Галантный век: Любовь офицера

Глава 1. Две дамы

Вследствие новой моды, введенной Петром Первым, поездки Россиян в Европу стали распространенным явлением. Вот и однажды, теплым майском утром, карета, запряженная четверкою белоснежных, крупных лошадей, катила по чудному, зеленому лесу, где – то в центре Европы…

Как вдруг раздались выстрелы, за ними – еще! И тотчас лакеи, как водится, поспешили укрыться в ближайшем же кустарнике, отдавая карету и путников, которые в ней находятся, и которых они должны были – бы защищать – на полное разграбление бандитов… И великолепные кони, и дорогая карета, и большая поклажа, прилаженная на ее крышу – все должно было стать добычей головорезов. Кучер Прохор, сидевший на облучке не тотчас сдался: он подхлестнул лошадей, и залихватски щелкая кнутом в воздухе, покрикивал на окруживших карету бандитов, надеясь ускакать. К несчастью, дорогу перегородило заранее подготовленное нападавшими дерево, и кучер, отбивавшийся кнутовищем уже сам от стаскивавших его с облучка бандитов, оказался в самой их гуще…

Бандиты подбежали к остановившейся карете, чтобы распахнуть ее дверцы…. Но из нее высунулось дуло короткого мушкета – карабина, и раздался оглушительный выстрел! Когда одновременно с этим, главарь раскрыл карету с другой стороны, из нее раздался оглушительный женский крик, настолько громкий и высокий, что он мог посоперничать громкостью своею со звуками выстрела!.. Внутри кареты оказались две дамы, одна пожилая, вторая – юная красавица. И именно она – барышня, только что разрядила свое оружие прямо в толпу бандитов. Огнестрельное оружие в 18 веке заряжалось очень долго, с дула – и потому в любой стычке, после одного выстрела, могло служить лишь в качестве дубинки. Но уже не стреляло…

Пожилая дама, когда ее кто— то схватил за руку, огрела нападавшего увесистым баулом по голове, отчего тот отступил. Главарь же, подошедший со второй стороны кареты, увидев красивую девушку, расплылся в нахальной улыбке, уставившись на нее во все глаза, как никогда бы не стал делать приличный и воспитанный человек. Он вначале еще опасался того, что в руках у девицы был карабин, но заметив его дымящийся ствол, и поняв, что тот уже разряжен, престал бояться, подступил ближе, девушка снова громко и воинственно завизжала так, что у многих заложило уши, а когда они опомнились, то красавица уже разрядила свой маленький пистолет, с золотом и инкрустацией – прямиком в главаря! Тот упал на пыльную дорогу, с залитой кровью грудью.

Пока кругом стоял шум нападения, бандитский посвист, пока старая графиня отбивала атаки головорезов своим крепким баульчиком, а девушка расправилась с самым главным из напавших, рядом раздавались то вскрики бандитов, то стоны кучера – который дрался на кулаках с несколькими головорезами, и тут были еще какие – то шумы, каких и не разберешь сразу. Никто не обратил внимания, что кроме топота лошадей, впряженных в карету, и которых уже похищали – выпрягали и уводили напавшие, совсем рядом с полянкой, на которой произошла стычка – раздался новый топот копыт, и он сильно отличался от обычного.

2

Из-за поворота, внезапно и неожиданно – вылетели новые участники этого происшествия, и поистине, они стоили того, чтобы их описать поподробнее.

Группа военных, в блестящих золотыми пуговицами и шитьем, мундирах – со шпагами наголо и с пистолетными выстрелами – врезалась в самую гущу событий! Они правили к карете, намереваясь сразу же отрезать от нее бандитов. И маневр этот им удался!

Юная барышня, увидела лица и высокие головные уборы своих спасителей, только она не знала пока, кто они, и к какой армии, какого государства принадлежат. На несколько секунд прямо перед нею возник молодой бравый офицер: его взгляд был серьезен и горел тем огоньком решимости, какой бывает только у бесстрашных воинов, что и в самой гуще боя не теряют самообладания. На лице его была улыбка, взгляд поймал взгляд барышни…

— Мадемуазель, с Вами все в порядке? – спросил он самым учтивым, светским голосом, как будто они находились в парадной зале для танцев, а не на большой дороге, окруженные толпою головорезов и в пороховом дыму.

— Благодарю вас, сударь, все в порядке… — немного не своим голосом ответила прекрасная путешественница. Беглым взглядом военного, привыкшего проверять место боя за несколько секунд, офицер убедился, что она действительно невредима, улыбнулся еще. Увидев в ее руках дымящееся еще дуло пистолета, повернул своего скакуна, и растворился среди дерущихся.

Движимая любопытством, и уже не боясь, барышня поднялась и выглянула наружу, надеясь своим глазами увидеть, что происходит. К ее огорчению, оказалось, что военных, так кстати явившихся спаси ее, было намного меньше, чем бандитов. Теперь девушка разглядела, что и на головорезах было какое – то подобие мундиров: то форменный камзол, при гражданских, бесформенных штанах, то военная перевязь на гражданском наряде, что означало, что напавшие эти – были дезертирами, сбежавшими из разных армий – о чем говорили их пестрее мундиры, или же мародерами. Но вооружены они оказались неплохо и, пользуясь большим числом, пока не намеревались сдаваться. Двое или трое из них вскочили на спины выпряженных из ее кареты лошадей, и теперь нападали на военных, которые все были верхом.

Девушка, стоя на подножке кареты, приподнялась на цыпочки, надеясь различить среди дерущихся того, кто столь любезно осведомился о ее здоровье. Но девушке мешал все толком рассмотреть пороховой дым, так как все всадники разом выстрелили, подъезжая к месту стычки. И еще ей мешали видеть ветки и кусты: потому что схватка разделилась, и люди дрались и сзади, и спереди и уже за поворотом дороги, и в стороне от нее. Кто – то, кажется, прыгал за кустами: оттуда тоже раздавался лязг и звон оружия.