Гарри Поттер и Святой Грааль

Том 3. Глава 48. Королевство перерожденное

Приближалась полночь. Премьер-министр си­дел у себя в кабинете в полном одиночестве и читал длинный меморандум. Строчки мелькали перед гла­зами, не задевая сознания. Премьер-министр ожи­дал звонка от президента одной далекой страны. Он раздумывал, когда же наконец позвонит этот зло­счастный тип, и одновременно пытался отделаться от неприятных воспоминаний о необычайно дол­гой и утомительной неделе; ни на что другое в го­лове у него просто не оставалось места. Чем больше он старался сосредоточиться на печатной страни­це, которая лежала перед ним на столе, тем отчет­ливее видел перед собой злорадное лицо одного из своих политических противников. Не далее как се­годня противник этот, выступая в программе но­востей, не только перечислил все ужасные проис­шествия минувшей недели (как будто кому-то тре­бовалось об этом напоминать), но еще и подробно объяснил, почему в каждом из них виновато пра­вительство.

У премьер-министра зачастил пульс от одной мыс­ли об этих подлых и несправедливых обвинениях.

Интересно, каким это образом правительство мог­ло помешать этим бандитам вдруг объявиться? Возмутительная нелепость — намекать, будто на сохранность правопорядка тратится недостаточно средств. Никто даже не подозревал, что такие бандформирования в стране вообще существуют, что есть летающие тарелки — или что это вообще было? — и чудовища, с Джеком Потрошителем. Лучшие эксперты теряются в до­гадках, что это вообще было такое и откуда они появились. И как только наглости хватило заявить, что причи­на всех этих зверских убийств и массовых исчезновений горожан, широко освещавшихся в средствах массовой информации — нехватка по­лицейских? И что правительство обязано было ка­ким-то образом предвидеть внезапный ураган, про­несшийся по нескольким графствам к юго-западу от Лондона, причинивший огромный ущерб и сопро­вождавшийся человеческими жертвами? И разве он, премьер-министр, виноват в том, что один из его заместителей, Герберт Чорли, именно на этой не­деле начал вести себя так своеобразно, что ему те­перь придется значительно больше времени про­водить дома, с семьей?

Но худшей из бед для него представлялось объявление короля, воспетого в легендах. Где-то пропадал этот Артур, столько лет? Неужто на том загадочном Авалоне, которого нигде не сыскать даже с помощью самых современных военных спутников и лучших разведок всего мира?

Премьер-министр нервно нахмурился. Одной мысли об этой новоявленной политической фигуре, которую теперь денно и нощно на многотысячных митингах требовал народ, ему хватало, чтобы всей душой ощутить весь тот абсолютный катарсис своего нынешнего положения. Он слишком быстро терял рычаги влияния. Почти так же быстро, как нагрянули все эти недавние беды. Первыми на сторону загадочного Артура перешли военные, иных из которых он посвятил в рыцари, возложением на их головы своего легендарного меча Экскалибура. Теперь под крыло этого самозванца, называющего себя королем, чье существование в истории даже не подтверждают историки, бегут все, даже крупный и малый бизнес. Где это видано такое, пес его возьми?

Теперь все внимание приковано к нему, к этому якобы Артуру! И сколько этот Артур дал интервью, сколько ходил на разные телешоу? Сколько принимал участия в разных дебатах? Да он даже двух слов связать не может и всегда ограничивается малым числом коротких фраз, после которых публика буквально бьется в экстазе, а оппоненты теряются и не знают, что бы ему такое ответить! Ух, он бы побеседовал с этим Артуром при встрече! Это были бы дебаты на века! Такие дебаты, что он с легкостью впишет свое имя в историю мира, как первый — и, возможно, единственный — человек, кто посрамил самого великого короля Артура Пендрагона во время дебатов! И что это еще за манера у Артура такая — всюду ходить в маске льва? Почему он не покажет своего лица? Что он такое скрывает под маской? И не связан ли этот внезапный претендент на английский престол со всеми бедствиями, что обрушились недавно на Англию?

«Страну охватило уныние и массовые беспорядки». — закончил свою речь представитель оппозиции, почти не скрывая широ­кой довольной улыбки.

Увы, тут он сказал чистую правду. Премьер-ми­нистр и сам это почувствовал: люди выглядели не­привычно подавленными. Даже погода стояла без­радостная. Промозглый туман в середине июля… Не­правильно это. Ненормально.

Он перевернул страницу меморандума, увидел, как много еще осталось, и бросил безнадежные по­пытки вникнуть в содержание документа. Потянул­ся, закинув руки за голову, обвел тоскливым взором кабинет. Это была красивая комната с мраморным камином и высокими подъемными окнами напро­тив камина — сейчас они были плотно закрыты из-за не вовремя наступившего похолодания. Слегка вздрогнув, премьер-министр поднялся и подошел к окну, уставился на редкий туман, липнущий к стек­лам. И тут он услышал, как кто-то негромко постучал в дверь.

— Войдите! — ответил премьер-министр, выждав короткую паузу. Он занят, сейчас поздний вечер, могут и подождать. Вдобавок ко всему, за спиной премьер-министра кто-то вдруг кашлянул, словно он находился здесь не один. Ничуть не смутившись, премьер-министр продолжил наблюдать, как поворачивается дверная ручка. В комнату вошла фигура на полголовы меньше самого премьер-министра. Неожиданный гость был одет в синий плащ с пушистым воротником и маску льва, закрывавшую всю голову. «Явился» — подумал премьер-министр, злорадно предвкушая предстоящий разговор с великим королем прошлого.

— Чем обязан? — настолько вежливо, насколько это представлялось возможным, приветствовал премьер-министр своего гостя.

Гость не спешил отвечать и молча наблюдал за ним, словно желая внимательно его изучить. От повисшей в воздухе паузы премьер-министр почувствовал себя неловко. Но в тот момент, когда следовало нарушить тишину, гость неспешной и в то же время величественной походкой, присущей лишь королям, подошел ближе к столу и протянул руку. Плащ гостя отодвинулся и под ним премьер-министр разглядел блистающие доспехи с синим гербом из трех корон.