Гадюка, обвившая запястья Властелина Смерти

Глава 29. Ян Сыхао – паскуда, эта демоница так и знала! Часть 2.

Глава 29. Ян Сыхао – паскуда, эта демоница так и знала! Часть 2.

Когда Ян Сыхао прекратила потешаться, она поставила руки в боки и серьёзно, насколько это возможно, посмотрела на демоницу.

- Итак, зачем ты пришла?

- Я хочу стать святой.

Глава издала смешок, но, снова не сдержавшись, расхохоталась пуще прежнего. Когда Лу Кэсинь шла сюда, она была готова ко всему. Даже к смерти. Но точно не к насмешкам!

- Ты правда сведёшь меня в могилу! Ха-ха-ха! Святой! Великая демоница, которой нет равных во всей округе, хочет быть святой! А как же твои грандиозные планы по свержению богов? Ты теперь… им прислуживаешь? Ха-ха-ха!

- Глава, - вмешался Фу Цзюньюй. – Так что же нам делать? Прогнать?

- Нет, погоди, - Ян Сыхао кое-как успокоилась и вновь обратилась к Лу Кэсинь:

- Почему ты хочешь стать святой? Ты… теперь обижена на своих деток-демонят и хочешь стать богиней, чтобы посылать с Небес на них молнии? – Глава снова не сдержалась и расхохоталась ещё громче.

Лу Кэсинь, уже понадеявшаяся н серьёзный разговор, снова услышала издёвки и смешки. Ох, как же она ненавидела эту Ян Сыхао! Когда она уже замолкнет?!

- Нет, я хочу помогать людям, - заявила Лу Кэсинь.

Это единственное, что пришло в голову. На самом деле демоница не ведала, почему люди грезят стать божествами. И для чего вообще нужны боги? От них никогда не было помощи, они глухи к мольбам людей. Отчего тогда в мире столько святых, монахов и служителей? Почему все верят тем, кто не обращает на них никакого внимания?

Если оправиться в Мир демонов и попросить Тёмную Мать о помощи, она поможет. Но, отправившись на Небеса, Лу Кэсинь получила больше вреда и осталась беззащитной.

- Помогать людям? – с улыбкой протянула Ян Сыхао. – С чего ты взяла, что люди ждут помощи от той, кто столько лет их унижала и истребляла?

- Я никогда не убивала людей, - заявила Лу Кэсинь.

- Простых людей – нет, - лицо Ян Сыхао сделалось жестоким. Она сорвалась на крик:

- Ты убивала святых!

Ксимен понял, что дела их плохи. Он почти не знал свою госпожу. Откуда ему было ведать, что она обширно известна как убийца сторонников богов? Падший бог думал, что планы мести её никогда не осуществлялись и так и оставались только в голове.

Кто же знал, что Лу Кэсинь давно сделалась врагом всех святых сект!

Какой глупой затей было сунуться сюда!

- Ты сжигала военные лагеря, взрывала храмы, избивала монахов и служителей храмов, убивала святых! – Ян Сыхао была страшна в гневе. Солдаты, уловив настрой главы, отступили назад. Лу Кэсинь, попавшей под горячую руку святой, очень не повезло. – Думаешь, я позабыла, как пару лет назад ты вломилась в Синьхуа и перебила половину моих солдат! От секты остался только пепел! А теперь, когда я восстала из этого пепла и восстановила лагерь, ты хочешь стать святой?! Под моим руководством?! Раз сама глупа и самонадеянна, не ставь меня себе вровень!

Не успела Лу Кэсинь сказать, какую-то колкость, Ян Сыхао замахнулась и отвесила демонице звонкую пощёчину.

- Это за Синьхуа, - холодно отчеканила Ян Сыхао, а затем ударила во второй раз. – Это за моих солдат. – Последовал третий удар. – А это за меня.

На бледном лице демоницы расплылся красный след от ударов, из носа хлынула кровь. Лу Кэсинь оскалила зубы, словно дикий зверёк. Демоница сжала Хонгин, уже готовая отсечь святой голову, как вдруг передумала. Она сплюнула кровь и с презрением посмотрела в покрасневшие от злости глаза Ян Сыхао.

- Я оставлю тебя в живых только из уважения к твоим боевым заслугам, - сказала Ян Сыхао равнодушным голосом, потеряв всякий интерес к демонице. – А теперь… Выметайся прочь!

Ян Сыхао развернулась, чтобы уйти. Солдаты ошеломлённо смотрели ей вслед. Фу Цзюньюй, бросив на демоницу презрительный взгляд, поспешил догнать главу.

Стража подхватила Лу Кэсинь и Ксимена под руки и поволокла к выходу. Демоница потеряла всякий интерес к секте Синьхуа, куда совсем недавно так рвалась. Плевать, взяли её или нет. Ян Сыхао, в какой-то мере, поступила справедливо. Только одно тревожило Лу Кэсинь.

- Ваши обвинения не напрасны! – громко выкрикнула демоница, вырвав руку из хватки стражника. Ксимен удивлённо уставился на госпожу. Ян Сыхао, услышав её слова, замерла. Но оборачиваться не сочла нужным. – Я и правда поступала подло и жестоко все эти годы. Я всей душой ненавидела Небеса, но мне, мелкому демону, никогда до них не достать. Поэтому отомстила тем, кто был мне по зубам. Кто хоть как-то связан с богами…

- Это тебя не оправдывает, - фыркнула Ян Сыхао.

- Я знаю это. Но неужели мне никогда не загладить вину? Никогда не получить прощения? Всю жизнь носить клеймо грязного демона? Однажды я тоже мечтала стать богом, как и все здесь. Но Небеса обошлись жестоко, и мне пришлось превратиться в ту, которой я являюсь сейчас. Так неужто… нет ни единого шанса исправиться?

Лу Кэсинь, хоть слова её и были отчасти ложью, вещала так убедительно и красноречиво, словно боги дали ей возможность говорить только ради этой речи.