Гадкий утёнок. Вернуть любовь

Глава 34. Беспомощность

Утро после бала принесло с собой не облегчение, а новую тревогу. Я проснулась с тяжестью на душе, потому что боялась разговора с братом при свете дня. Ночью он мог многого не заметить. А сейчас он присмотрится повнимательней и, быть может, поймет, что я не Беренис.

Но когда я спустилась в столовую, Артур уже сидел у окна, укутанный во всё тот же плед. Он смотрел в сад, где слуги под руководством месье Нортона начинали ремонт старой беседки. Лицо его было спокойным, но в уголках губ залегли глубокие морщины.

— Доброе утро, — сказал я, подходя к столу.

Он обернулся, и в его серых глазах я увидела усталость.

— Доброе утро, Ниса. Ты прекрасно выглядишь.

Мы завтракали почти молча. Я рассказывала о планах на день — нужно было проверить счета от модистки, обсудить с Нортоном закупку новой упряжи, написать ответ на приглашения от соседей. Несмотря на столь ранний час, карточек принесли уже несколько. Владельцы ближайших усадеб словно наперегонки старались наладить со мной отношения.

Артур слушал, кивал, но его мысли явно были далеко.

— Ты управляешь всем этим одна? — спросил он наконец, отодвигая тарелку. — Мадам Верье говорила, что ты буквально вдохнула жизнь в это поместье с тех пор, как вернулась.

Я почувствовала лёгкий укол тревоги. «С тех пор, как вернулась» — а как было до этого? Беренис не интересовалась хозяйством? Её мир был ограничен книгами, вышивкой и мечтами?

— Пришлось научиться заниматься всем понемногу, — уклончиво ответила я.

Он с сожалением посмотрел на свои руки, некогда сильные, а теперь то и дело сводимые судорогой.

— А я не могу даже встать без посторонней помощи, — тихо сказал он. — И не смогу ещё долго.

— Артур, ты дома. И это самое главное. А силы к тебе постепенно вернутся. Твоё присутствие здесь уже всё меняет. Слуги ходят с поднятой головой, потому что хозяин вернулся. А дела подождут.

Но он уже не слушал. Его взгляд упал на Дороти, которая как раз входила в столовую. Она была свежа как утро, в простом голубом платье. И она улыбнулась ему.

— Артур, это моя подруга Дороти Ривьен! Она приехала вместе со мной из столицы и очень помогает мне управляться с делами. Дороти, это мой брат, граф Артур Деланж!

Артур не мог встать, но он постарался приподняться, приветствуя нашу гостью.

— Доброе утро, мадемуазель! Рад приветствовать вас в нашем доме! И благодарю вас за то, что всё это время вы были с моей сестрой. Надеюсь, вам понравился вчерашний бал? Или он показался вам слишком провинциальным?

— О, вовсе нет! — глаза Дороти заискрились. — После придворных балов с их церемониями здешний был особенно любопытным.

Мы с ней переглянулись. К счастью, Артур не знал, как встретили меня у Крюшонов.

Я увидела, как напряжение немного спало с брата. Дороти, сама того не ведая, стала тем лучиком солнца, который пробился сквозь его мрачные мысли.

Позже, когда я вышла во двор обсудить с Нортоном дела, я оставила их вдвоём в библиотеке — Дороти вызвалась почитать Артуру свежие газеты из Вердена.

Через час, закончив с управляющим, я хотела вернуться к ним. Дверь была приоткрыта, и я услышала обрывки разговора.

— …и не говорите, что вы бесполезны, ваше сиятельство, — горячо говорила Дороти. — Вы защищали Рузанию. Вы были храбры, об этом всем известно. В королевском дворце о вас говорили как о герое. А хозяйство можно наладить. Главное — желание и воля. А у вас этого не отнять.

Я заглянула в щель. Артур сидел, откинувшись на спинку кресла, и смотрел на Дороти.

— Уверяю вас, мадемуазель Ривьен, что я не сделал ничего особенного. Защищать свою страну долг каждого мужчины.

— О, пожалуйста, зовите меня Дороти, — смутилась она. — А то «мадемуазель Ривьен» звучит слишком официально. Мы же не при дворе.

— Дороти, — повторил он, и в голосе его я услышала неожиданную теплоту. — Тогда и вы зовите меня Артур.

Я тихо отступила от двери, странное чувство щемящей нежности смешалось с облегчением. Дороти с её добротой была способна сделать для графа Деланжа то, чего не могла сделать я, поскольку слишком многое вынуждена была от него скрывать.

Вечером того же дня, когда мы с Дороти поднимались по лестнице в наши комнаты, я взяла её под руку.

— Спасибо тебе, — тихо сказала я.

— За что? — удивилась она.

— За то, что ты здесь. За то, что ты говоришь с ним. Он нуждается в таком друге.

Дороти покраснела, опустив глаза.

— Он хороший человек, Беренис. И ему очень тяжело. Я просто пытаюсь помочь.

— Ты помогаешь больше, чем можешь себе представить, — улыбнулась я.

В ту ночь, стоя у окна в своей комнате, я думала о странных переплетениях судеб. Я думала о Беренис. Она, наверное, была бы рада, что её брат не одинок.

А следующее утро тоже выдалось переполошным. Мы получили известие о том, что король намерен посетить поместье Деланж, чтобы лично поприветствовать Артура. Это письмо пришло за день до визита и повергло весь дом в состояние, близкое к панике.