Гарри, Фродо и другие

МИНИАТЮРЫ ВРАЗБРОС (Ч.2)

= 15 =

Костёр аппетитно похрустывал сухим хворостом и отплёвывался искрами. Мужик, давно умявший свою порцию каши, тихо похрапывал под возом, его жена аккуратно соскребала со стенок тарелки последние зёрнышки. Рядом сидел, обняв руками колени, сухопарый мужчина в шинели и задумчиво смотрел на огонь.

— Никогда не думала, что из обычного топора такая вкуснотища получится, — сообщила женщина, вылизывая ложку. — И рассыпчата, и жирна... Только привкус какой-то непонятный, а так — сплошное объедение.

Её собеседник мрачно поглядел на неё из-под козырька форменной фуражки и опять перевёл глаза на тлеющие поленья. Редкие прозрачные языки пламени ещё разбрасывали вокруг чешуйки пепла, но костёр уже догорал, и темнота подступала к попутчикам.

Женщина стрельнула глазами в сторону спящего мужа, игриво прижалась к серому колючему боку соседа и зашептала прямо в ухо:

— Расскажи, что у тебя за топор такой волшебный? Откуда навар взялся? Поделись, а уж ты у меня внакладе не останешься!

Её рука нетерпеливо сжала колено мужчины, но тот безразлично двинул ногой и высвободился.

— Топор как топор, — нехотя бросил он. — Ничего особенного.

— Уступи мне его. А ещё лучше подари. Я тебя за это знаешь как отблагодарю? — Рука женщины скользнула по спине соседа.

— Нет, — отрезал тот. — Этому топору другая участь...

Откинув полу, мужчина нашарил в траве склизкую от варки рукоятку, размахнулся и швырнул топор вниз с обрыва. Раздался громкий всплеск.

— Ох, дура-ак! — застонала баба. — Такую вещь — да в воду!..

— Нельзя было по-другому, — отрезал человек в шинели. — В бегах я...

Женщина застыла с раскрытым ртом, затем посмотрела вниз на реку, и лицо её вытянулось.

— Понимаю... — наконец хрипло произнесла она. — Как звать-то тебя, солдатик?

— Родион. Только не солдат я — студент.

Мужчина внезапно уставил на бабу тёмные, налитые безумием глаза и истово зашептал:

— Слышь, тётка, ты мне денег не одолжишь? Хоть немного? Я с тобой обязательно рассчитаюсь...

= 16 =

— Учитель, мне страшно! По-моему, он, сошёл с ума!

— Нет, малыш, он делает то, что должен, — ему просто не оставили выбора.

— Но он же меня убьёт! Посмотри, как у него руки трясутся...

— Не бойся, сегодня моя очередь, а не твоя.

— Учитель!..

— Тише, тише. Только не вслух, мы же с тобой говорили на эту тему. Всё равно мне долго не жить — сам знаешь, у меня больше нет возможности питаться. Но даже в таком состоянии я смогу оттянуть на себя удар, на это знаний и сил хватит. Тебе повезло, Джемми.

— Мы же с тобой только подружились, а ты уже...

— Ничего, в следующем году ты сможешь познакомиться и подружиться с моим преемником; как это сделать, тебе известно. Он обучит тебя всему, что ты узнал бы от меня. Ох, малыш, ты даже не представляешь, сколько веков мы пытаемся вбивать знания в тёмные человеческие головы... Трудно, конечно; на прямой контакт, как мы с тобой сейчас, идут единицы, но цепь мудрости не так уж легко оборвать. Помнишь, в прошлом году приезжал твой учёный дядя из Англии, из Вулсторпа? Он, сам того не зная, увёз с собой нескольких из нас. И я уверен, им повезёт больше, чем мне. А вообще, знаешь, я даже рад: меня хотя бы не будут пожирать черви...

— Ты ещё можешь шутить?!

— Почему нет? Прощай, мой мальчик, ты был хорошим учеником. Может, ты не будешь великим учёным, но уважаемым и добрым человеком — обязательно. Поверь, в вопросах познания добра и зла я очень хорошо разбираюсь. Всё, теперь мне надо сосредоточиться...

Голос перестал звучать в голове мальчика, и он открыл глаза. Прямо на него смотрело остриё отцовой стрелы. Яблоко на голове ещё раз успокаивающе качнулось и опять замерло.

= 17 =

— Я больше никогда не подойду к берегу! — всхлипывая, говорил маме Крошка Енот. — Я ненавижу Того, Кто Приходит К Пруду. Когда мы увиделись в первый раз, я ему по-дружески улыбнулся. Правда, в этот момент нос сильно зачесался... А он мне в ответ скорчил ужасную рожу! Но я всё равно его простил и в следующий раз даже предложил сыграть партию в городки — жестами. А он подскочил к воде и начал мне своей битой угрожа-а-ать!

Крошка Енот уткнулся маме в живот и разревелся.

— Сынок! — сказала мама, ласково гладя его по голове. — Если ты будешь таким слабохарактерным, на тебе всегда все будут ездить. Прояви наконец характер! Не улыбайся ему, не приглашай играть. Вернись назад и покажи ему свои острые зубы!

Заплаканный Крошка Енот выглянул из-под маминой подмышки.

— Мам, но сейчас на воде рябь! Ты уверена, что он всё увидит и поймёт?

— Обязательно!

Крошка Енот так и сделал. И оказалось, что его противник совсем не страшный, а очень даже трусливый. Когда Крошка Енот угрожающе оскалился, Тот, Кто Приходит К Пруду, решил укрыться в осоке и начал срывать зелёные стебли, чтобы замаскироваться. Но у него так ничего и не получилось, он замахал на Крошку Енота лапами и убежал.

Гордый Крошка Енот ещё раз грозно оскалил зубы — просто так, для тренировки, — потянул вниз кувшинку, оторвал от стебля распустившийся цветок и зашагал по дну пруда к маме с радостной вестью.