Гадкий утёнок. Вернуть любовь

Глава 32. После бала

Его величество не задержался на балу. Он ни с кем более не пожелал танцевать, а предпочел удалиться в уже подготовленные для него апартаменты, чтобы отдохнуть с дороги.

Я бы тоже с удовольствием поехала домой, но начался второй танец (который изначально должен был быть первым), и поскольку Дороти была на него приглашена, я не могла лишить ее такого удовольствия.

Поэтому когда я вернулась с террасы в зал, я подошла всё к той же колонне, возле которой стояла до этого. Вот только остаться в одиночестве на этот раз мне не позволили.

Возле меня тут же оказалась баронесса Эрланд. Только теперь она смотрела на меня совсем по-другому. Уже не с наигранным сочувствием, а с искренним заискиванием.

— Надеюсь, дорогая Беренис, вы не держите на меня зла за мои слова! Уверяю вас, я не имела в виду ничего дурного! Я всего лишь хотела сделать то, что сделала бы любая мать — позаботиться о вашей репутации. Ведь вы единственная девушка из нашей провинции, которая была удостоена чести быть избранной в невесты короля. И пусть ваша помолвка с его величеством была весьма коротка, она всё равно накладывает на вас большую ответственность. Даже будучи бывшей невестой монарха, вы должны позаботиться о том, чтобы ваша репутация оставалась безупречной, каковой она всегда и была.

Я едва не рассмеялась от того, как ловко она перевернула свои слова. И она заметила промелькнувшую на моих губах улыбку.

— Возможно, изначально я выразилась не слишком изящно. Из-за этой духоты у меня так болит голова, что я сама плохо понимаю, что говорю. На всякий случай искренне прошу меня простить. И ежели вам когда-нибудь понадобится совет мудрой женщины, я надеюсь, вы вспомните о подруге своей матушки и обратитесь ко мне безо всякого стеснения.

Едва она успела извиниться передо мной, как была оттеснена той дамой с седыми буклями и лорнетом, которая обратилась ко мне, когда мы с Дороти только прибыли сюда. И она тоже заверила меня, что имела в виду совсем не то, что я могла подумать. И что она всего лишь хотела сказать, что была удивлена, увидев меня тут, поскольку думала, что после королевских праздников эти провинциальные балы уже не могут казаться мне интересными.

А когда менуэт закончился, ко мне почти подбежала Алоиза.

— Ниса, нам нужно поговорить! — щеки ее пылали — то ли от всё той же духоты, то ли от смущения. — Я была так груба с тобой, что…

Но я не дала ей договорить. Слушать всё то же самое, что мне уже сказали две предыдущие дамы, я не хотела.

— Только не говори, Алоиза, что когда ты говорила, что я выставляю себя тут на посмешище, ты имела в виду нечто совсем другое! Ты сказала ровно то, что хотела сказать. И я поняла тебя правильно.

— Ниса, прости! — в ее глазах стояли слёзы. — Я была неправа! Нет, не так! Давай я честно признаюсь тебе, что не хотела, чтобы ты появлялась на нашем балу лишь потому, что знала, что если это произойдет, то внимание всех кавалеров будет привлечено к тебе! Я знала, что рядом с тобой на меня никто и не посмотрит. Ты выглядишь сейчас совсем по-другому. Ты не такая, какой была раньше. Ты стала еще красивее! Да, это было дурно с моей стороны, и настоящая подруга не должна была так поступать, но я была так растеряна, что наговорила тебе лишнего.

О, какие изящные оправдания они себе находили. С таким умением изворачиваться они оказались бы весьма кстати при королевском дворе, где такое лицемерие было в чести.

Я не поверила ей ни на йоту. Теперь я знала, чего стоила ее дружба.

— Если всё именно так, как ты говоришь, Алоиза, то выполни одну мою просьбу.

— Конечно, Ниса! Всё, что угодно!

— Распорядись о том, чтобы подали мою карету! Мы с Дороти уезжаем!

Она разочарованно выдохнула:

— Но вы не можете уехать прямо сейчас! Бал только начался! И с тобой хотят потанцевать десятки кавалеров! Ты будешь ангажирована на все танцы этого вечера!

Но я покачала головой. Дороти уже направлялась в мою сторону, и я не сомневалась, что она поддержит мое решение.

— Ниса, ты не должна так с нами поступать! Мой отец допустил оплошность в разговоре с его величеством, и я хотела попросить тебя…

Она явно хотела попросить меня о том, чтобы я замолвила за него словечко перед королем. Чтобы я попросила простить человека, который пригласил меня на бал, чтобы меня унизить.

— Здесь у вас ужасно душно! — громко сказала я, с удовольствием заметив, что мои слова были услышаны не только Алоизой. — В столичных дворцах хозяева балов не относятся к своим гостям столь небрежно. Простите, но я привыкла к совсем другому обращению.

И я направилась к выходу из зала, и все торопливо расступались передо мной, не забывая почтительно поклониться. И не успели мы с Дороти выйти на крыльцо, как к нему тут же подъехала наша карета.

— Ваш танец с его величеством был великолепен! — восхищенно сказала мадемуазель Ривьен, когда мы выехали за пределы поместья Крюшонов. — И видели бы вы, с какой растерянностью смотрели на вас все эти дамы и господа!

Я позволила себе улыбнуться. Я не была тщеславна, но тот щелчок, который получили Крюшоны по своим длинным любопытным носам, не мог меня не порадовать. А еще я надеялась, что теперь, когда его величество показал, что мы с ним, даже расторгнув помолвку остались друзьями (чего на самом деле, разумеется, вовсе не было), наши соседи станут более сдержанными в своих непрошенных советах.