Gaijin Idols: в тени Театра

Глава 12. JE NE REGRETTE RIEN

Три недели после финала прошли куда более спокойно, чем предыдущие.

В первую неделю всех накрыло откатом после дикой гонки финала — никому абсолютно не хотелось заниматься ничем музыкальным. Разве что Шинейд привычно продолжала «держать себя в форме», да ещё Анна попросила Аврору не отменять урок в среду. Однако затем появилась весомая причина снова вернуться к репетициям.

Карло Бадольо с каждым днём шёл на поправку, и врачи разрешили ему вернуться на работу с середины октября, благо директору школы много бегать не требуется. Идея устроить концерт в честь его возвращения одновременно пришла в голову Белле Флярковской и Фриде Карлссон. Услышав об этом, миссис Аврора Бадольо покивала с хитрой улыбкой и послала сообщения Терезе и Томоко, назначив дополнительный урок на тот же день.

В этот раз группе «Амариллис» было не сложно подготовиться — решили просто повторить «Твой Театр», тот номер, с которым выступали в Токио, чуть переделав хореографию под меньшую сцену. Всё равно в школе его почти никто не видел. По сравнению с предыдущими неделями это были не репетиции, а сущее расслабление. Даже когда Лина и Рёко всего за сутки до выступления попросили отменить прогон и, прихватив Юкио, умчались на Синкансэнах на какой-то мюзикл в Токио, это не вызвало у Беллы никаких нареканий — разве что по поводу пресловутых айдольских правил насчёт бойфрендов. В ответ Рёко лишь ухмыльнулась: гитарист ехал в другом вагоне поезда, в зале сидел за три ряда от неё и вообще умеет держать язык за зубами.

Однако вскоре выяснилось, что применяет он это умение очень избирательно.

Мероприятие было назначено на воскресенье в середине октября, к тому же объявили о нём всего за две недели. Поэтому Фрида, на которую, по принципу «инициатива наказуема исполнением», легли обязанности главного организатора, ожидала увидеть полупустую аудиторию. Однако за пятнадцать минут до начала обнаружилось, что наличные скамейки полностью засижены, школьники-добровольцы перетащили все стулья с первого этажа и нацелились на соседнее здание, а между тем народ продолжает прибывать, и у двери выстроился хвост человек в двадцать. И, судя по молодости, большинство гостей составляли явно не родители! К тому же среди пришельцев было непривычно много лиц мужеского полу, хотя, как и во всём мире, мамы обычно посещали школу куда охотнее, чем отцы. Кое-кто по возрасту вообще мог быть школьником, но миссис Карлссон знала в лицо всех учеников старших классов.

Разгадка оказалась проста: накануне Юкио упомянул в каком-то осакском чате музыкантов, что «Амариллис» устраивает мини-концерт в своей школе. Людей в тот чат захаживало немало, и после «Rock on» и региональных отборочных почти все они пребывали в восторге от девичьей группы. Конечно, не до такой степени, чтобы срываться через полстраны в Токио, но вот прошвырнуться на электричке до Такарадзуки, чтобы вживую увидеть крутых гайдзинских айдолов — очень даже милое дело. Само собой, об этом было рассказано друзьям и подружкам, которые, в свою очередь, тоже не давали клятвы молчать…

В итоге за несколько часов на широких просторах Интернета набралось где-то триста человек, пожелавших лицезреть пятерых школьниц, и теперь Фрида с добровольцами настойчиво указывала им дорогу в задние ряды, рассаживая спереди почтенных мам и галдящих младшеклассников. Слава ками, подавляющее большинство гостей понимало, чем школа отличается от клуба. Даже те, кто в своём кругу щеголял суперкоротким платьем с сетчатыми чулками или стильным кожаным плащом до полу, сейчас выглядели вполне цивильно. Выделялась разве что ярко накрашенная стайка с блестяще-белыми волосами — они заявились в ошеломительных пародиях на школьную форму стиля сэйлор-фуку, причём цвета юбок и макияжа прекрасно сочетались. Но после апрельского явления народу мамы Максима такое вполне можно было пережить.

Когда Фрида наконец нашла момент, чтобы отстучать сообщение Белле, та за кулисами проверяла костюмы на всей группе и наводила последние штрихи на макияж. Глянув на экран, полька ехидно хихикнула и показала переписку Рёко. Та в ответ распахнула глаза, всем своим видом изображая «а я-то тут при чём?»

— Итак, благодаря кое-чьему языку без костей к нам на концерт внезапно явилась толпа преданных поклонников. Что мы на это скажем? — возгласила Белла и взяла драматическую паузу. Шинейд, Лина и Анна вскинулись, но ответить никто не успел, поскольку лидер группы продолжила:

— Спасибо скажем! Раз уж мы айдолы, то чем больше поклонников, тем лучше. Не так ли?

— Точно! — облегчённо выдохнула Рёко. — А ещё после концерта можно за деньги пофоткаться с желающими!

— Я читала про такое на форумах, — заметила Анна. — Вроде бы есть какие-то правила, по которым школьные айдолы не имеют права этого делать, а ещё одна девочка писала, что ощущения криповые. Но вообще Белла права — хорошо, что пришли, веселее выступим. По-русски говорят… — девушка чуть замешкалась, подбирая перевод, — «стращать дикобраза обнажёнными ягодицами».

— О как? Ну тогда хорошо! — Шинейд внимательно поглядела на Анну, припоминая, как та всего два месяца назад стеснялась толпы зрителей на региональных отборочных. Тогда Анне пришлось пол-номера бросать взгляды на Беллу, чтобы удерживать лицо и темп.

Сейчас, правда, русская девушка тоже ела глазами лидера группы. А та в это время писала Фриде здравое предложение — пустить «шляпу по кругу» среди набежавших почитателей «Амариллиса» и тем пополнить бюджет школы для особых случаев, который айдолы недавно вычерпали почти досуха.

= = =

Группа «Амариллис» вышла на сцену сразу же после краткого приветствия в адрес директора, которое зачитала Фрида… и выступила прямо-таки идеально. Здесь ей помогали не только свои стены, но и свои одноклассники и учителя, и — если уж совсем честно — свои фанаты, набежавшие без приглашения. К тому же вместо экрана за спиной был настоящий занавес, который эффектно поднялся во время первого припева.

Синхронно с занавесом от средних рядов к задним прокатилась неровная, но энергичная волна взметнувшихся разноцветных светящихся палочек в руках фанатов. Само собой, таких палочек было полно и на отборочных, и тем более в Токийском куполе, но там они лишь лениво покачивались в такт музыке. Теперь же зрители явились посмотреть и поддержать конкретную группу — и, похоже, заранее обсудили в чатиках именно этот момент с занавесом. В теории разные цвета должны были означать любимых участниц группы, но официальных цветов для каждой из девушек никто никогда не объявлял — и только Шинейд, увидев целые островки ярко-зелёного света, еле удержала «концертную» улыбку, из-под которой так и норовила прорваться ироническая ухмылочка.