Гангстерская история

Пролог

- Зачем лишний раз патрулировать улицы, если всё равно вечерний набат всех разгонит по домам, - не переставал ворчать Гриир. Слишком рьяно он проявлял своё недовольство, тем более в столь юном возрасте. Только на прошлой неделе молодой человек праздновал своё двадцатитрёхлетие, угощая напарников домашними пончиками. Многие в участке потешались над его кулинарными способностями, говоря, мол, не мужское это деле выпечкой заниматься, при этом таская украдкой оставшиеся на тарелке сладости. Или это был Граг... Нет, скорее всего, Григс. За последний месяц через отделение детектива Шедлина Кокса прошло столько неопытных юнцов, что он не успевал даже лица их запомнить: только всмотришься, как на его месте уже появляется другое. Впрочем, это не имело никакого отношения к вечернему патрулированию Ноктиса.

- Не терпится закончить дежурство? Или наш славный полицейский испугался ночных теней? - укольнул напарника Шедлин, плотнее укутавшись в фиолетовое пальто из шерсти.

Парень недовольно прикусил нижнюю губу и ускорил шаг:

- Ничего я не боюсь, просто мне кажется, мы уже третий круг наворачиваем. Люди постепенно расходятся. И нам бы не мешало разойтись.

Шедлин спрятал искривлённые напряжённой ухмылкой губы в высоком воротнике пальто. Парень рассуждал вполне логично, особенно, если учесть тот факт, что ровно в пять часов по всему Ноктису раздастся устрашающий гул ратуши под названием Найтауэр, которая располагалась в центральной части Острова Белой лилии. На самом деле, гул часов выполнял роль мотивирующей для народа силы поскорее запереться в стенах домов, отелей и других зданий и по-тихому переждать время, пока солнце снова не войдёт в зенит. И если уж офицеры призваны проследить за соблюдением семилетних традиций, обсуждение иных вариантов действий приравнивалось к чему-то противоправному. По крайней мере, в понимании Шедлина Кокса.

Гриир казался вполне приятным юношей. До тех пор, пока не начинал заводить одну и ту же песню о потраченном в пустую времени. Понятно, что ему не терпелось покинуть пост и встретиться с любимой девушкой. А вот детективу Коксу ни к кому не нужно было спешить. Единственное существо, которое ожидало его в пустой и мрачной квартире на окраине Пурпурного сияния, это был пёс породы золотистый ретривер по кличке Док. Поэтому Шедлин сорил каждой секундой своей жизни налево и направо, без горьких сожалений и с особым энтузиазмом.

- Шеф, уже без десяти пять, - бросив мимолётный взгляд на наручные часы, устало заметил Гриир, - солнце начинает спуск. Пора расходиться.

Шедлин поднял голову и замедлил шаг. Действительно: солнечный диск яркой жар-птицей в золотистом оперении плавно опускался к линии горизонта, рассекая крыльями лазурные клочки небес, окрашивая их в персиково-клубничные тона.

- Если бы волшебники не использовали теневую магию как знак мести, мы бы не прятались по углам, точно напуганные крысы, - не унимался Гриир. Теперь недовольные ноты его голоса смешались с озлобленными, а тонкая линия бровей сложилась в суровую полудугу.

- Если бы правительство не предоставило мафиозным кланам столько власти, этот город и весь Мафтриам не превратился бы в клоаку, под завязку забитую всяким отребьем, жадным до денег и крови, - сплюнул Шедлин, словно произнесённые слова сделали его рот грязным.

Он хорошо помнил, с чего началась "Теневая семилетка". Так среди простонародья принято величать все семь лет, на протяжении которых тени терроризировали жителей всего Мафтриама. Детектив тогда был принят в отдел служебно-розыскного собаководства. Именно там он познакомился с золотистым ретривером, которого потом приютил. Хотя дружба человека и пса претерпела ряд сложностей. Например, всем известно, что для розыскной службы обычно пригодны ротвейлеры, овчарки, доберманы. Но при выполнении очередного задания доберман, приставленный к будущему детективу, вместо того чтобы напасть на след пропавшего человека, отыскал маленького щенка, брошенного среди мусорных баков. Шедлин отвёз щенка к ветеринару и, убедившись, что он вполне здоров, собирался передать его в один из городских приютов. Но щенок самовольно вырвался из клетки и увязался за своим спасителем. Шедлину ничего не оставалось делать, кроме как забрать сорванца домой. А по мере того, как детектив привязывался к новому питомцу, его желание проводить с ним как можно больше времени набирало силу. В конце концов, Кокс набрался храбрости и заявил начальнику: либо он продолжит работу в компании золотистого ретривера по кличке Док, либо сменит род деятельности. Обескураженный взрывной дерзостью, начальник выделил будущему детективу полгода на подготовку собаки к полицейской службе. И вуаля - ровно спустя шесть месяцев Док стал новым напарником Шедлина.

Именно тогда единственная мафиозная семья Серпенагвис, заправлявшая делами Ноктиса, была предана и подверглась жестокой расправе со стороны приближённых семей. День расправы послужил началом вспыхнувшей после этого Войны кланов, пяти самых именитых семей города, которые разделили власть между собой, стараясь приспособиться к мирному сосуществованию. Война же кланов привела к разногласию в кругах магов и волшебников, живших в мире с людьми на протяжении многих тысячелетий. Но мир пошатнулся, и волшебники были вынуждены покинуть пределы Мафтриама. Однако на прощание прогневившиеся чародеи наслали жуткое проклятие, воспользовавшись запрещённой магией теней. С того самого дня ни один житель Мафтриама не мог выйти на улицу без страха собственной тени.

Именно тогда Шедлин Кокс получил свой первый жетон полицейского за спасение Виллмы Веспер от насильника, ворвавшегося в дом дона Винсмера. Вообще-то, насильнику удалось сбежать, завершив своё мерзкое дело. Правда, перед уходом он намеревался стащить некоторые драгоценности, принадлежавшие пострадавшей синьоре. Детектив сумел воспрепятствовать очередному преступлению. Синьора Виллма оказалась настолько благодарна Шедлину за вмешательство, что по её настоянию был организован фонд по защите жертв насилия, названный в честь Кокса. Сам детектив не очень гордился своим первым достижением. Он часто думал, что предоставься ему шанс вернуться в тот злосчастный вечер, он бы скорее пристрелил негодяя, чем позволил ему удрать через распахнутое настежь окно в комнате для гостей. Но прошлое, точно течение реки, которое нельзя повернуть вспять.