Гаррет Потер и Одноглазая змея в Туалетной комнате

Глава 8: Юбилей смерти, или Почему призракам не светит Нобелевка по физике

Глава 8: Юбилей смерти, или Почему призракам не светит Нобелевка по физике

Октябрь в Ховатсе встретил всех классически: кашель, сопли и тыквы размером с танк. Мадам Помфри раздавала своё «Бодроперцовое зелье», превращая студентов в дымящиеся чайники. Джинни Уистлер, например, теперь напоминала паровоз из-за дыма, валившего из ушей. Её брат Персик, вечный ботаник, смотрел на неё так, будто она вот-вот взорвётся — что, впрочем, было недалеко от спойлера.

Тем временем капитан команды по киддичу Оливер Гуд упорно тренировал Гаррета Потера под ливнем, словно пытаясь доказать, что законы физики — для слабаков. После одной такой тренировки Гаррет, мокрый как выдра, столкнулся с Почти Безмозглым Ником — призраком, чья голова держалась на честном слове и паре эфирных нитей.

— Меня не приняли в Клуб Обезглавленных Охотников! — рыдал Ник, размахивая письмом. — Требуют, чтобы голова была отрублена полностью. А я что? Сорок пять ударов тупым топором — это вам не шутки!

Гаррет, пытаясь не засмеяться, кивал. Вдруг появилась кошка Чак — верный спутник завхоза Илича, человека, чья любовь к чистоте граничила с психозом. Через секунду явился и сам Илич, чихая и рыча:

— Грязь! Вы загадили весь замок!

Гаррета повели в кабинет, где пахло пылью и отчаянием. На столе лежал конверт с курсом «Скоромагия» — видимо, Илич мечтал стать магом, но застрял на уроке «Как держать палочку, не уронив достоинство». Гаррет едва успел прочитать: «Жена смеялась над моими заклинаниями, пока я не превратил её в яка!», как Илич ворвался, побагровев:

— Ты... ты ничего не видел?!

— Нет! — соврал Гаррет, мечтая сжечь эту память лавой.

Спас его Спиртз — полтергейст, устроивший обвал шкафа. Илич бросился на поиски хаоса, а Гаррет сбежал, пообещав Нику посетить его «вечеринку смерти» — 500 лет со дня гибели.

— Это будет эпично! — уверяла Редмиона. — Нас позвали в подземелье!

— На банкет с гнилой рыбой и червями в рубце? — фыркнул Ронан. — Лучше бы я делал зельяварение...

Но слово есть слово. В Хэллоуин троица спустилась в подвал, где призраки вальсировали под скрежет музыкальных пил. На столе красовался торт-надгробие с надписью: «Сэр Николас де Мимси-Дельфингтон. Умер 31 октября 1492. P.S. До сих пор обижен».

— Вкус чувствуете? — спросил Гаррет у призрака, прошедшего сквозь лосося.

— Почти, — вздохнул тот. — Как ваша пицца «с сыром», но без сыра.

Тут появился Спиртз с Мартой Сквиртл — призраком-неудачницей из туалета.

— Ты назвала меня прыщавой! — рыдала Марта.

— Нет! Ты... э... сияешь! — врала Редмиона, тыкая локтями товарищей.

Праздник испортил сэр Патрик — глава Клуба Обезглавленных, который играл своей головой в хоккей, пока Ник тщетно пытался произнести речь. Гаррет, замёрзший и голодный, сбежал — и услышал леденящий голос: «Убивать… время убивать…».

На стене третьего этажа они нашли надпись: «Туалетная комната открыта. Трепещите, враги наследника!» — и кошку Чака, висящего вниз головой.

— Следующие — грязнокровки! — злорадствовал Дралко Малфей, протискиваясь сквозь толпу.

Если вас зовут на вечеринку призраков — берите термос и бутерброды. И никогда не доверяйте кошкам в роли детективов.