Гаррет Потер и Одноглазая змея в Туалетной комнате

Глава 7: Гаррет Потер и Грязь в жилах и голоса в стенах

Гаррет Потер, наш вечно-несчастный герой, уже третий день мастерски избегал Звездобола Пушкинса — человека, чья улыбка светилась ярче, чем его карьера. Сложнее было отвязаться от Колина Кривого, который, кажется, выучил расписание Гаррета лучше, чем заклинания на уроках. «Привет, Гаррет!» — пищал он десять раз в день, получая в ответ стон: «Норм, Колин», который звучал как предсмертный хрип.

Тем временем Редмиона Гриндер дулась на Гаррета за полёт на летающей тачке, а волшебная палочка Ронана Уистлера периодически устраивала перформансы. Например, в пятницу она решила «поцеловать» лоб профессора Фитвика, оставив там зелёный фурункул — видимо, как метафору учебного процесса.

Выходные? Ха-ха. В шесть утра в комнату Гаррета ворвался Гуд — капитан команды по киддичу, чей энтузиазм мог бы зарядить энергетиком целый город. «Тренировка!» — рявкнул он, словно объявлял апокалипсис. Гаррет, полумёртвый, поплёлся за ним, мечтая о двух вещах: сне и исчезновении Пушкинса из вселенной.

Но нет покоя. На пути к стадиону к ним прицепился Колин, размахивая фото, где Пушкинс пытался втащить Гаррета в кадр, словно котёнка в инстамиллиграм. «Подпишешь?» — «Нет», — ответил Гаррет, мечтая превратить Колина в слизня. Не тут-то было. Мальчик продолжил сыпать вопросами о киддиче, словно живая энциклопедия с кнопкой «зациклить».

— В киддиче четыре мяча: балджеры бьют по головам, роффл — для крестиков-ноликов в воздухе, а ситч… это типа золотой рыбки, за которой все бегают! — объяснял Гаррет, мечтая о мгновенной смерти.

На поле их уже ждала «новая тактика» Гуда — схемы на пергаменте, которые ползали, как пьяные гусеницы. Команда зевала, Фред Уистлер храпел на плече у Алисии, а сам капитан говорил так, будто читал лекцию о смысле жизни.

И тут — сюрприз! — явились слизневтонцы с Дралко Малфеем, новым ловцом, чьё лицо кричало: «Мой папа купил мне Облако-3000, а вы?». Их метлы блестели так, что можно было ослепнуть — явный крик о помощи богатых детей.

— Грязнокровка! — ляпнул Дралко в адрес Редмионы, и начался цирк. Ронан, пытаясь проклясти Малфея, устроил шоу «Слизни вместо слов» (спасибо сломанной палочке). Слизневтонцы ржали, Гриффандроч рвал на себе волосы, а Хаггард позже философски заметил: «Лучше наружу, чем внутрь!», подставив таз под Ронана.

Вечером Гаррет, вместо отдыха, оказался в кабинете Пушкинса, подписывая фото фанатов. «Слава — это ответственность!» — вещал «звездобол», пока Гаррет мечтал сжечь все конверты. И тут... голос. Ледяной, зловещий: «Убить... разорвать...»

— Вы слышали? — переспросил Гаррет.

— Конечно! Это хит-парад моих книг! — сиял Пушкинс.

Вернувшись в общежитие, Гаррет делился с Ронаном:

— Голос был реальный!

— Может, Пушкинс втирает тебе свою биографию? — предположил Уистлер, вытирая слизь с рукава.

Даже в мире магии лучший способ избежать проблем — иметь друга, который умеет рыгать слизняками. И никогда не доверяй мужчинам в сиреневых мантиях.