Гарри, Фродо и другие

Ночью, у открытой двери

— Виконт. Виконт... э-э... Гарфилд к вашим услугам, мадемуазель!

Носик розовеет, цыпочка смущённо закрывается хвостом. У-у, прелесть. Люблю норвежек.

— Скажите, виконт...

— Для вас — просто Гарфилд.

— Э-э... Гарфилд... а вас не угнетает ваше... ваше положение? Для столь титулованной особы, наверное, так неприятно, так унизительно — находиться при ком-то?

— Что вы, сударыня, как можно! Мы с ней всего лишь партнёры, ни о каких отношениях "хозяин-слуга" и речи быть не может! И с предыдущим партнёром, и с этой новой напарницей мы общались и общаемся исключительно на основе взаимного уважения. Хотя предыдущий... э-э... партнёр, откровенно говоря, был несколько... ну, скажем, простоват. А вообще, странно выходит: вроде тихо-мирно живём, никого не трогаем — и всё время влипаем в какие-то детективные истории.

— Моя мама говорила, что каждый живёт такой жизнью, которую подсознательно ищет, — хлопает прекрасными глазами норвежка.

Хм. А не такая уж и наивная, какой кажется по первому впечатлению. Тем лучше. Не люблю розовых дурочек.

— Ну что вы... Я — существо мирное. Возможно, так проявляется авантюрный нрав моей напарницы. По-моему, такова натура всех симпатичных девушек. — Красноречивый взгляд в сторону норвежки, через секунду такой же достаётся сиамке.

— Вы её любите, — вздыхает пушистая красотка.

— Я ценю её по достоинству, — небрежно роняю я. — Как и она меня. Моя напарница много раз убеждалась в том, что различные загадки я решаю как минимум не хуже её. Наши друзья, кстати, используют меня в качестве эксперта. А уж по скорости мышления, поверьте, я намного её опережаю. Если бы не я, на её совести было бы как минимум одно убийство, причём совершенно невинного человека: представляете, какой это был бы удар для молодой девушки? К счастью, я вовремя разобрался в ситуации и закрыл мишень своим телом.

— Ах! — восхищённо выдыхает норвежка и опять закрывается хвостом. У меня почему-то возникает подозрение, что за хвостом прячется насмешливая улыбка, но я гоню его прочь как совершенно необоснованное.

— Разумеется, — поспешно добавляю, — я не стараюсь воспитать в ней комплекс неполноценности. Более того, иногда даже позволяю ей некоторые вольности по отношению к себе.

— Кстати, виконт, британец Чарльз утверждает, что она заставляла вас носить серебряный ошейник, — вступает в разговор молчавшая до того сиамка.

— Как вы могли предположить такое, сударыня?! — восклицаю я, всерьёз шокированный. — Это был мой маскарадный костюм из мишуры!

— А зачем вам костюм? — хитро прищуривается восточная красавица. — С такими внешними данными... Любого мультипликационного кота можете играть без грима.

— Что ж, сударыня, не всем же обладать таким античным профилем и такими стройными ножками, как у вас, — тут же отвечаю я с напускным смирением.

Горбоносая сиамка слегка сконфужена. Ещё одно очко в мою пользу. Даже два — такая сама кого хочешь сконфузит.

— Ну что вы, я совсем не хотела вас обидеть. Наоборот, я сразу оценила оригинальность и привлекательность вашего облика. Вкусу вашей партнёрши можно только позавидовать.

— Вы незаслуженно добры, сударыня. — Лёгкий поклон. Люблю заслуженную лесть.

— Будь я человеком, — продолжает она с задумчивым видом, — я тоже не расставалась бы с вами ни на миг. Любой преступник поневоле отвлёкся бы на такую... э-э... примечательную внешность и тем самым подставился бы действительно серьёзному...

— Что-о-о?! — когти скрежещут по полу. — Это я-то несерьёзный?

— Но я же...

— Мэм, я чую зло буквально носом. Одно это, как мне кажется, заслуживает того, чтобы воспринимать меня серьёзно. — Шерсть на затылке дыбится. Волевым усилием заставляю её улечься. — Вообще, в поиске живых существ мне нет равных — это известно всем. И моей хо... моей напарнице в том числе. Она полностью мне доверяет в любых вопросах. Она знает, что я хороший друг, и дорожит мной по этой причине, а не из-за смешной морды. Она по собственному опыту знает, что я при необходимости жизнью могу рискнуть ради неё и ради любого из наших друзей. И вообще — думаете, я обычный кот? Да если бы вы знали, кто я на самом деле...

— Да что вы так разволновались, дорогой Гарфилд? — с лёгкой улыбкой перебивает меня сиамка. Выражение лица самое невинное. — Я верю вам, верю. Значит, я ошиблась в своих предположениях. Примите мои самые искренние извинения.

Развели. Как слепого котёнка развели. Два-два. Даже два-три, если честно. Серьёзная дама. Надо будет познакомиться поближе: если я вдруг сойду с ума и пресыщусь холостяцкой жизнью... Впрочем, не будем загадывать.

Вдруг обе настораживаются и мгновенно исчезают в тёмном коридоре. Норвежка на прощание задевает меня хвостом. Не беспокойся, киска, не забуду. У нас ещё всё впереди.

— Ну что, котик, — девичья рука легонько треплет меня за ухо, — опять охмуряешь легковерных подружек?

Молчу и блаженно жмурюсь: от неё нет смысла скрывать что-либо. Она действительно настоящий друг и любит меня таким, каков я есть. Хотя обидно — разве я им хоть что-то соврал? Ну, кроме виконта, конечно.

Погладив меня по спине, Гермиона одним движением палочки наполняет миску с надписью "Косолап" и подвигает её поближе.