Гадкий утёнок. Вернуть любовь

Глава 40. Пробуждение

Когда я открыла глаза, то увидела солнечные лучи, пробивавшиеся через неплотно задернутые шторы.

Обычно я просыпалась рано, и тот факт, что сегодня я слишком долго проспала, меня удивил. Солнце стояло высоко, а это означало, что время близилось к полудню.

Я лежала в своей кровати, но что-то всё равно было не так. Я ощущала какую-то странность, которую не могла объяснить.

Попыталась подняться и почувствовала боль в правой руке. Посмотрела на руку и вздрогнула — на ней была повязка. Мне потребовалось несколько минут, чтобы сосредоточиться и вспомнить всё.

А когда я вспомнила, то застонала уже не от боли, а от ужаса. Я же была там, в бараке, где бушевал огонь. Как я смогла выбраться оттуда? Нет ли погибших среди беженцев? И нашли ли того, кто совершил поджог?

Я предприняла еще одну попытку встать с постели. И на сей раз у меня получилось. В теле была какая-то слабость и немного кружилась голова.

Мне захотелось выйти из комнаты, чтобы расспросить слуг о том, чего я уже не могла помнить сама. Но чтобы это сделать, нужно было одеться. Не могла же я показаться на людях в одной сорочке.

Я подошла к шкафу и достала то платье, которое было проще всего надеть — скромное, почти домашнее, застегивавшееся спереди на пуговицы по всей длине.

А в голове продолжали крутиться вопросы, ответов на которые я не находила. Кто принес меня домой? Потушили ли пожар? Не перекинулся ли огонь на второй барак? Удастся ли нам доказать причастность Крюшонов к поджогу?

Я сильно сомневалась, что мои обвинения в их адрес хоть кто-то воспримет всерьез. Маркиз был одним из лидеров местного дворянства, и его авторитет в нашей провинции был незыблем. А никаких доказательств у меня не было. Только мое слово против его. Да и вряд ли он участвовал в этом лично. Скорее отправил к нам в поместье кого-то из своих слуг. И если так, то он уйдет от ответственности. А я, если всё-таки решусь его обвинить, настрою против себя всё здешнее общество.

Было так обидно осознавать, что такие люди, как он, всегда выходили сухими из воды, что мои глаза затуманились слезами.

С улицы донесся какой-то шум, и я вздрогнула и подошла к окну. Оно выходило не на подъездную аллею, а на задний двор и сад, что располагался за ним. Обычно тут было довольно тихо, но сейчас я с изумлением увидела стоявшие возле дома кареты.

Даже если предположить, что к нам приехал кто-то с визитом (например, узнав, что я пострадала, и решив справиться о моем самочувствии), то экипаж визитера не находился бы с этой стороны дома. Он стоял бы у крыльца.

Я решительно ничего не понимала. А потом я увидела, как к одному из экипажей подошел мужчина в офицерском мундире с золотыми эполетами. Здесь были гвардейцы короля?

Охнув, я схватилась за спинку стула, рядом с которым стояла. Нет, не может быть!

Неужели это был не сон? А ведь я подумала, что это привиделось мне в бреду. То, что рядом со мной в бараке был сам король! Я просто сочла это невозможным и не придала значения этому видению.

Сердце застучало громко и часто. Неужели меня вынес из огня действительно он?

Я потрясла головой, пытаясь привести мысли в порядок. Но всё равно не нашла никакого разумного объяснения. Даже если бы вдруг его величество оказался в нашем поместье, то никто не позволил бы ему броситься в горящий барак. Он не имел права собой рисковать. Для этого у него есть слуги и охрана. И куча дворян, которые сопровождают его повсюду.

И тем не менее, несколько карет стояли у нас во дворе, и рядом с ними ходил гвардеец.

Я отвернулась от окна. И ровно в этот самый момент дверь отворилась, и на пороге комнаты появилась Дороти.

Дороти? Но этого тоже не могло быть! Я хорошо помнила, что они с Артуром уехали и не могли вернуться так скоро, за одну ночь!

Неужели это означало, что я всё еще сплю? Или, может быть, нахожусь в бреду? Мне стало страшно.

— Зачем вы поднялись, Беренис? Доктор сказал, что вам нужно оставаться в постели еще как минимум пару дней!

Она подскочила ко мне и подхватила меня под руку. И это было весьма кстати, потому что комната поплыла у меня перед глазами.

— Как вы здесь оказались? — спросила я. — Вы же отправились к себе домой, чтобы попросить благословения у ваших родителей. Неужели я схожу с ума?

Она довела меня до кровати и помогла мне сесть.

— Мы вернулись сразу же, как только узнали о том, что случилось. Месье Нортон отправил человека вдогонку за нами.

Но я по-прежнему ничего не понимала.

— Но вы же были в дороге уже половину суток, когда начался пожар. И даже если этот человек отправился за вами верхом, ему все равно потребовалось бы еще несколько часов, чтобы вас нагнать. И столько же времени потребовалось бы вам, чтобы вернуться.

— Но именно так всё и было, Беренис! — подтвердила она. — Ты же находилась без сознания почти четверо суток.

Ох! Я не могла поверить в то, что услышала.

— Знала бы ты, как мы беспокоились о тебе! Врач надеялся, что всё будет в порядке, но чуть легче тебе стало только тогда, когда вернулся Артур. Впрочем, он расскажет тебе обо всём сам!