Френдзона. Она под запретом

Глава 9

Глава 9

Лев

А вот Булочке, видимо, было не всё равно. И чем ей Лера не угодила? Даже слушать не захотела, куда мы ходили и о чем говорили. Как я ни пытался начать разговор, она меня прерывала и шла заниматься каким-то типа важным делом, только я понимал, что она намеренно избегает разговора. Что с ней такое?

– Тай, – постучался я в ее дверь, прислушиваясь, и открыл ее, решив забить на церемонии.

– Я не разрешала! – возмутилась она, вытаскивая наушники из ушей и бросая их на кровать. Я обежал взглядом подругу, сидящую по-турецки с ноутбуком на диване. Крышку она захлопнула.

– Мне надо стучаться? Вот это новости, – сложил я руки на груди и прислонился к косяку, застыв в проеме. Раз не позволено входить, буду стоять тут.

– А вдруг бы я…

– Вдруг бы ты что? – спросил я, задумавшись на секунду. Что бы она такого могла делать, что заставило бы меня осторожничать и ждать разрешения войти? Сложно было это даже представить.

– Лёв, что ты хотел? – буркнула она.

– Вообще-то, пожелать тебе спокойной ночи. Но, если ты занята, я пойду.

Развернувшись, я хотел уже уйти, чувствуя внутри обиду на свою подругу. С того момента, как мы приехали, она странно себя ведет. Да и в машине что-то бурчала себе под нос. Подозрения заставили меня остановиться и задать вопрос.

– Тебя обидели в тату-салоне?

– Что? – Булочка нахмурилась и посмотрела на меня с удивлением. – С чего ты взял?

– Ты сама не своя.

– Меня никто не обижал, – сказала эта упрямица, теребя волосы за кончики. Она так всегда делала, когда нервничала.

– Я же вижу, Тай, – вздохнул я, прошел в комнату и сел на ее диван, подогнув ногу под себя и протянув руку к ее. Сжал ладошку подруги, ища взглядом ответ в ее глазах. – Ты обиделась, что мы с Лерой не остались в салоне?

– Вот еще, – фыркнула она, стараясь выглядеть равнодушно. – Я там прекрасно провела время и без вас. Зачем бы мне лишние зрители?

– Тогда в чем дело? – испытующе посмотрел я на нее.

– Ни в чем, Лёв, – вздохнула она, приваливаясь к моему плечу и сворачиваясь в калачик, что делала в моменты крайнего расстройства. – Всё меняется, и мне трудно это принять…

– Что именно? Я всё тот же, как и ты. А это самое главное. А к остальному мы привыкнем.

– Ты отдаляешься от меня, Лёв. Думаешь, я не вижу? – завела она разговор, к которому я был совершенно не готов. – Раньше всё было по-другому…

«Раньше у тебя не было груди», – мелькнула в голове дурацкая мысль, за которую я готов был пустить себе пулю в лоб. Как и вырвать глаза с руками, которые стали совершенно мне неподвластны. Как бы я ни пытался не замечать в Тае женщину, убеждая себя, что она всё еще моя Булочка, я то и дело на ней зависал! И ведь не вела же себя как-то развязно, в отличие от той же Леры, которая весь вечер открыто себя предлагала!

– Всё по-прежнему, Тай, просто мы взрослеем, и нам обоим нужно личное пространство, но это вовсе не значит, что мы отдаляемся, – пытался я убедить больше себя, чем Таю.

– Раньше нам и без этого пространства было хорошо, – пробурчала она, крепче обхватывая меня за торс и пряча лицо у меня на груди. Она словно пыталась влиться в меня. – У меня такое чувство, что я тебя теряю, и мне оно не нравится.

– Ну что за глупости, Тай? Куда я от тебя денусь? – сжал я ее крепче, перетаскивая под ее тихий смех к себе на колени. – Я твой с самого начала, забыла? Кто ел за тебя брокколи в детстве? – вспомнил я любимую присказку своего отца, он любил поговаривать, что в детстве я так переел этой гадости, что теперь даже вид этого овоща для меня невыносим, в отличие от Булочки, которая ела его с огромным удовольствием.

– Ты! Мой Шарпейка! – хихикнула она, забыв про свою грусть и хандру.

Тая

На коленях у Лёвы было так хорошо и уютно, что я не хотела с них слезать. Устроилась на нем, вцепившись руками в талию и положив голову на плечо. Знакомый аромат окутал меня и подарил чувство идиллии. Я впала в настоящую эйфорию, не желая отпускать Лёву. Ни к кому.

Сегодняшнее занятие в тату-салоне, о котором я так мечтала, было безнадежно испорчено, стоило другу со своей новой пассией выйти за порог…

Всё, о чем я могла думать, так это о том, куда они пойдут и что будут делать. А вдруг они поцелуются? Кто сделает первый шаг? Вдруг Лёва? Лера же некрасивая, неужели она ему нравится? У нее нос длинный и волосы пестрые, плохо прокрашенные, а ноги кривоватые, она, когда идет, немного косолапит.

Даже понимая, что придираюсь, я не могла остановиться и всё искала новые и новые изъяны в ее внешности. Одевается странно, и похудеть бы не помешало, а еще она глупая!

О чем они будут разговаривать? Лёва же сойдет с ума от скуки. Или, если они станут целоваться, ему это будет неважно? Черт!

Медведь сдался в попытках растормошить меня, и в итоге я сбежала в туалет, где рассматривала свое лицо, ища изъяны уже в нем. Фу, ну что за глупости? Разозлившись на саму себя и на Лёву заодно, я просто молчала по дороге домой, а потом закрылась в комнате и поспешила открыть профиль Леры, чтобы найти фотки, которые она обязательно должна была загрузить. Как же не похвастаться новым парнем?

Но ничего найти я не успела, в комнату вошел Лёва.

Из меня рвались саркастичные вопросы типа того, что он решил наконец вспомнить о своей любимой подруге, но он, как никто, умел меня успокоить. Нашел нужные слова. И теперь я сидела на его коленях и чувствовала себя очень глупой.

Самое ужасное, что чувствовала я не только это. Потершись носом о футболку друга, я попыталась изгнать из головы глупые мысли, например, о том, так ли нежна на ощупь кожа на его горле, как выглядит? Что будет, если прижаться к ней губами? Попробовать языком… Господи, ну что за мысли! Это же Лёва! Если бы он узнал, о чем я думаю, точно бы решил, что я сошла с ума!

– Лёв? – позвала я его.

– Ммм?

– А давай погуляем завтра? Только ты и я, – думая о том, как сделать так, чтобы свести к минимуму его встречи с Лерой, предложила я. – Могли бы сходить на каток в торговый центр.