Галактику музыка двигает

Глава II. Часть Вторая. Игра

Почему в Гаринчан, но не в Раган направил нас Всевышний? Ну, здесь даже и удивления моего лично почти не было. Ульти — да, нахмурила брови, когда раганский писатель перед разъездом обозначил место следующей встречи. Но и моя супруга только глянула мне в глаза с вопросом. Винто даже и не бывал на Севербалиданде, не слышал про Чемчурга и его школу, поэтому у вантрийца вопросов не было. Мы договорились, что вместе с ним стартанем с Земли. Дело десятое, что стартануть с Земли с разыгравшимся художником оказалось то еще занятие. Не предполагали мы, что его сначала-то от Земли оторвать нужно будет (ну, не совсем от земли, от Северного Сияния в атмосфере). Но вышло. Учитывая, что Сэнни нельзя было рассказывать про цель нашего передвижения в Гаринчан, то и про свою вещую дрему не стал я при ней говорить (хотя рассказал и вокалистке, и клавишнику, и ассандриоте[1], когда мы встретились в знакомом мне уже после первого посещения просторном холле чемчурговой школы через неделю с момента встречи на реке Хукер). Но это и правильно: пусть уж сначала дело будет сделано, начнутся выступления, как в моей дреме, а потом уж Сэнни и Петр, и все родные и близкие и так увидят, к чему привела работа. Кстати, тем временем у нас на Земле (мне было не до того, но мои родители и жена поведали) начали твориться неслыханные (ну или только слыханные ранее) события. Во-первых, небольшой объем больных (оставалась еще к нашему времени последняя добиваемая ничтожная часть болезней, которые требовали более-менее длительного ухода для выздоровления) по всей планете в медицинских центрах (все они располагались в лесах или парках и были обязательно одноэтажными и с окнами в палатах в пол-стены) вдруг разом, в один день, сразу после моего отлета к Юпитеру, выздоровели и их отправили по домам. Во-вторых, и в нашем-то родовом гнезде, да и по всей деревне тоже, чувствовался постоянный радостный ажиотаж оттого хотя бы, что, как рассказали родители, они (и другие жители деревни, и вообще всей планеты, судя по новостям) вдруг совершенно точно вспомнили прошлую жизнь сначала в общих чертах, а постепенно, день за днем, узнавали о самих себе все больше деталей. Мама, например, объяснила, что вдруг осознала, вспомнила, что и в прошлой жизни она была ученым (биологом) и достигла в своем направлении открытий. А теперь, вспомнив весь тот опыт и высоты, куда она поднималась тогда, она переносит на свою нынешнюю жизнь и работу филолога (особенно в части функции языка в общественных отношениях). Отец с естественным воодушевлением первооткрывателя вспомнил себя-химика в прошлой жизни и опять же этот опыт уже только за несколько дней позволил оценить мир языка (отец мой, напомню, филолог по основному призванию), особенно в части влияния языков других галактик на местные языки, отдельно — на русский язык с точки зрения химических взаимодействий. Бабушка поведала о своем опыте полетов в прошлом воплощении. Дед, как выяснилось, в прошлой жизни был одним из очень редко встречающихся в нашей истории примеров гения-универсала, в одном лице самобытного музыканта и композитора, великого ученого, учителя и изобретателя в нескольких областях многообразной человеческой деятельности (и имя его, под которым он стал известен народу тогда, естественно, гремит и теперь). Прабабушка тоже припомнила (и кроме памяти, еще раз скажу, возвращались людям и знания, и опыт всего серьезного пути, который удается пройти человеку за жизнь) в предыдущем воплощении сделала много доброго для увеличения плодородности Земли. А прадед поделился своими вернувшимися от прошлой жизни наработанными навыками психических воздействий в применении к очистке атмосферы. Прожитое, пережитое и запомнившееся делает наше бытие более интересным, цельным, направленным, верным, ясным здесь и сейчас. Можно представить, насколько один только этот дар Всевышнего (уверен я, что время начала земных чудес совпало до мгновений со временем нашей встречи с писателем Абтодом Карринду, к тому же, что и сам он говорил об этом), действующий для каждого доброго землянина, способен вознести через тысячелетия развития всю планету сразу напрямки в далекое и светлое будущее. Ну а Ульти и я, забрав Винто и увидевшись с Самбарку уже у телепорта (привыкли к его гуляниям и возвращениям в срок), вместе с Сэнни отправились на ее родную планету. Было утро, дочь отправилась, по ее словам, сразу на занятия в университет, а мы при помощи выданного мне гаджета (все же я далеко не случайный гость на планете) телепортировались в славный, напоенный, насыщенный озоном и творчеством, благоухающий свежестью, как после дождя, солнечный Гаринчан. Прогулялись по городу (кому-кому, а Гати точно нужно было подсогреться после Северного полюса) и пришвартовались в школе. Пока день ожидали Чемчурга и Карринду (Чемчург был у Самбура, как сказала нам женщина-физик Палетти, которая здесь, в школе, была главным администратором и которая и в прошлый раз принимала меня). К слову, Палетти — женщина добрая, талантливая, но при этом неказистая в общественных делах, угловатая не внешностью, но нервностью при решении административных вопросов, особенно — если речь шла про ее ответственность. Нет-нет, она брала на себя ответственность во всей полноте (хотя и была стройной, даже поджарой), но, возможно, ей с ее естественной, а также воспитанной, женственностью был тяжеловат (пусть и посилен) груз этой ответственности. Карринду, по словам Палетти, прибудет к началу ежегодных многоуровневых состязаний (что-то вроде школьной олимпиады по разным видам спорта вперемешку с народными забавами). Соревнования эти начались на следующий день после нашего приезда. Чемчург был на них председателем, раганский писатель — приглашенным членом жюри. Председатель (и главный организатор) опоздал, между прочим, к открытию (а народу одних участников набралось штук двадцать команд). Футбол, про что я отдельно в силу своего к нему отношения сообщаю, самый обыкновенный, как сказал один поэт, «подлинный футбол», тоже был в программе. Но мы только футбол и посмотрели, один матч. Гостей, зрителей — в основном, юношей и девушек из окрестных частей города — собиралось немало в каждый день соревнований, в дни открытия и финала — и вовсе. А иногда по регламенту в некоторых соревнованиях гости становились участниками (Чемчург рассказывал нам об этом и Палетти тоже упоминала особенности).