Гамаюн - птица сиреневых небес

ГЛАВА 41. Ксандра. Дежавю

- Ты паспорт с собой захватила? – поинтересовался директор.

Я кивнула, достала из кармашка сумки завернутый в файлик документ и протянула директору.

Игорь Олегович потянулся к сейфу, стоящему на полу около окна. Ой! Неужели и правда сейчас пачку налички достанет и мне пару бумажек отстегнет? Сердце забилось в предвкушении вожделенного подарка. Однако Игорь Олегович вместо того, чтобы достать из сейфа деньги, зачем-то бросил туда мой паспорт и прикрыл дверцу, не запирая ее.

Я в замешательстве посмотрела на директора, не понимая смысла его действий, но мужчина только взглянул на меня и улыбнулся. Однако на этот раз его улыбка была не ласковой, а иронично-жесткой.

- Ксюшенька, мы можем с тобой побеседовать откровенно? – спросил директор вкрадчивым голосом, но у меня от его вкрадчивости вдруг зачесалась правая пятка.

- О чем? – спросила я, не желая давать никаких обещаний.

- Давай о тебе, девочка моя, - предложил работодатель и наклонил набок голову.

- А чего обо мне разговаривать? Я обычный продавец, и все, - пожала я плечами.

- Так уж и обычный? – усмехнулся Игорь Олегович, и у меня нехорошо засосало под ложечкой.

Я кивнула головой, уже начиная сомневаться в счастливом исходе нашего разговора. Неужели где-то накосячила? Или дело в другом?

- Понимаешь, Ксюша, - начал говорить Игорь Олегович, откинувшись на спинку кресла. - Я ведь намного опытней тебя. Дело даже не в том, что я взрослей тебя лет на двадцать. Возраст – вещь безусловно важная, но не менее важны и другие факторы: ум, умение делать правильные выводы из своих, а лучше из чужих ошибок. Ну и способности человека тоже имеют большое значение. Например, очень редко кто может похвастаться тем, что видит внутреннюю суть человека. Может, один процент из ста.

Так уж и один, хмыкнула я про себя. Ну-ну, на нас двоих уже как минимум пятьдесят процентов приходится. Однако этого я не сказала, а лишь сделала лицо более сосредоточенным.

- К сожалению… или к счастью… смотря, как на это посмотреть… моя молодость пришлась на очень тяжелое время, на начало девяностых годов. Ты ведь знаешь, какое это было время?

Он вопросительно глянул на меня, и я кивнула головой, поежившись.

- И вот в это время мне срочно потребовалось зарабатывать деньги. Знакомые помогли мне найти очень, очень выгодную работу. Однако работа у меня была хоть и прибыльная, но не самая простая. Мне тогда приходилось отмывать наличку. Ты знаешь, что это такое?

Я утвердительно кивнула головой. Потом покачала отрицательно. Вот зачем он мне все это рассказывает? Знать ничего не хочу о разных темных делишках директора. Это его дело, а не мое.

- Ты даже не представляешь, как это было, Ксюшенька, - и директор задумчиво посмотрел поверх моей головы, погружаясь в свои воспоминания. - Приедешь, бывало в банк… Ну, название тебя ничего не скажет. Вы, нынешняя молодежь… - он усмехнулся и махнул рукой. - Так вот… Приедешь в банк с обычной спортивной сумкой, и тебя через заднюю дверь внутрь пропустят. А там деньги просто кипами в углу комнаты навалены. И ты из своей сумочки кучку достаешь. Никто и не пересчитывал тогда. Так, на вес, примерно прикинут и возьмут. Вот такое время было.

Я представила себе в воображении комнату, заваленную деньгами, и сглотнула.

- Да, классное было времечко, - понимающе посмотрел на меня Игорь Олегович. - Только, понимаешь, девочка: чтобы довезти сумочку эту до банка, мне своей шкурой рисковать приходилось. Тут-то мне и пригодилось умение видеть человека насквозь. Поверил бы не тому человеку или не тому сболтнул о том, куда и зачем я еду, и все. Не доехал бы до банка. И ведь кое-кто из знакомых не доезжал.

Тут Игорь Олегович мрачно посмотрел на меня. Я снова нервно сглотнула.

- Кого-то нашли потом. В лесу. По весне. Кто-то в бега ударился. Потому что его кинули, а отдавать нечем. Ну, таких тоже находили. Со временем. Или их близких. И им еще везло, если только квартиры лишались. Вот такое было время, Ксюша. Непростое.

Я рискнула снова кивнуть головой, не понимая, зачем директор излагает мне стремные страницы своей давней биографии.

- Ты наверное недоумеваешь, зачем я тебе это рассказываю? – проницательно заметил Игорь Олегович. - А затем, Ксюшенька, что я выжил в тех условиях и смог свой бизнес открыть только потому, что в людях разбирался всегда хорошо. И поэтому меня ни разу не кинули и в сомнительное дело не втянули. И когда я тебя увидел, то сразу подумал, что ты не простой человек, не обычный.

- Я обычный, - попробовала пискнуть я, сама чувствуя, как неубедительно это прозвучало.

Игорь Олегович только снисходительно покачал головой и улыбнулся.

- Врешь, Ксюшенька, врешь. Зачем ты так со мной, девочка? Врать нехорошо. Я с первого раза понял, что с тобой что-то нечисто. Вот не поверишь, нутром это почуял. Потому и в продавцы тебя позвал, что хотел поближе с тобой познакомиться, понять, в чем твой секрет.

Я похолодела. Испуг, видимо, так ясно нарисовался на моем лице, что Игорь Олегович рассмеялся и похлопал меня по руке.

- Да что ты так пугаешься, девочка? Я же тебя ни в чем не обвиняю, ни за что не ругаю. Мне просто интересно понять.

- Что понять?

- Ну вот смотри, - сказал директор и кивнул на монитор. - Садись поближе, - радушно предложил он, но его глаза продолжали оставаться холодными и изучающими.

Я подвинула табуретку так, чтобы можно было увидеть монитор. Увидев его, я ахнула про себя и сжала руки. На экране я увидела себя, стоящую у прилавка. Запись, видимо, была сделана камерами, которые висели у нас в магазине, потому что съемка велась сверху, но изображение было отчетливым и хорошим.

- Вот смотри, видео от шестого числа, - Игорь Олегович сверился с числом, стоящим в углу записи. - Вот ты, а вот двое твоих коллег. В зал входят несколько человек. Ты почти сразу выбираешь из пришедших посетителей скромно одетую старушку. Заметь, что твои более опытные коллеги берут в оборот хорошо одетого мужчину и супружескую пару. Однако ты первая, безо всякого колебания, подходишь к старушке и начинаешь ей помогать. Почему ты выбрала самого с виду неперспективного и небогатого посетителя?