Фрося, или Путь к Ефросинии

Глава 12

Допивалась третья чашка кофе, разбавленного молоком, когда взгляд Ефросинии упал на папку. Ту самую папку, которая была оставлена в автобусе одним из пассажиров. Вещь нужно вернуть хозяину и сделать это сегодня – твердо решила Фрося. И стала собираться «в город». Так она с детства привыкла называть любой выход по делам из квартиры – будь то в школу или магазин. Просто бабушка так выражалась, которой раньше, чтобы выбраться в районный центр, называемый среди местных «городом», приходилось преодолевать перелесок, речной паром, глинистую дорогу и еще пройти асфальтом пару остановок. И даже когда бабушка гостила у детей и внуков в крупном городе, тем не менее про любой выход из квартиры говаривала «в город пошли».

Так вот и сейчас, Фрося, собиралась «в город» почему-то тщательнее, чем на работу контролером, будто готовилась на свидание или собеседование. «Ах, как давно не бывала на свидании!» - поймала она себя на мысли, да почти никогда – Артем-то особо не приглашал, так студенческие прогулки, а до него… ну разве что пару раз, да и то совсем не серьезно, без ресторанов и поцелуев под луной, о которых пишут в стихах и поют в песнях.

По указанному адресу, обнаруженному в документах, находящихся в папке, Фрося решила добраться на такси – слишком отдаленный и незнакомый для нее район пригорода, к тому же на общественном транспорте за последнее время она досыта наездилась в рабочие будни.

- Здравствуйте, - скромно поздоровалась Фрося с водителей подъехавшего автомобиля.

- Бонжур, сеньорита, - промурлыкал в ответ в кожаной куртке со стильно выстриженной бородкой мужчина и прокатил своими выразительными глазами по ее образу.

И тут Ефросиния подумала: не уж перестаралась? Каблуки, красная юбка, куртка с меховым воротником, кудри, яркие ногти и грим – не часто она позволяла в последнее время так выглядеть! А главное, ощущать себя – женщиной. И тут же себя успокоила: а кто я? Женщина. Значит, и нужно быть и ощущать себя таковой. И взмахнув кокетливо яркой юбкой, присела на соседнее от водителя переднее сидение автомобиля.

На удивление вопросов не последовало. Зато в салоне заиграла красивая музыка и зазвучали строки про «День радости». Удивительный аккомпанемент – ну конечно, это Борис Гребенщиков. Ефросиния вслушиваясь в слова и мелодию, вдруг ощутила вот он, день радости, сегодня, сейчас. И каждый день может стать Днем радости. Нужно не забыть поделиться этим открытием с блокнотом.

Вскоре такси доставило ее по нужному адресу. Таксист выскользнул из машины и галантно приоткрыл ей дверцу. Ого, такого обращения она еще не встречала! Вот стоило только расправить крылья, нарядиться и создать мейкап. Хотя главное тут, наверное, расправить крылья. С каждым днем, и особенно с переездом в тетину квартиру ситуация с том, что ее бросил Артем, купив в тайне себе жилье и заведя любовницу с их кафедры, и ее уход с преподавательской стези, меркла, тускнела, теперь уже не воспринималась личной трагедией, а словно какой-то неизбежностью, которая событийным рядом ворвалась в ее жизнь, закрутилась, завертелась, чтобы вконец переплестись, и словно перекати поле, проскочить уже мимо ее души, оставив самое главное Ефросинии – ее живую душу, ее женское достоинство и любящее сердце.

Компания называлась ООО «Арго-строй». Следуя указателям, Ефросиния вышла к лифту. Просторный стеклянный холл с зеркалами – сразу видно, фирма заботится о своем имидже в деталях. На стенде рядом с лифтом значилась информация по отделам и ответственным лицам – где, кого искать и в каком кабинете. Ефросиния сразу узнала знакомую фамилию, значившуюся в документах: Яговкин Кирилл Аркадьевич. Ого, мне к генеральному директору! И что он только делал в городском автобусе?

Ни капли не колеблясь, Фрося поднялась на третий этаж и направилась в приемную.

Возможно, уже начался обед, подумала она, заметив на телефоне время, приближавшееся к полудню. Хотелось передать документы растеряше прямо в руки. Наверняка, у него бойцовская секретарша и так просто к директору не попасть. Ну уж тут, как есть. Главное, выполнить миссию.

Дверь приемной была приоткрыта. Ефросиния шагнула в проем. Средних лет женщина смотрела в монитор, в этом же помещении над папками склонился мужчина. Наверное, директор.

- Здравствуйте.

- У нас встреча. Нас не предупреждали.

- Внизу никого не было, - будто оправдываясь, пояснила Фрося. И тут же четко проговорила: «Мне нужен Кирилл Аркадьевич!»

Из-за стола, в ту же секунду оторвавшись от монитора, отрапортовала секретарша: «К директору только по записи и по важным вопросам!».

Но мужчина уже был весь во внимание.

- У меня важный вопрос, - проговорила Ефросиния.

- И в чем он? Слушаю Вас. Пройдемте, - на дверь внутреннего кабинета указал Яговкин.

- Кирилл Аркадьевич, похоже Вы кое-что потеряли, - и Ефросиния положила перед гендиректором синюю папку.

- Да Вы что, где Вы нашли эту папку! – радостно воскликнул Яговкин, вцепившись в находку руками.

- В автобусе – 38-м маршруте, - ответила Фрося.

Яговкин перебирал бумаги руками.

- Кажется, все на месте. Знали бы Вы насколько это важные документы от партнеров, без них подрывается один успешный совместный проект, здесь уже с подписями, печатями, сметой, а признаваться в потере и просить копию не представлялось возможным.

- Как же тогда Вы оставили такие важные документы? – проронила вопрос Ефросиния и тут же пожалела о сказанном, все-таки перед ней сам гендиректор! Но уже поздно. В конце концов, не ее же это начальник!

- Племянник попросился курьером подработать. И в первый же день накосячил по крупному! Машина у него сломалась, папка потерялась! – в этот момент Яговкин напоминал Фросе сердито рычащего льва.

- Уволили?

- Не взял, - сухо ответил директор. – Не пряники по детским саддам развозить.

- А думаете развозить детям пряники – менее важно? – оскорбилась за детей Ефросиния, столько лет протрудившаяся педагогов: студенты – то же дети!