Гадалка. Любимый таролог герцога

3. Помяни мое слово

Во время завтрака замечаю горящий взгляд Тэо. Его трясет от желания скорее поделиться со мной новостями, но управляющий стойко терпит, пока дети с лицом великомучеников закончат размазывать кашу по тарелкам, тайком набивая рты вчерашними рогаликами с яблоком.
Отпускаю страдальцев из-за стола, и те со счастливым визгом уносятся прочь из столовой. Через пару секунд понимаю, что их путь пролегал через комод с медными тазами, ибо грохот, который разносится по дому, других вариантов не оставляет. Ну или они снова врезались в Розу, нашу кухарку.
— Мы живы! — доносится голос Лео, и я выдыхаю. Наше обычное утро.
Тэо крестится, как это было принято в нашем мире, и дождавшись, когда дети покинут пределы дома, мелкими шажочками бежит ко мне.
— Теперь ясно, каким ветром к нам принесло супруга вашего!
— Не называй его так! — нервно берусь за чайник, хотя пить я не хотела.
— А как еще? По сути, супруг…— не успокаивается Тэо.
— Почивший барон мой супруг! А этот…— подвигаю к себе блюдо с выпечкой и с тоской думаю о том, что только вчера я смогла влезть в старое платье. Что ж…заедать стресс сладким – моя вредная привычка. Но лучше уж так, чем свихнуться. — Так что там, какие новости?
Делать вид, что мне не интересна жизнь Роуланда, лгать самой себе. Да, я уже не думала о нем каждую минуту, не ревела ночами в подушку от боли, не всматривалась в лица детей, чтобы увидеть в них его…Но все равно очень глубоко в душе я помнила. И, конечно же, ждала, что в один прекрасный день услышу о том, как он опечален моим уходом. Но новости о бывшем супруге обходили меня стороной. Слишком далеко я оказалась от места, которое считала домом.
— Герцог наш, оказывается, давно на Алгарские земли глаз положил. Ведь как говорится? У соседа и трава зеленее! Значит, подготовил он восстание против мужа ваше…— Тэо спотыкается на неверном слове, — против Роуланда то есть. Интригу сплел знатную! Замешаны там оказались и королевские, и знать местная…
— Роуланда переиграть решил, значит, — горько ухмыляюсь я, вспоминая, что это мало кому удавалось.
— Так вот. Пошел он войском на Алгар, а Роуланд его и разбил прямо на границе. В замке своем змей одну за одной потравил, а всех соучастников суду сдал. Не с тем связались! — торжественно выкрикивает Тэо.
По старой памяти бывший управляющий замком герцога Алгарского восхваляет несокрушимого хозяина, который не оценил преданности старого слуги и обошелся с ним так же, как со мной.
Когда я исчезла, Луиза быстро объявила себя хозяйкой замка и избавилась от Тэо, поставив на место управляющего своего человека. Роуланд не сказал ей ни слова, лишь равнодушно кивнул, и старику ничего не оставалось, как покинуть герцогство и отправиться на поиски нового дома. Благо письмо с рекомендацией Роул все-таки дал.
Мы встретились с ним случайно. Он остановился на постоялом дворе у границы моих земель, а когда лег спать, ушлые хозяева сдали постояльца шайке разбойников, что промышляла воровством. Те забрались в его комнату, избили старика, а деньги и драгоценности, заработанные на службе у герцога, отобрали.
В ту ночь я была поблизости – латала ребят после нападения на рыбацкую деревушку. И как только узнала о том, что и бывший слуга герцога Алгара при смерти, рванула туда.
Поначалу он меня не узнавал. Я представилась Анной, вместо привычной Энни, к тому же внешность моя изменилась. Из светло-русой я превратилась в шатенку, стала на полголовы ниже.
Узнав, что Тэо шел попытать счастья на службе у короля, я предложила ему остаться. Решив, что на его век достаточно интриг и склок, он с удовольствием согласился на должность управляющего моим крошечным баронством. И спустя пару лет, когда Тэо подолгу вглядывался в лица наших с герцогом детей, я решила ему признаться.
Тэо только улыбнулся, и сказал, что догадывался об этом с самого начала. С того самого дня, когда я впервые появилась в доме герцога.
— Рыбак рыбака видит издалека, — всплакнул он, и дальше поведал свою историю, в которой проснулся в параллельной реальности.
С тех пор мы и живем вместе. В чужом мире, не в своем времени.
— Говорят, последние годы Роуланд на людях совсем не появлялся. Все вопросы через доверенных решал. А сплетни, сами знаете, с какой скоростью плодятся. Чего только не болтали о нем, вот и решил герцог Бедивирский счастья попытать.
— Так что же это, Бедивир теперь тоже Роуланду принадлежит?
— Ох, Анна! Дорогая моя, милая девочка! Не убежишь ты от него…Сама судьба сводит.
— Это ты мне как оракул пророчишь? — усмехаюсь себе под нос.
— Думай, что хочешь, но помяни мое слово! Неспроста все это.
Несколько дней я ловлю на себе печальный взгляд Тэо. Он будто пытается мне внушить какую-то мысль, а после разочарованно вздыхает и уходит, опустив голову. Как же меня раздражает подобное поведение! Тут самой тошно, а еще и он масла в огонь подливает! И в конце концов я не выдерживаю.
— Тэо! Может хватит? — рявкаю, выливая отвар полыни на раскаленные камни. Пар шумно взлетает к потолку идеально иллюстрируя мое состояние, — чего ты хочешь от меня?
— Аннушка, милая! Поговорить вам надо! — без промедления выдает он, пытая меня щенячьими глазами.
— О чем? — взрываюсь я, со всей силы встряхиваю скатерть со столика для гаданий. Ко мне вот-вот клиент придет, а я в полном раздрае, — что я ему скажу? Вот она я? Твоя жена?
Ладонями касаюсь тела, которое абсолютно незнакомо Роулу, и чувствую, как подбородок дрожит от подступающих слез.
— Или сразу отвесить ему пощечину, может быть? Припомнить, как он поступил со своей женой, о которой теперь вдруг вспомнил?
— А он и не забывал! — повысил голос Тэо, пытаясь надавить.
— Тебе-то откуда знать?
— Ну стал бы герцог, не верящий в астрологию и гадания, идти к тарологу? Он ищет любой шанс.
— А может, он ищет подтверждения, что жена мертва, чтобы жениться на графине? Тело ведь не нашли, только кейп у обрыва. Не дают ему согласия на брак, вот и засуетился твой герцог!
— Так запрет ведь на брак с дворянками. Указом короля. Разве запамятовали, баронесса?
Замолкаю и чувствую, как в голове начинает звенеть. И то верно. Королем давным-давно запрещено дворянам жениться друг на друге. После того, как один за одним стали рождаться больные дети, кто-то подсказал королю, что это возможно из-за кровосмешения. И высочайшим указом было велено разбавить кровь, найдя порядочных девушек, способных обучаться и не позорить высшее сословие. Так и я, помощница аптекаря стала женой герцога.
— Луиза не стала бы что-то делать просто так. Она все просчитала. И, если осталась с ним, значит надеялась на брак, — пытаюсь снова найти объяснение произошедшему.
— Вот и узнайте. Войдите в доверие, подружитесь…А там, глядишь и…
— Тэо!
— Что такого? У вас дети! Без отца, вон, растут!
— Тэо…
— С утра обоз с рыбой к герцогу отправляется. С ними и поезжайте, вроде как проконтролировать лично. А там…
Вздыхаю и уже спокойно расправляю скатерть. Тэо знает, на какие точки надавить. Скольких усилий мне стоило удержать себя на месте, и не пойти в дом Роула на следующий же день, одному богу известно. А теперь…будто разрешение получила. Чувствую себя полной идиоткой, не способной контролировать свои желания, удовлетворив которые, совершенно точно пожалею. Будто предохранитель перегорел, и стопов теперь нет. Оправдываю себя лишь тем, что мне надо убедиться, что он такой же негодяй, а потом мне станет легче.
Спешу поскорее выпроводить маркизу, пытающую меня второй час на предмет наличия любовников у ее невестки, чтобы лечь спать пораньше и свежей и румяной появиться в замке герцога Алгарского и теперь Бедивирского.
С рассветом наш обоз с провизией выезжает в замок герцога, и когда вижу высокие каменные шпили, понимаю, что мне очень нужно назад, домой. Чувствую себя глупой, потому что повод, который я придумала, самый идиотский на свете – вернуть перстень, который он оставил за молчание. Но деваться некуда, стражи уже заметили наш обоз и открывают замковые ворота. Остается молиться, чтобы Роул проспал все то время, что крестьяне будут выгружать провизию, и наша встреча не состоялась.
Пока работники суетливо перекладывают рыбу, прикидываюсь ветошью, забиваюсь в уголок, усевшись на кадки с соленьями, и наблюдаю, как местные кухарки флиртуют с моим молодым конюхом. Улыбаюсь, видя, как ему неловко принимать их пирожки и размышляю, как бы он вел себя с ними, не будь меня здесь.
Как только женщины переключаются на работу и начинают отбор лучшей рыбы ко столу герцога, Елай идет ко мне и вручает ароматный пирожок с малиной, смущенно опуская глаза. Понимаю, что повышенное внимание ему непривычно, и я служу прикрытием.
— Спасибо! — откусываю румяный край и тут же давлюсь от ревнивого взгляда черноокой девицы, что этот самый пирожок пекла.
Закашливаюсь до слез и слезаю с кадки.
— Пойду водички выпью.
Ухожу, провожаемая беспокойным взглядом парня, которого я снова оставила на растерзание поварихам. Сами пусть разбираются.
Во внутреннем дворе суета, и я здесь совершенно точно лишняя. Сотый раз жалею, что решила приехать, и понуро плетусь вдоль домовой стены, ища укромное место, где можно было бы переждать пару часов до отправления обоза. Может, даже вздремнуть удастся.
Но планы мои идут крахом, когда мимо меня проходят строители, несущие леса, и вскоре тишина сменяется звуками топора и пилы.
Хожу, как не прикаянная, вокруг огромного дома, наблюдая, как, то здесь, то там ремонтируют стены, дорожки, высаживают деревья и намывают окна. Герцог наводит порядки в новом доме, здесь нет места для меня. Желание скорее убежать отсюда растет с каждой минутой.
Когда, наконец, нахожу безлюдное местечко, присаживаюсь на свежий пень, вокруг которого еще не убрали щепки, и отчаянно запихиваю в рот половину пирожка. Чтобы я еще раз повелась на уговоры Тэо?! Да никогда в жизни!
Нервно жую, вкладываю в это действие всю свою злость, но как только краем глаза замечаю движение, застываю. Поднимаю глаза к окну второго этажа, которое я даже не заметила, и сквозь распахнутые створки вижу обнаженную женщину, приглаживающую растрепанные волосы. А когда та поворачивается полубоком, узнаю в ней шлюху, что обслуживает дворян, в надежде понравиться настолько, что ее возьмут замуж.
Пирожок застряет в горле, с каким бы усилием я не пыталась его проглотить.
Эта Эльма часто захаживает ко мне, погадать на очередного графа, и буквально на прошлой неделе она снова была у меня, интересуясь, есть ли у нее шанс забеременеть от очередного господина. И теперь становится ясно, кого именно она имела в виду.
То, что в ту ночь карты ответили «нет» меня не волнует. Сейчас важно то, что герцог не меняет своих традиций и развлекается с хорошенькими женщинами, а об Энни своей не страдает. Впрочем, я же для этого сюда приходила. Мне нужно было узнать, скучает ли он. Вот и ответ. И откровение карт о том, что в его сердце другая, кажется сущим бредом. Ведь как можно спать с разными женщинами, когда любишь одну единственную?
Желание отомстить Луизе возникает сразу же. Пусть теперь и она почувствует себя брошенной и ненужной, как я в ту ночь. Наверняка, сидит и ждет Роула в их замке в Алгаре, и даже не подозревает, что за ним идет охота. Но сразу же отметаю план запоздалой мести. Мне не должно быть дела до них! Пусть делают, что хотят, это больше не моя жизнь.
Невольно мажу взглядом по окну и тело прошибает неконтролируемой дрожью. Роул.
Хотя бы не заметил!
Я подрываюсь с места и убегаю прочь, мысленно умоляя бога, чтобы обоз уже был готов отправиться обратно. Когда половина пути за плечами, снова замечаю движение где-то сверху, и вижу Роула, стоящего на каменном мостике, соединяющем смотровые башенки.
Пару секунд мешкаю, не понимая, что делать дальше, но он решает за меня. Легко перемахивает через перила и спрыгивает с высоты второго этажа, оказываясь прямо передо мной.
Взгляд упирается в вырез белоснежной рубашки, смуглую атласную кожу и поросль темных волос на груди. Свободный крой подчеркивает широкие плечи, сильные руки. Рубашка не заправлена, видимо, штаны он натягивал наспех. А может, и не снимал их вовсе… ведь их наличие не мешает брать женщин.
Роул выглядит слегка небрежно и пьяно, как в подтверждение моим мыслям о том, только что он занимался сексом, и я до боли сжимаю челюсти, чтобы губы не дрожали от обиды.
Ему тридцать семь… возраст ему к лицу. За то время, что мы не виделись, Роул стал еще привлекательнее. Его грустный немного суровый взгляд придает таинственности. Подчеркнутая мужественность пробуждает врожденное желание женщины подчиниться и трепетать от каждого движения, наполненного силой и величием. Что ж, я понимаю и Луизу, и Эльму, и остальных.
О том, что я обязана поприветствовать герцога, вспоминаю спустя полминуты молчания. Неуклюже присаживаюсь на негнущихся ногах, а перед глазами плывет. Я дышу еле-еле, что уж говорить о поклонах.
Сердце заходится, и от волнения я забываю все слова, которые хотела сказать Роулу, если мы все же встретимся. И вот мы друг напротив друга, а я не могу вымолвить ни слова.
— Вы что здесь делаете? — он заинтересованно опускает голову на бок, чтобы ему было удобнее смотреть мне в глаза.
— Я…— от его голоса по телу бегут мурашки. Я не могу справиться с нахлынувшими эмоциями. Внутри меня все клокочет, но выразить свои мысли не получается.
Отшатываюсь назад, чтобы вырваться из плена опьяняющего аромата его тела, и наконец, могу отвести взгляд. Пялюсь на выщербленную дорожку, поросшую сорной травой, и чувствую, как самообладание возвращается.
— Прошу прощения, мой лорд. Я сопровождала обоз с рыбой и искала тихое место, где могла бы отдохнуть после дороги, — выдаю на одном дыхании, смотря в пол.
Роул добивает своим молчанием, потому что я не понимаю, что делать дальше. Убежать? Спросить о погоде? Поинтересоваться, не нужна ли помощь в строительстве? А может, предложить поделиться дюжиной кошек, справляющихся с ловлей крыс?
Заливаюсь румянцем и часто дышу, когда замечаю на своей груди его взгляд.
Мой кафтан, наглухо зашнурованный до подбородка, не дает волю мужской фантазии. С той девицей в окне мы как ночь и день. Мой рост намного ниже, грудь, выкормившая двоих детей, не так упруга и не торчит миленькими треугольничками. В отличии от полупрозрачной шлюхи, морящей себя голодом, у меня есть немного лишнего веса, равномерно распределившегося по телу. Благодаря естественным изгибам это смотрится красиво, но не вписывается в здешние стандарты красоты.
Понимание того, что больше я ему не интересна, немного отрезвляет. Я должна осознать, что он не мой Роул, да и я не Энни, которая могла бы высказать мужу претензию. Даже если и решусь, меня сочтут за сумасшедшую, и толку от этого порыва будет ноль.
Сила внезапно возвращается в тело, и я делаю шаг назад, чтобы еще больше увеличить расстояние между нами. Стоит оказаться в зоне недосягаемости его жара, и я уже не так волнуюсь.
— Но, на самом деле, хотела вернуть вам кое-что… Вы оставили, — снимаю с пальца болтающийся перстень, развернутый камнем внутрь, и на раскрытой ладони протягиваю Роулу. — Ни к чему. Прием и без того стоит немалых денег. А здесь целое состояние.
— Я посчитал нужным, — спокойно отвечает герцог, с интересом рассматривая мое лицо, будто ищет в нем знакомые черты. Или мне так кажется…
— Но…
— Хотите оспорить? — на губах едва уловимая усмешка.
— Нет, — коротко отвечаю, понимая, что смысла продолжать нет, — еще раз извините.
Герцог делает шаг ко мне, поднимая руку, чтобы коснуться меня, но я не хочу думать о том, для чего. Я быстро присаживаюсь и уношу ноги от него подальше. Обегаю препятствия в виде мешков и кучи камней, и до момента, как скрываюсь за стеной, чувствую на спине его взгляд.
Какого дьявола меня принесло сюда?!