"Гарпия. Аукцион душ."

ПРОЛОГ: ПОДПИСЬ.

🖋️ ПРОЛОГ: Подпись.

Континент Монолит. Сервер-Град.Командор Влад Громов.

Сервер-Град никогда не спит. Он гудит низким, утробным звуком — голосом измученной планеты, запертой под слоями неона и титана. На вершине Монолита, в моем кабинете, тишина была иной. Тяжелой. Почти осязаемой. Её нарушал лишь едва слышный шелест кулеров и мерное мигание индикаторов — пульс систем, поддерживающих жизнь в этом бетонном улье.

Я сидел в кресле, глядя, как синеватый свет голограмм выхватывает из темноты мои руки. Руки, способные одним жестом стереть целый сектор с карты живых. Оставить после себя лишь статистическую погрешность в утренних отчетах. Здесь, на сотом этаже, мир казался шахматной доской, а люди — хрупкими фигурами из полупрозрачного пластика.

Я закрыл глаза. В памяти, в тех секторах, что я тщетно пытался заархивировать последние пятнадцать лет, всплыли кадры из прошлого. Лица. Имена. Искаженные гримасами боли рты тех, кого я не сумел спасти.

Первые годы после Удара... Время, когда мир захлебывался в собственном бессилии и хаосе. Я до сих пор помню запах жженого пластика и гниющей плоти — единственный воздух тех дней. Горы тел, которые некому было хоронить.

Тогда я, еще молодой и не окончательно мертвый внутри, дал клятву: я остановлю это безумие. Любой ценой. Даже если платой станет моя собственная душа. Или миллионы чужих, принесенных в жертву ради Великого Порядка.

Я построил Систему. Жестокую. Эффективную до последнего бита. Она работала: люди перестали умирать миллионами, но… они перестали быть людьми. Превратились в ресурс. В юнитов. В сухие, безликие цифры моих ежедневных сводок. Я научил их выживать, вытравив право на слабость. Мой мир был совершенным механизмом.

До сегодняшнего дня.

— Ваше решение, Командор? — синтетический голос системы разрезал тишину, возвращая меня в реальность Монолита.

Я открыл глаза. Перед лицом застыла парящая голограмма. Анна Весенних.

В её зеленых глазах, пойманных камерой слежения седьмого сектора, застыло не просто упрямство. Там была искра — та самая первобытная, неконтролируемая жажда жизни, которая во мне выгорела десятилетия назад, оставив лишь холодную сталь воли. Она смотрела в объектив так, словно знала: я вижу её сейчас. Словно бросала вызов самому Архитектору.

Я увеличил изображение, вскрывая её биометрический профиль слой за слоем. Что-то не сходилось. Даже через жесткие цифровые фильтры её кожа казалась пугающе чистой для жительницы промышленного гетто. Там, где у других расцветали пятна интоксикации или лучевые ожоги, у неё — идеально ровный тон. Словно её организм обладал сверхъестественным порогом сопротивляемости. Она не просто выживала в трущобах — она оставалась нетронутой хаосом.

Настоящая аномалия биологии.

Система вынесла вердикт, не знающий сомнений: «Гарпия». Ресурс низкого приоритета. Категория: изъятие. Цель: Аукцион.

С её знанием психологии и грацией балерины она была обречена стать элитной игрушкой в чьей-то золоченой спальне. Будет медленно гаснуть, пока искра в глазах не превратится в серую пыль. Расточительство. А в моем мире расточительство — единственный смертный грех.

— Анну Весенних изъять для перераспределения, — мой голос прозвучал в пустом зале как скрежет металла по стеклу. — Категория «Премиум». Включить в список лотов для… личного рассмотрения.

Последние слова повисли в воздухе тяжелым свинцом. Я почувствовал, как за пультами управления внизу напряглись операторы. «Личное рассмотрение» Правителя Монолита — процедура, граничащая с аномалией. Обычно я «покупал» специалистов иного порядка: инженеров, гениальных ученых Крипты, стратегов Цитадели. Но не балерин-психологов..

Я занес ладонь над сенсорной панелью. На мгновение интерфейс дрогнул, подернувшись цифровыми помехами. Вместо стандартного гражданского ID на долю секунды всплыла архивная метка, которую я никогда не видел раньше:

[FILE_OPEN]: Project A.N.N.A. (Mod. NIYA-01).

Надпись моргнула и сменилась привычным «Анна», но в памяти отпечатался этот странный сбой. Mod. NIYA-01? Чья-то старая кодировка из баз данных прошлого века? Я списал это на износ медицинских серверов и цифровой мусор, оставшийся от разработчиков старого мира. Но внутри кольнуло забытое, почти атавистическое предчувствие.

Я приложил ладонь к сенсору. Панель из матового стекла отозвалась мягкой вибрацией, сканируя мои линии жизни. Зеленая полоса подтверждения поползла по экрану, санкционируя волю того, кто давно перестал принадлежать самому себе.

Подпись подтверждена. Влад Громов. Правитель Монолита.

Ещё одна судьба. Ещё одна строка в утреннем отчёте. Ещё один шаг по бесконечной дороге, вымощенной моими благими намерениями и острыми осколками чужих жизней.

Я резким жестом погасил голограмму. Зеленые глаза исчезли, но их отпечаток остался на периферии сознания. Как нерешенная задача, к которой постоянно возвращается перегретый процессор. Как тикающая бомба.

Я подошел к панорамному окну. Внизу пульсировал мой идеальный, эффективный город. Где-то там, в секторе 7, девушка по имени Анна засыпала в последний раз свободной. Она еще не знала, что её будущее только что было стерто одним движением моей руки.

Я не чувствовал вины. Но под слоями ледяной уверенности вибрировал едва уловимый шепот интуиции. Он твердил: этот выбор изменит всё. Не только её жизнь. Мою. И сам фундамент этого хрупкого, жесткого мира.

Завтра начнется её история. И, хотя я еще не хотел признаваться в этом самому себе… наша.