Гарри Поттер и Святой Грааль

Глава 10. Один на двоих

Утро у Гарри выдалось на редкость рассеянным. Поругался с Роном ночью, а теперь не мог собраться с мыслями. Из головы не выходили здоровенные драконы, которых ему показал Хагрид. Ум его гулял где-то далеко, в неприступных далёких мирах, куда ни один дракон не смог бы добраться. Там же путешествовало и его мужество, а заодно и все чувства. Окончательно поникнув духом, он уже ничего не замечал вокруг, а только плыл по течению, увлекаемый рекой времени в водоворот неизбежного. Ничто не давало надежды, ничто не приносило ему радость, а за каждую прожитую минуту он изо всех сил цеплялся, не желая упускать из рук эту тонкую нить, что отделяет его от ужасного часа, когда под шум оваций и аплодисментов выйдет навстречу дракону.

Гарри хотел плакать от страха, но не находил слёз. Он желал спрятаться, но не знал, куда. Гарри хотел бегать и кричать, но не находил в этом выхода. В этот момент, когда все от него отвернулись, и лишь Гермиона силилась помочь и отыскать для него подходящее заклинание в книгах, он чувствовал себя Атлантом, на чьи плечи лёг небосвод. Он расправил бы плечи, но некому было больше держать эту непосильную ношу.

Даже Жанна, обычно холодная и вредная, удивилась отсутствующему выражению на его лице в понедельник в ночь перед которым даже сон предал его, оставив в одиночестве до утра. Она не знает, что их ждёт. Может, сказать? Но, если он скажет ей, то должен и Седрику рассказать. Едва найдя в себе силы для разговора, Гарри схватил её за плечо, подтянул к себе не замечая сопротивления, и тихо шепнул ей на ухо:

— На первом задании мы сразимся с драконом.

Отпустив её, он посмотрел в свою тарелку, где еще оставался недоеденный бекон. Кусок в горло не лез. С момента, когда Гарри впервые увидел драконов, он чувствовал себя так, словно его заперли с ними в одном вольере, вдыхая запах горелой земли и непрерывно смотря в эти желтые глаза с вертикальными зрачками, полными решимости. Кто-то ударил Гарри по лицу, а затем взял за плечи и хорошенько встряхнул. Придя в себя, Гарри увидел Жанну. Она держала его за плечи, смотрела на него, скривив губы, а на лице её читалось недоумение.

— Ты сказал — с драконом? — шёпотом спросила она.

Гарри кивнул. На секунду Жанна задумалась и тут же спросила:

— У тебя есть план действий?

Гарри в ответ лишь покачал головой. Жанна ослабила хватку и отпустила его, а на лице проявилось напряжённые от размышлений. Гарри не спрашивал, о чем она сейчас думает, но это ему и не требовалось.

Немного позже Гарри встретился с Седриком. Тот шёл, окруженный толпой друзей и хихикающих девчонок, при которых Гарри говорить не хотел. Желая отвлечь Седрика от них, он незаметно наложил заклятие на его сумку. Та порвалась, из неё выпали перья, учебники, пергамент, а две чернильницы разбились вдребезги. Хоть друзья и бросились помогать, Седрик отстранился от них и отправил на урок, после чего попытался собрать вещи самостоятельно. Рассказав Седрику о драконах, Гарри уже с чувством выполненного долга отправился на занятия, как наткнулся на профессора Грюма. Тот коряво усмехнулся и пригласил Гарри зайти в свой кабинет. В кабинете Грюма, заставленном разными загадочными устройствами, они сели для разговора. Грюм похвалил Гарри за то, что он помог Седрику и рассказал о драконах, после чего поинтересовался, есть ли у Гарри какой-нибудь план. Выяснив, что Гарри до сих пор не придумал ничего, чтобы выполнить задание и справиться с драконом, Грюм немного погрустнел. Тем не менее, он подсказал Гарри подходящий для него план действий. Выяснив, что у мальчика хорошо получается летать на метле, и услышав разочарованное «но метлу с собой взять нельзя», он выдал ёмкое «зато палочку взять можно». Вооружившись этой мыслью, Гарри пошёл к Гермионе и попросил её помочь с изучением Манящих чар.

Весь день и весь вечер до двух часов ночи они ходили по Хогвартсу и практиковали Манящие чары. В библиотеке, пустой аудитории, в коридоре и гостиной Гриффиндора. Гарри даже не задело, как днём профессор Трелони на прорицаниях предсказала ему ужасную, внезапную смерть.

— Смерть, ну и пусть! — не выдержал он, — Только быстрая. Не хочу мучиться.

Даже Рон от его слов почти залился хохотом. Можно было подумать, словно между ними больше нет ни малейших следов ссоры, но Гарри всё ещё злился на него за прерванный разговор с Сириусом.

Гарри тренировался так усердно, что даже как будто выпал из окружающей действительности. Ничего его больше не интересовало. Он знал свою цель — придя к дракону призвать из замка Молнию.

— Теперь я знаю, что делать в следующий раз, если у меня не будут получаться какие-то чары, — сказал он ярко сиявшей от его успехов Гермионе, — Напугать драконом.

Утро следующего дня подвело итог всех последних дней. Гарри отстранился от всего и всех, он не замечал насмешек и не видел перед собой этих значков с дразнящими надписями, ставшими еще более изобразительными.

Драконы не плачут, Жаба д’Арк и Горе Поттер!

Он даже не заметил, что Жанна уже сменила тактику и не грозит каждому студенту лично расправой, а записывает их поименно на специальный листочек пергамента. Как не заметил и того, что Фред и Джордж собирали ставки на него. Хотя они пообещали с ним поделиться в случае, если он выживет, Гарри даже это проигнорировал. Занятия в этот день длились до полудня. Казалось, даже само время предательски подводило его к встрече с драконом. Так и не сумев ничего съесть за обедом, Гарри вскоре уже шёл вместе с МакГонагалл и Жанной к палатке, где находились чемпионы Турнира. Внутри царила очень нервная и напряжённая обстановка, по ребятам было понятно, как они нервничают и даже д’Арк казалась не такой самодовольной, как обычно. Потом пришёл Людо Бэгмен с небольшим мешочком из красного шёлка.

— Когда зрители соберутся, я открою вот эту сумку. В ней копии тех, с кем вам предстоит сразиться. Все они разные. Каждый по очереди опустит руку и достанет, кого ему послала судьба. Ваша задача — завладеть золотым яйцом.