Галерея последних портретов

Глава 4

24 октября 2013 года, 11.45

Кафедра истории РГПУ им. А. И. Герцена, наб. реки Мойки

г. Санкт-Петербург

— Евстахий Велориевич, а вы сами-то в это верите?

Евстахий Велориевич Нурейтдинов, прозванный друзьями для простоты Невом по первым буквам имени, но для своих студентов остававшийся преподавателем истории и культурологии с непроизносимым именем, обернулся и посмотрел на задавшего вопрос студента.

— Во что именно? — уточнил он, поправляя очки левой рукой, поскольку в правой держал мелок.

— Ну, во всю эту религиозную туфту, — студент кивнул на исписанную доску. — Вавилонская башня, разные языки и все такое.

Нев положил мелок на полку, вытер пальцы о мокрую тряпку, затем вытащил из кармана носовой платок, снял с носа очки и принялся протирать кристально чистые стекла. Алексей Милушев, студент, задавший вопрос, попал в университет по какой-то социальной программе, выдающимся интеллектом не обладал, поведением своим иногда напоминал девятиклассника, думающего больше гормонами в период полового созревания, чем головой, тем не менее нравился Неву. Именно своим незашоренным мышлением и способностью задавать вопросы, которые никогда бы не пришли в голову прилежному отличнику, верящему всему, что написано в учебниках.

— Эта, как вы выразились, религиозная туфта, — Нев улыбнулся, выделяя интонацией последнее слово и продолжая протирать очки, — вполне может иметь под собой материальное основание, вы не думали?

— Ой, ну конечно, — фыркнул Алексей. — Кучка людей решила построить башню, высотой до неба, а бог в ответ создал разные языки, и они перестали понимать друг друга, а потому и стройка заглохла. Да у нас на каждой стройке куча таджиков, которые по-русски ни бум-бум, и ничего, строят как-то.

Группа засмеялась, Нев тоже улыбнулся.

— Вы думаете слишком прямолинейно, Алексей. Не пробовали воспринимать библейские истории как метафоры?

— В каком смысле? — не понял тот.

— Вот у вас есть мечта? — неожиданно сменил тему Нев.

— Ну... — Алексей задумался. — Хочу много денег.

— А как вы их хотите? Заработать? Или, например, выиграть в лотерею?

— В лотерею лучше. Что ж я, лох какой, работать, если есть вариант попроще?

Студенты снова нестройно засмеялись.

— Хорошо, — Нев кивнул и посмотрел на еще одного студента, отличника Артема, сидящего в единственном числе на первом ряду. — А вы, Артем? Тоже хотите денег?

— Не отказался бы, — кивнул тот.

— И тоже в лотерею?

— Вот тут не соглашусь, — Артем посмотрел на Алексея. — Я бы предпочел престижную работу, которая приносила бы мне неплохой доход регулярно, чем разовый выигрыш, который, возможно, никогда не повторится.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул Нев. — А вы, Маргарита? — Он посмотрел на стройную загорелую красотку с длинными черными волосами, что-то увлеченно читающую под столом.

Девушка испуганно вскинула голову, явно прослушав весь разговор.

— А Ритка замуж предпочла бы, — раздался мужской голос с заднего ряда. — Тоже регулярный доход, и работать не надо. Два в одном.

По аудитории прокатились смешки, а Маргарита окинула однокурсника презрительным взглядом.

— Прекрасно, — кивнул Нев, водрузив очки на нос. — Теперь усложним задачу. Представьте, что у вас есть миллион рублей.

Студенты тут же одобрительно загудели.

— Но потратить вы его можете на, скажем, улучшение родного университета. Что бы вы сделали в первую очередь? Имейте в виду, миллион — большие деньги для вас, а для университета много на них не сделаешь, так что придется из чего-то выбирать.

— А распилить бабло на всех нельзя? — громко спросил Алексей. — И черт с ним, с универом-то.

— Пилить бабло вы на экономической теории будете, — хмыкнул Нев. — А я поставил конкретную задачу.

— Ну... — Алексей потер подбородок. — Компы бы новые закупил, а то эти тормозят жесть как.

— Нечего на них в игрушки играть, — раздался сзади женский голосок, — для нужных целей не тормозят. Лучше за эти деньги общагу подремонтировать немного, а то позорище одно, краска на стенах облупилась, лампочки в коридорах не горят.

— Да иди ты, Светка, со своей общагой, — тут же отозвался еще один студент. — Вам общагу подремонтируй, а тем, кто в ней не живет, какой с этого толк? А миллиончик-то уже потрачен.

Аудитория ожила, загудела, как встревоженный улей. Каждый предлагал сделать для университета что-то свое, причем планы уже не укладывались даже в два миллиона. Наконец Нев попросил студентов утихомириться, и те почти сразу притихли. Никто из преподавателей не мог понять, как ему это удавалось: скромный пятидесятитрехлетний мужчина с застенчивым видом и негромким голосом, постоянно протирающий и без того кристально чистые очки, одной просьбой умел успокоить галдящую группу.

— Вот видите, Алексей, — Нев снова посмотрел на студента, из вопроса которого и родилась дискуссия, — у вас всех есть благородная цель: улучшить университет. И деньги на эту цель есть. И все вы искренне этого хотите, но... Вы строите свою Вавилонскую башню, но разговариваете на разных языках.

Аудитория мгновенно притихла, задумавшись над словами своего преподавателя.

— Прикольно, — наконец протянул Алексей. — А я думал вся эта религия — одна сплошная фигня.

— Если воспринимать все написанное в Библии дословно, то вполне может так показаться, — кивнул Нев. — Но я очень советую вам посмотреть на нее под несколько другим углом. Все же вы должны помнить, что хоть она и переписывалась на протяжении веков так, как было удобно в то или иное время, но писали ее умные и образованные люди. Образование тогда было доступно далеко не всем, а потому все истории, описанные в ней, не простой фольклор.