Фрося, или Путь к Ефросинии

Глава 22

У Ефросинии завершалась первая неделя в «Строй-Агро». К этому времени она создала видеоролик о новом строящемся жилкомплексе компании, на который получила рецензию Дозорцевой «не дурно».

- Значит, вообще нормуль. Молодец ты, - подбодрил Роман Ефросинию. – Кстати, в выходные на корпоративный пикник собираешься?

- А это уместно? Ведь без главного шефа меня толком всему коллективу и не представили, - засомневалась Фрося.

- Конечно, уместно. Для этого корпоративы с выездами на природу и проводятся, чтобы люди там друг с другом неформально пообщались и поближе познакомились.

- Думаю, ты прав, - согласилась Ефросиния, подумав, не рано ли перешла к Роману на «ты», и представила, как обновит новый стильный спортивный костюм кофейного цвета и белые сникеры.

Дома, примеряя обновки, поймала себя на мысли, что подумала о Романе: прикид должен заценить! И тут же взгрустнула о всей ситуации, если бы рядом оказался Андрей… Прижаться бы к его плечу и никого больше не надо. Но Андрея, как говорится, нет и в помине. А жить надо здесь и сейчас. Поэтому подготовка к корпоративному выезду продолжилась.

Когда автобус с коллегами припарковался к базе отдыха «Целебный ручей», Ефросиния вдруг ощутила, насколько ее душа и тело хотят отдыха. Поскольку Романа в автобусе не наблюдалось, Ефросиния решила, что он прибудет на своем авто. Не видно было также и Галины Генриховны.

И пока часть коллектива занималась приготовлением обеда, а часть отправилась в парилку, она решила просто прогуляться по перелеску и добраться до ближайшей конефермы. Прогулка на скакуне доставила ей массу положительных эмоций – как же давно она не сидела на лошади! А это не велосипед, это под тобой умное животное, с которым происходит непосредственное во время езды общение. И тело Ефросинии с радостью откликалось на движения лошади. Надо как-нибудь заняться конными прогулками серьезнее, подумала Фрося, которой еще с детства хотелось освоить бег рысью. Сидя верхом на лошади, Ефросиния любовалась осенними пейзажами, еще она думала о том, что в каждом человеке есть его внутренний врач, который живет своей таинственной жизнью. Но к нему можно и нужно прислушиваться, поскольку именно он владеет силой здоровья и неизменно заботиться о человеке, помогает грамотно распределять силы, восстанавливать их. Поэтому так важно дружить со своим внутренним врачом, чувствовать свой организм.

Вернувшись в коллектив, Фрося присоединилась к тем, кто трудился над столом, с удивлением отметив, что Романа по-прежнему не было.

К самовару, который придавал деревянной гостиной особый антураж, начали присаживаться первые вышедшие из парилки, среди сложившихся пар Ефросиния увидела две неожиданные для себя. Одна из них был Роман с девушкой, которой Фрося прежде в коллективе не видела – видимо со своим самоваром. Второй парой оказалась Галина Генриховна с Кириллом Аркадьевичем. Вот это дела!

- Налейте нам, пожалуйста, чаю, - официальным обращением окликнул застывшую у самовара с заварочным чайником Ефросинию Роман. Не в силах сопротивляться, сглотнув то ли от неожиданности, то ли от обиды Фрося, молча, повиновалась его просьбе. Вот, значит, как! А она-то, Фрося, уж подумала, что у нее с ним симпатия завязалась. И он тоже хорош, то с ней всю неделю щебетал обеды напролет, мимо совместных проектов, то теперь делает вид, что едва знакомы. Эх, Фрося, Фрося. Весь остальной день у нее пролетел, как во сне. И только под вечер, когда к ней подсели девчонки из отдела кадров и бригады подрядчиков, с вопросом: «А почему вы такая грустная?» - Ефросиния буквально встрепенулась: неужели так заметно? – и действительно, почему она должна быть грустная только потому, что некий Рома притащил на корпоратив деваху, а ее не замечает. Кто он ей? Вот именно – просто коллега.

И мысленно представив себя ревнивую, грустную, печальную, обиженную и в то же время она напомнила себе, что в ней живут мудрая, сильная, умная, красивая женщина и окутала себя – такую разную неким чувством достоинства. А из достоинства уже как-то обижаться на молодого инженера оказалось напрасным занятием – она была выше этого! Ефросинии было о чем подумать и о чем поговорить этим вечером, тем более к ней приближались Яговкин с Дозорцевой.

- Добрый вечер, - вальяжно поздоровалась с Фросей Галина Генриховна. И глотнув из бокала, обращаясь уже к Яговкину добавила:

- Кирилл, а ты не ошибся с кандидатурой по пиару. То, что нужно подыскал. Способная девушка, - Дозорцева озарила шефа, как ей казалось, блистательной улыбкой, которой придавались свойственную ей индивидуальность выступающие вперед клыки.

- Так это не я, - растерянно произнес Яговкин.

- А кто же? – удивилась Дозорцева.

- Он, - и Кирилла Аркадьевич поднял глаза к потолку, который отделял своими бревнами из взгляд от звездного бездонного неба.

- Да, Бог умеет о людях заботиться, - согласилась с Яговкиным Галина Аркадьевна.

- Спасибо за доверие и признательность. Мне тоже с вами работать нравится, - скромно сказала Ефросиния.

- То-то же, - одобрительно добавил Кирилл Аркадьевич, показавшийся Ефросинье милейшим добряком. Да и сама Галина Генриховна в сознании Фроси уже вышла из амплуа «железной леди», и представляла собой больше строгую умную самодостаточную начальницу, которая на себе везет значительный груз забот о компании.

…Когда все закуски были съедены, напитки выпиты, ведущие и аниматоры праздника оставили гостей без своего внимания, на улице запустили салют. Заметив в одном пледе укутавшись Романа с девушкой Фрося на секунду поежилась, потом, взяв себя в руки, вспомнила о своей самодостаточности, и больше «ухом не повела» в их сторону, зато не заметно для себя оказалась окруженной компанией молодых людей и девушек, которые пригласили ее сыграть с ними в настольные игры.

Расходились по комнатам уже за полночь.

Включив на изголовьем светильник, Ефросиния достала из рюкзака все тот же свой блокнот, сама подивившись, что зачем-то и сюда прихватила его спутешествовать и сделала новые записи: