Футболистам вход воспрещён

12 глава.

Если когда мы ехали на разборки (именно мы, я не была прицепом!) я могла молчать и ехать в полнейшей тишине, ибо пряталась в засаде, то сейчас положение было открытым, а значит, стесняться уже было нечего.

Настоящая женщина это не та, которая молчит, когда ей есть что сказать. Она не просто скажет, но и споёт, если заиграет её любимая песня. Так и случилось со мной. Знаете, это неповторимое чувство, когда тебе наконец плевать на всех, ты слышишь любимого исполнителя и подпеваешь ему, не взирая ни на что и ни на кого?!

Ох, я знаю это состояние не понаслышке...

По радио сменялись песня за песней, которые я, на мою радость, не знала. До тех пор, пока не заиграл Стас Михайлов. Как можно не любить Стасика?! Его обожает вся моя женская родословная: от бабушки до собственно меня. Прабабушка тоже вошла бы в это число, но, к сожалению, в её времена короля эстрады ещё не было!

-Всё для теб-я-я-я! Рассветы и туман-ы-ы-ы! - не выдержав этой божественной мелодии пела я и представляла себя на концерта женского любимчика.

-А можно ещё громче?! - с сарказмом уточнил у меня Максим. Но когда дело касается Стаса Михайлова, тут уже дело не до шуток!

Я качала в такт головой, прикладывала руки к сердцу и отрывала от груди, распахнув всю себя для любви. Но, кажется, случайно залетела рукой в Казанову класса. Упс!

-Конечно, можно! - перекричала музыку я и стала петь ещё громче, пропуская мимо себя иронию сказанных слов.

-И зачем ты только спросил у неё это? - кажется после произнесенного Гордон достал нечто, похожее на беруши...

-А есть ещё одна пара? - с невозмутимым видом поинтересовался Альбертов, не открывая взгляда от дороги.

Гордон порылся в кармане, но вторых таких не нашёл.

-Держи, брат, - со вздохом отчаяния поделился Гордеев с капитаном команды одним. Это выглядело очень сильно: как будто от сердца отрывал что-то важное и сокровенное. То, чем нельзя делиться так просто и легко.

-Парни, а как же я? - стесненный моим рукоплесканием Вихров сидел зажатый в дальний угол машины и с опаской поглядывал на меня. Но мне было всё равно и на него!

-Всё для теб-я-я-я! Моря и оке-а-а-а-ны, - старательно выводила каждую ноту я, думая о том, как же прекрасно выгляжу... Наверное...

Альбертов покосился на меня и через зеркало переднего сидения я увидела, как он закатил глаза. Пф, тоже мне нашёлся ценитель высокого!

Когда наконец песня закончилась, я грустно вздохнула, но вместе с моим вздохом прозвучало ещё три - облегчения.

-Наконец-то...

-Я думал, эта песня не закончится...

-Я уже ненавижу Стаса Михайлова!

-А я ещё маман хотел диск с его песнями подарить на восьмое марта... - заголосили в один голос парни.

Моему возмущению не было предела! Ик! Грозно сомкнув руки на груди, я посмотрела на троицу:

-Боже мой, только посмотрите на них! Кто виноват, что у восходящей звезды такая неблагодарная публика! Ван Гог вон тоже не был признан сразу...

-Ну он хотя бы умер, чтобы народ так не мучать своими произведениями, - тихо заметил всё так же зашуганный моей эмоциональностью Саша.

Гордон замотал головой и всем своим видом показал, чтобы его друг замолчал и не дразнил вулкан, который и без того был готов взорваться!

Но поздно! В искусстве я сильна, как никогда, поэтому тут же воспряла духом и начала читать лекцию на тему истории великих шедевров. Пока по радио не заиграла новая песня Стаса Михайлова...

-Вырубай, брат, быстрее, пока она не услышала... - нашептывал тёмным дьяволом на ухо Максу Гордон.

-Поздно, родной, оперная певица вас слышит... - обречённо вздохнул Казанова, который сидел со мной на заднем сидении. От зрителей первого ряда, так сказать, прозвучала критика, но критик последнего ряда оказался поумнее!

-Стасямбика, значит, выключили?! Я такое запомнила! - гордо вскинула подбородок я. Думаю, о моей потрясающей памяти говорить не стоит, она показала себя с лучшего ракурса на литературе, когда нужно было читать стихи наизусть.

-Мы подъехали, выгружайтесь, - сменил тему Альбертов. А мы действительно уже были на месте, оставалось только припарковаться.

Из автомобиля мне помог выйти Вихров, да что там выйти, даже дверь за мной захлопнул! Какая непередаваемая галантность!

-А я думала, ты только наглеть можешь, ик! - смело заметила я, не оставив поступок без внимания.

-Да я тоже о тебе многое чего думал, - усмехнулся парень и подхватил меня за локоть, тем самым оказываю мне поддержку. По ощущениям: после алкоголя я больше похожа на Пизанскую башню, нежели на что-то более ровно стоящее...

-Ты обо мне думал? - недоверчиво заглянула ему в глаза, пытаясь понять, врёт он или нет, но Саша лишь улыбнулся. И ещё говорят, женщины полны загадок! Это потому что Вихрова никто не видел ещё! А жаль, редкий экспонат женского обольщения...

Альбертов как-то странно на нас покосился, но ничего не сказал. Он шёл впереди с Гордоном, а мы с Вихровым плелись за ними голубым вагончиком.

"Вкусно и точка" горели буквы в абсолютной темноте. По ощущениям, сейчас было два-три часа ночи. В воздухе чувствовались молекулы прохлады, они дразнили оголённые участки мурашками по коже. Я поежилась. И этот момент не был упущен, но только на этот раз галантностью, принадлежащей Альбертову.

-Вырядилась в футболочку, а потом болей сиди посередине лета, - пробубнил недовольно. Постойте-ка, он меня только что отчитал или мне показалось? Но сил спорить почему-то не было, я лишь лениво зевнула и заметила другое:

-Футболочка, между прочим, твоя...

Эти слова заставили улыбнуться Макса, но лишь на доли секунды. После этих секунд на моих плечах уже громоздилась кожанка капитана команды.

-Скоро весь мой гардероб заберёшь, - довольно пробубнил парень, а я немножечко прифигела от такой ярмарки галантности...

-Ты снял с себя, чтобы я не замёрзла и не умерла от холода?! Я думала, после моего концерта в духе Стаса Михайлова ты однозначно будешь первым в очереди на мой труп... Ик!