меня о том, что это – дворецкий, разумеется, Ринда). Принёс огромную стопку бумаг, аккуратно перевязанную атласной ленточкой, торжественно водрузил её на письменный стол и удалился.

Изабелла с Риндой выжидающе уставились на меня. Я нервно сглотнула, не понимая, чего от меня хотят. И не спросишь ведь… Ринда попыталась кивком головы указать мне на принесенную стопку, но не пойду же я самолично вскрывать письма принцессы?

Наконец, леди Изабелла поняла, что ждать инициативы с моей стороны бесполезно и, горестно вздохнув, сообщила:

- Конечно, Джита, мне будет угодно ответить на утреннюю корреспонденцию.

«Утреннюю? А это ещё вечерняя будет?!» - с трудом удержала я почти слетевший с языка вопрос, с почти священным ужасом глядя на внушительных размеров стопку писем и открыток.

Не знаешь, что ответить – сделай реверанс. Этому замечательному совету я и последовала, после чего, сообразив наконец, что мне нужно сделать, засеменила к столу. Дернула за скрепляющую письма ленточку, и бумаги веером рассыпались по столу. Краем глазом заметила, как принцесса с какой-то вышивкой расположилась на стоящем возле стола диванчике. Ринда не спешила уходить, напряженно наблюдая за тем, как и что я буду делать. Вытащив письмо наугад, я аккуратно взломала печать, прокашлялась и принялась зачитывать:

- Пишет герцог Ре’Вердерс, письмо отправлено двадцатого числа сего месяца. «Да хранит Триликий Ваше Сиятельное Высочество! Позвольте высказаться…»

- Да ты что, вообще ничего не умеешь? – с каким-то отчаяньем в голосе вскрикнула Ринда.

Я запнулась. Её Высочество, хоть и выглядела крайне раздраженной, всё же наградила камеристку ну очень недружелюбным взглядом, после чего та поспешила удалиться. Принцесса Изабелла прикрыла глаза и глубоко вздохнула, видимо, успокаиваясь. Потом заговорила:

- Джита, если ты будешь полностью зачитывать мне каждое письмо… в общем до вечера не управимся. Читаешь про себя, мне озвучиваешь только имя отправителя и краткое содержание письма. Впрочем, если там ничего важного – поздравления с Днём Возвышения, например, или ещё что-то в таком духе – можешь даже не говорить ничего, просто пиши ответ. Первое письмо я тебе продиктую, остальные можешь переписать по этому образцу. – Добавила она, наткнувшись на мой испуганный взгляд. – Если же это приглашение куда-то, или конкретный вопрос – я скажу тебе, что должен содержать ответ, и ты его напишешь. Нечего смотреть на меня такими испуганными глазами, перо бери!

Полтора часа утомительной работы длились, казалось, вечность. С трудом выводя аккуратные каллиграфичные буковки онемевшей от усталости рукой, я молилась о том, чтобы эта пытка наконец закончилась.

Я не успела ответить на все письма, когда в комнату постучал лакей с приглашением на завтрак. Я недоуменно воззрилась на него: вроде же уже завтракали?

Оказалось, завтрак полагался вовсе не один, а целых два. И вот второй завтрак в точности соответствовал моим ожиданиям: тут тебе и монаршая семья, и напудренные придворные, и личная гвардия короля.

На всём этом празднике жизни я удостоилась места по левую руку от принцессы, ещё два места слева от меня пустовали. Напротив сидели, заинтересованно на меня глядя, фрейлины Её Величества королевы Беатриссы Лавинии Кольдерс – их можно опознать по вензелю, похожему на тот, что крепился к моему платью, только не розового цвета, а алого. Враждебности в их взглядах я не заметила. В прочем, оно, наверное, и понятно: новое лицо при дворе, как-никак, вдруг окажется высокой шишкой, и доказывай потом, что не осёл. Высокой шишкой я, конечно же, не была, но они об этом пока не знали, вот и старались держаться нейтрально.

Фрейлин Её Величества было сразу целых пять, и красотой они уж точно не могли похвастаться. Наверное, специально таких подбирали, чтобы ненароком не затмили королеву. Принцессе в этом плане было попроще: она отличалась поразительной красотой, и все фрейлины, взятые разом, не годились ей и в подмётки.

Украдкой оглянулась, словно опасаясь, что кто-то может подслушать мои мысли. За такое неуважение к великим мира сего и до плахи ведь недалеко…

Не смотря на обилие блюд на столе, ела принцесса совсем немного – можно сказать, вообще почти не ела. Ещё бы: сложно остаться голодным после того завтрака, что подали ей в комнату. Смысл подобного оставался для меня загадкой, однако я старалась поражать поведению Её Высочества, справедливо полагая, что так меньше шансов выкинуть что-то из ряда вон.