Гадюка, обвившая запястья Властелина Смерти

Глава 8. И Чжицин.

Глава 8. И Чжицин.

Лу Кэсинь хвостиком последовала за служительницей храма, словно никогда с ней и не ругалась. Она была настолько довольна тем, что не придётся холодать под дождём целую ночь, что и забыла все свои обиды. То, что обиду нанесли не только ей, но и она сама, Лу Кэсинь тоже сразу же забыла. Раз она простила эту служительницу, значит, и та её простила.

Так демоница заключила между ними бессловесный мир.

- Как тебя зовут, монашка? – поинтересовалась Лу Кэсинь, нагнав служительницу. Та ходила быстро, а шаги были крепкими и стремительными.

- И Чжицин.

Демоница ослепительно улыбнулась, показывая, что зла не держит на эту монахиню. Та бросила на неё холодный взгляд и тут же его отвела. То, что кровожадный демон будет спать с ней под одной крышей, крайне её удручало. Но девушка, сжавшаяся на земле под дождём, прямо напротив окон её дома, удручала ещё больше.

- Надеюсь, ты не людоедка, Лу Кэсинь.

И Чжицин тут же бросила взгляд на демоницу, но та не ответила и улыбнулась ещё шире. О Небеса…

Когда Лу Кэсинь зашла в тёплый и светлый дом, она хотела тут же упасть на кровать и уснуть. Но И Чжицин заставила пойти и отмыть с себя всю грязь. Ещё и дала одежду, такую же монашескую, в какой ходила и сама.

Дружелюбную улыбку Лу Кэсинь как водой смыло. Она скривилась, но одежду приняла и пошла в баню. Отмыв с себя всю грязь и переодевшись в чёрное плотное платье, Лу Кэсинь с недовольством посмотрела на своё отражение в воде.

Ох уж это проклятое лицо!

Она не нашла поблизости тушь, так что прикрыла рукавом лицо и вернулась в комнату, где И Чжицин пила горячий чай.

- Что такое? – спросила она, заметив застывшую в дверях демоницу.

- Лицо!

И Чжицин вспомнила, что Лу Кэсинь ещё славится своей демонической красотой, от которой сошли с ума многие. Как мужчины, так и женщины. Раньше она думала, что демоница пользуется этим, но сейчас поменяла своё мнение. Демоница и утром носила на лице причудливый, размытый макияж. И хотела сделать его и сейчас.

- Ничего страшного, если я тебя увижу. Я ведь женщина, - попыталась успокоить её И Чжицин.

Но Лу Кэсинь не планировала сдаваться.

- Плевать на тебя, мне самой оно противно.

И Чжицин вздохнула и принесла демонице тушь. Та тут же обмакнула пальцы и провела по глазам. Служительница так и не увидела её лицо, ведь демоница старательно прятала его за рукавами, а теперь и за макияжем. Но она могла разглядеть правильные, точные черты её лица, скулы, ровный маленький нос и большие чёрные глаза.

- Почему противно? – вскинула брови И Чжицин. – Думаю, ты довольно симпатичная.

- Зачем мне вообще нужно лицо? Думаю, без него я бы выглядела более устрашающе.

Лу Кэсинь скорчила страшную гримасу и выглянула в окно. Из отражения смотрела на неё уродливая рожа, такая же чёрная, как тьма на улице. Когда демоница оскалила зубы, они тоже были черны. «Здорово!» - мысленно воскликнула Лу Кэсинь, как тут зачесался мизинец.

Эй, что за дела?

- Какие планы у тебя теперь, демоница? – спросила И Чжицин, поставив тарелку лапши перед кусающей свой палец Кэсинь. – Почему ты вообще спустилась с гор?

Лу Кэсинь прекратила попытки спасти свой мизинец, схватила палочки и стала набивать рот лапшой.

И Чжицин не торопила, ждала, когда она закончит. Лу Кэсинь же обдумывала, поведать этой монашке реальную историю или же соврать. Хотя в чём её вина, если эти мерзкие дети сами вышвырнули из дворца? Кто она против толпы? Ещё и эти собаки…

- Мои дети натравили на меня псов! – воскликнула Лу Кэсинь. – И они выгнали меня из дворца, чуть не сожрали. Пришлось спуститься… на какое-то время. Детей я-то смогу убить, а вот этих тварей – вряд ли.

- Собаки, что сильнее человека?

- Они полностью отбитые. Кажется, откусили однажды мальчонке руку.

И Чжицин вскинула брови.

- Кажется? Твоему сыну откусили руку, а ты даже не помнишь наверняка!

- У меня их куча! – закатила глаза Лу Кэсинь, попутно набивая рот. – Я даже имён их не знаю. Да и зачем? Я растила оружие, а не детей на выданье!

И Чжицин поражалась халатности и эгоизму этой демоницы.

- Ты испортила им детство, поэтому они тебя и выгнали.

- Нет, они меня выгнали, потому что мне нужно было воспитывать их жестче. Верные воины никогда не пойдут против генерала. Мне нужно было давать им меньше свободы.

И Чжицин не ответила. Лу Кэсинь не нравилась ей. Она поняла, что эта женщина не милосердна и не добра, а все её, по слухам, излюбленные сыны никогда не получали от неё тепла. Демоница Лу была хладнокровна, безжалостна и верна только своему собственному мнению. У неё были убеждения и цели, которым она верно следовала всю жизнь. Хорошо, что эта демоница останется лишь на одну ночь.

Она ведь уйдёт утром, верно?

- Так куда ты пойдешь?

- Не знаю, не придумала, - пожала плечами Лу Кэсинь, а у И Чжицин зародилось плохое предчувствие. – Моя подруга Цзу Эхуан уехала в поход… - демоница чуть не проговорилась, что та поехала рушить секты святых. За такое эта монашка точно бы выкинула её! - …Так что, пока она не вернётся, я буду жить с тобой.

Лицо И Чжицин исказилось от злости, она подскочила, чтобы начать ругаться.

- Спокойно, монашка. Я обязательно верну тебе всё, что нажила в этом доме. Золотом, конечно же. Только отвоюю свои гробницы, сразу же озолочу тебя. Ты будешь купаться в золоте.