Фрея. Окончание времён

8. Отец и сын

Автор

Дома как всегда хорошо, но могло быть ещё лучше, если бы члены семьи жили в согласии. К сожалению, так не бывает и хотеть этого всё равно что мечтать о мире в разгар войны.

Разговор с Майком ранним субботним утром резко, хотя вполне ожидаемо, раскрасил день в мрачные краски и не пришёл к логическому завершению. Тому было нелегко смотреть как сын шатается из угла в угол лишь с одним желанием покинуть дом. Так сложно было заинтересовать его чем-то кроме футбола, но Том всё же попытался, чем “натянул нить” отношений между ними ещё сильнее.

-Нет, пап, я не буду ковыряться в этом хламе, прости, - отрезал Майк и уселся на кресло-качалку, в котором любила читать Фрейлин, - я помог тебе убраться в саду, хотя моя голова просто раскалывается!

-Перестань, сынок! - с улыбкой заявил отец, - сегодня день, когда мы можем спокойно заняться делами всей семьёй. Как давно мы этого не делали.

-А зачем? Надо признать, что у каждого здесь свои увлечения, и их нужно уважать!

-Конечно, нужно! - Том всеми силами пытался предотвратить конфликт, - я знаю, как ты хочешь сбежать на поле. Но не сегодня. Глянь, какие собираются тучи!

Майк едва заметно поднял глаза вверх.

-То же самое было вчера, и никакого дождя не последовало!

-А сегодня может последовать, - парировал Том.

Я обещал ребятам, что приду. У нас скоро соревнование! Неужели ты не понимаешь, для меня это важно! - стоял на своём обиженный Майк.

-Понимаю, сынок. Ты много тренируешься, это похвально. Но, то, что я рассказал вам вчера, не шутки. Всё серьёзно. Хочешь ты этого или нет, но ситуация в мире меняется, и это нужно принять.

Майк нервно выдохнул, но промолчал.

-Послушай, сын. Правила придумываю не я, того требуют элементарные меры предосторожности, от которых зависит жизнь.

-Я знаю, отец. Но мне кажется, все раздули этот вирус до пандемии! Это обычный грипп! Что в нём страшного!

-А то, что люди умирают, это не страшно? Майк, это не грипп, далеко не тот грипп, к которому привыкло человечество! Это нечто другое, более беспощадное, и мы до сих пор не знаем всех его возможностей.

-Но Бен и Марта с соседней улицы выздоровели! А они тоже попали под тот дождь, что и бабушка! Джон из моей команды тоже переболел.

-Это не вирус, о котором идёт речь, Майк.

-А что это тогда?

-Простой ОРВИ, не больше.

-А мне кажется, что каждый воспринимает этот вирус по-разному. Я крепкий, и болею в лучшем случае раз в год, так что нечего бояться.

-Не ищи отговорок, Майк, ты никуда не пойдёшь! - повысил голос Том, а потом сделал тон мягче, заметив, как ощетинился сын, - мы не знаем, какой точно у этого вируса инкубационный период. Твои друзья могут быть заражены.

-Мы все уже можем быть заражены.

-И это верно.

Пару секунд молчания. Том снова взял на себя труд восстановить взаимопонимание.

-Не злись, сын. Побудь пока дома. Так будет лучше для всех.

Так не стал бунтовать. Пару дней он был дома, но руки так и чесались схватить мяч. А ноги - по нему как следует ударить.

Следующий разговор между отцом и сыном состоялся в самый неблагополучный для него момент. Том устал от раздумий и телефонных звонков. А Майк устал притворяться, что сидя дома он отыскал себе хоть какое-то развлечение.

-Ты умный парень, Майк! - рявкнул Том, - ты можешь многого добиться.

-Я уже выбрал свой путь, отец.

-Я рад. И ты молодец, что так скоро определился. Но я не хочу, чтобы через время ты разочаровался в своём выборе. Мой дед до сорока лет был боксёром, пока ему не вынесли зубы, а его брат любил лыжи, но сломал ногу, скатившись со снежной горы в Швейцарии. Оба стали преподавать в институте.

-Хочешь сказать, меня ждёт тоже самое? - заметно разозлился Майк.

-Конечно, нет, сынок, - смягчился отец, - но мама говорила, у тебя была травма.

-Вот именно, была! А у кого в спорте их не бывает?

-У всех бывает, ты прав, - присел в кресло Том, - я просто хочу, чтобы ты был счастлив.

-Я буду счастлив, если мне не будут указывать, где счастье!

-Я не указываю…

-А что ты тогда делаешь? - огрызнулся сын, - я всегда делаю что-то не так, разве нет? Мне ведь нужно иногда выходить из дома и заниматься любимым делом вместо того, чтобы тухнуть за книгами, как Фрейлин! Ей ты никогда не указываешь, поскольку уверен, что в своём выборе она идеальна. Думаешь, я ничего не понимаю? Ты ведь всегда её больше любил! Следовать правилам у неё в крови.

-Майк, перестань…

-А разве я не прав? Я был мальчиком, но помню блеск в глазах своего отца, когда родилась его дочь, - тон его голоса наполнялся яростью.

-Такой же блеск был в тот день, когда он получил сына, - парировал Том, понимая, что в сыне говорит чистой воды ревность.

-Может быть! Но…, - Майк прервал свою тираду на пару секунд, будто подыскивая новые обвинения, - вы всей семьёй придумывали ей необычное имя, а меня ты назвал в первый же день, когда был пьян.

-Я не был пьян. Я выпил, потому что был безмерно счастлив. Послушай, сын, так нельзя…

-Что нельзя? В нашей семье запрещено говорить правду?

-Не это я имел ввиду.

-А что же?

-Майк…

-Нет, я хочу знать! Ты постоянно цепляешься ко мне, пытаешься поправить.

-Не поправить, а направить.

-Вот именно. Направить туда, куда мне не нужно.

Миг напряжённого молчания, и Майк громко огласил своё решение.

-Я иду на тренировку!

Он не вышел, а выбежал из кабинета отца, словно боясь, что его здесь закроют. Дверь с треском захлопнулась.

Том снова опустился в кресло, искренне не понимая, что только что произошло. Он честно пытался оправдать сына, но выходило это чересчур плохо. Майк в последнее время словно “с катушек слетел”, и это выражение, озвученное Джулией тихо и в спальне, начинало всё лучше и лучше подходить под описание сего конфликта. Майк всегда был упрям, но теперь это упрямство нарастало по экспоненте. Вспышка гнева и недопонимания прошла, а за ней обнажились острые, как иглы, мысли о себе. Возможно, он сам не прав? Майк не сказал об этом прямо, но точно намекнул на то, что Том - не такой уж и хороший папа.