Фря залетная, или Попаданка в магической Академии

Глава тринадцатая

После завтрака настроилась на разговор. Побаивалась, честно говоря. Но «выключила» Фряшку, чтобы не мешала и подошла к тетушке.

- Тетушка, мне нужна моя карта, вы у меня ее забирали.

- Забирала. Возьми, - протянула она мне пластиковую карту, мало чем отличающуюся от наших. – Оказывается, Иван Кирилыч просил только номер, а мне откуда знать ваши прибамбахи? Один выпендреж, вот раньше, пришел в солидный банк, тебя встретил управляющий, кофеем напоил… А нынче. Фу. Кстати, Иван Кирилыч не впечатлен состоянием хозяйства Бекетовых. Запустили вы хозяйство. И брат твой, а до него и сам князь. Рыбная фабрика на ладан дышит, швейные цеха – все оборудование проще выбросить, с полей собрали в два раза меньше, чем планировали. Ох, Фрося, Фрося, угораздило же тебя вообще родиться. Лучше бы актриска сына родила. Еще и дед проклял.

Я смиренно слушала и молчала. За такие слова приличные люди в морду бьют, но я, наверное, в данный момент неприличная…Выбора нет. Да и чужие они мне все. Я их знать не знаю. Ни матери Фряшки, ни отца.

- А платье не додумалась надеть? В гости приехала! В форменной одежде, - проворчала она. – И карта тебе зачем? Тратиться собралась? Чего молчишь, говори.

- Рокотова телефон разбила, когда избивала меня, - буркнула я сквозь зубы. Еле сдержалась, чтобы резко не ответить. Нет, Фрося, рано еще.

- Вот ты дура! Смирение, Ефросинья, терпи. Я впрягаться с ними не буду. Ее отец держит водное хозяйство всей Москвы. Ты знаешь, какие у этой семьи связи? А сколько у них вассальных? И ради чего мне впрягаться, не скажешь?

Можно подумать, я ее прошу, злость берет. Завелась как машинка Зингер.

А к обеду заявилась целая компания боярынь, столичных штучек интересного возраста пятьдесят плюс, расфуфыренных как ряженные. Были правда две молоденькие дамы, но боевые позиции держали те, кто постарше.

Ближе к вечеру тетка нас отпустила, и шикарная машина повезла меня и Леху назад.

- Зайдем в кафе? Тимофей, подбрось до «Подснежника», а там мы сами.

- Как скажете. Особого приказа не было, можно и до кафе, - пробасил шофер – бородатый дядька в строгом черном костюме.

Кафе-мороженое на Ленинградке…

Не совсем так. Топонимика Москвы все же была другой. Условно, Ленинградский проспект разделялся на две улицы. Славянский тракт – основная часть нашей Ленинградки, и Березовая улица. Магистраль раздваивалась, Славянский тракт продолжал идти на север, а образованная Березовая сворачивала на восток столицы. В общем, как ни крути, Москва другая.

Нас подкинули до кафе, и мы выгрузились из шикарного автомобиля. И я вдруг хлопнула себя по лбу.

- Слушай, а сколько у меня там денег? Вдруг не хватит на мобилу?

Леша успокоил.

- Достала, Фряха. Если не хватит – доплачу. Давай жрать мороженое.

Мороженое не хотелось, но пришлось, брат настоял. Он заказал креманки с шоколадными шариками, и мы налегли. Леша, повеселевший, что мы вырвались из тетушкиного дома, болтал без умолка. Что-то о пацанах из своей группы, еще о каких-то девчонках. Я кивала, слушала вполуха, а сама свою думку думала. Как избавиться от Верещагиной и ее влияния. Что я сейчас имею? Демьянова – жениха, которого навязала тетушка, и слабый дар. И все. Демьянов посадит меня дома, заставит рожать каждый год, и жизнь моя превратится в смертную скуку под начальством свекрови, читай – попаду под власть второй Верещагиной. А Илюша, в это время, будет наслаждаться свободой, еще и наш старший сынок примет княжеский род. Гордость-то какая.

Этого я хотела в своей жизни? Да ни в жизнь! А какой у меня есть выбор? И я вдруг вспомнила свою новую соседку Ингу. Правовичка, будущий прокурор или следачка. Девчонка с сильным земляным даром. Уровень магии – восьмая ступень из десяти. Крепкая, сильная, самостоятельная. Ее не подвинешь, не принудишь силой. В общем, в этом мире, она и я – земля и небо. Будь у нее такая Верещагина, как у меня, она бы только посмеялась. А все почему? В первую очередь – высокий магический уровень. Более того, сейчас она на третьем курсе, и возможно, к выпускному году наработает еще одну ступень. Девчонки из моей группы уже разведали и сказали, что в Академии она считается уникальным магом.

Итак, в первую очередь – магия. Дальше… А дальше – финансовая независимость. Ну-у, если судить по Инге Коротковой, у нее с этим не блестяще. Она из дворян, но не родовитых, скорее уж из семьи интеллигенции. Родители – врачи, вернее, лекари из Калуги.

Между прочим, я узнала, почему она переехала ко мне в комнату, отозвавшись на просьбу Демьянова. Она жила со своей одногруппницей. А эта одногруппница, оказывается, хорошо знает моего жениха, и не просто так знает. Семья студентки – под вассальной клятвой у Демьяновых, вроде того, что они младшие в семье.

Я когда узнала о такой структуре иерархии в здешней России, где старшие по рангу подминают под себя менее родовитых, как удельные князьки, была в шоке. И до сих пор в шоке. Слишком уж эта схема напоминает структуру мафиозных кланов. Приняли в семью – служи до гроба.

Так вот, Инга, при которой происходил этот разговор о переселении, не знаю уж по какой причине, вдруг сама предложила свою кандидатуру, и ушла в мою комнату. То ли знает что-то о Тимофеевой, и не захотела с ней жить, то ли есть другая причина. Прокурорша, она и есть прокурорша. Что у нее там в голове? Неведомо.