Фря столичная, или Бить, любить, бежать

Глава пятая

Огромная плазма на стене бара вещала матч по африканскому боксу. Бармен бросал внимательные взгляды на экран, замирал, кривился. Но когда по сумме побед выиграл один из бойцов, громило-мулат с пудовыми кулаками, парень за стойкой довольно потер ладони.

- Будто миллион выиграл, - буркнула я.

- Не миллион, но наверное прилично.

- Серьезно, Макс? Он типа поставил на бойца? – Я округлила глаза.

- Естественно. Смотри, в углу экрана табличка, там прописаны очки, рейтинги, ставки. Я раньше тоже баловался. Эх, жалко, что проникновенной магией не владею, а то бы… И учиться не надо было бы.

- Шутишь? Ты же не игрок. Макс, послушай, ты уже несколько дней ходишь как вареный. Колись, что случилось? Ма-а-акс.

За соседним столиком сидели две дамы того неопределенного возраста, когда на лице уже образуются глубокие морщины, но задор в глазах еще обещает приятные сюрпризы, и громко смеялись. Чуть подальше устроились три парня, и вероятно, причина смеха и громких шуток девушек за сорок была как раз в этом. Мой парень пожал плечами.
Потом посмотрел на меня и, тихо склоняясь ближе ко мне, проговорил.

- Все нормально.

- Врешь.

Макс с горечью ухмыльнулся.

- Вру. А ты уверена, что правда – это хорошо?

Я фыркнула.

- Вот только давай без философии. Правда, она такая… В общем, Макс, лучше правда, чем вранье. Говори, что стряслось.

- А если ты узнаешь, что твой парень – монстр?

Я засмеялась.

- Как вон тот мулат на ринге?

- Не-е, он красивее.

С каждой минутой, мне всё больше и больше не нравилось его настроение.

- Просто расскажи, а там посмотрим.

Он на меня странно посмотрел.

- Хорошо. Фрось, я тут кое-что узнал. Я – порождение другого мира. Мой отец – иномирец. Как тебе такое? Будешь дальше встречаться со мной?

Над нашим столиком повисла пауза. И я закашляла, глоток пива не в то горло попал.

- Макс…

- Не понравилась правда?

- Макс… По спине хлопни.

Он постучал по спине, и я вздохнула.

- Уф, чуть не погибла по глупости.

- Не преувеличивай, Фрось, ты сейчас плохо играешь. Не убедительно.

Ох, Макс! Мой дорогой Макс! Если бы ты знал, насколько я сейчас хорошо играю. По твоим словам у тебя отец иномирец, а вот у меня, и отец, и мать иномирцы. И я сама – иномирец. Полный комплект, какой иномирец!

- Я не играю. Откуда информация? Надеюсь, это не прикол? Доказательства.

- Ух, - Макс бодро передразнил мою интонацию, и засмеялся. – Фрось, ты не веришь?

- Верю. А если врешь, то я обижусь. Очень серьезно. Поэтому, прямо сейчас, тут, выкладывай доказательства.

И он начал говорить. Медленно, подбирая слова, с болью в глазах.

Она пришла к нему через сон. Его мать. Притянула, когда он был в дреме. И, кстати, у меня ведь было то же самое, когда я в первый раз попала в свой мир Черной Луны. Долгая дорога, пелена, ни зги не видно, только камни под ногами. Он говорил, говорил… И я поверила. Видимо, переходы в иные пространства происходят по схожим схемам. Есть некое подпространство, или предбанник, или еще что-то такое. Территория, место, дорога, которую нужно пройти, и ты попадаешь в другой мир. Как и произошло у меня.

Не-е-е, то, как меня перенес Стручок, Сфинск Четвертый – это высший пилотаж. И, кстати, сейчас, в мир Черной Луны, я тоже попадаю с одного шага, спасибо Мальвине, выдрессировала меня. Но мастерство приходит со временем… Ладно, отвлеклась. Мать Макса жива, и это правда. Я видела, чувствовала, что это так, и никак иначе.

- Смотри, - сказал он, вытащив свой перочинный ножичек. – Хочешь посмотреть, что делает моя игла? – Он осторожно огляделся, вполоборота присмотревшись по сторонам.

- Стоп, - я положила ладонь на его руку. – Не надо. Не здесь.

- Хорошо. Допиваем, и уходим.

Через полчаса мы вышли из «Ученого дятла» и свернули к лесу. На маленькой заснеженной поляне высветилась луна. Февральский холодок морозил щеки. Я прислушивалась и озиралась. Тропа, по которой мы пришли, тонула в темных сумерках и тишине.

- Показывай, - с нетерпением сказала я, притопывая. Снега здесь было прилично. Макс вытащил ножичек, слегка помедлил, вскинул на меня взгляд и нажал на нужный камень. Ножичек привычно трансформировался. Толстая, сапожная игла бледно замерцала. Он склонился над своей ладонью и что-то шепнул, едва шевельнув губами. Наверное, мне и не надо знать слова, произнесенные им. Меньше знаешь, крепче спи… Черт! Я одновременно подпрыгнула и коротко взвизгнула!

- Что?!... Что это?! – Мои глаза ошарашено вылупились на его руку.

- Это коготь Мёрригора, древнего дракона, первородного, истинного драго мира Фатары, - спокойно сказал Макс, оглядывая свою руку… Руку, по локоть затянутую в чешуйчатую перчатку, поблескивающую, на вид, металлическими пластинками-чешуйками. И с большим, немного загнутым когтем на указательном пальце, опасным даже визуально. Вернее, складывалось впечатление – пальца уже не было, а был настоящий драконий коготь!