Гарри Поттер и Святой Грааль. Том 2. Безмолвная буря

Глава 6. Фатальная колесница

— Слушай, я давно хотел тебя спросить, — обратился Гарри к Жанне, когда они, миновав кабинет Макгонагалл, неспешно возвращались в гостиную Гриффиндора. — Когда ты говоришь о «крике души»… — он запнулся, подбирая слова, — ну, когда ты хотела испепелить Амбридж… э-э-э… взглядом. Что это вообще такое?

— Мой Фантазм, — пожала плечами Жанна, словно речь шла о чем-то обыденном. — Благородный Фантазм, если быть точнее. Особая способность Слуг, сотканная из их сути. Гарантированно уничтожает большинство противников.

— И что же делает твой Фантазм? — Гарри с любопытством посмотрел на нее.

— Это долгая история, Поттер, — Жанна поморщилась, словно не желая на него отвечать. — Если коротко, то он позволяет призвать пламя из глубин моей души, сотканное из ненависти и злобы, пронзить врагов кольями и сжечь их на костре из адского пламени. Все.

— Погоди, — Гарри остановился, пораженный. — Ты и Волдеморта так хотела?..

Жанна пристально посмотрела в глаза Гарри, прежде чем медленно кивнуть. На ее лице промелькнула тень неудовольствия, смешанного с еще каким-то чувством, которое Гарри не смог распознать.

— Но почему ты тогда… — Гарри не закончил фразу, не зная, как правильно сформулировать свой вопрос.

— Почему не добила его на кладбище? — в голосе Жанны послышалась горечь. — На то были свои причины.

— А есть те, у кого Фантазм сильнее? — с опаской спросил Гарри, не желая пока что знать больше о причинах поступка Жанны.

— Сильнее? — Жанна усмехнулась. — Есть те, чьи Фантазмы способны нанести урон самому мирозданию. Но даже слабейший из них может доставить немало проблем.

От этих слов Гарри стало не по себе. По спине пробежал неприятный холодок.

— Слушай, а можно как-нибудь… призвать Слугу на помощь? — Гарри с надеждой посмотрел на Жанну. — Ну, чтобы он защищал или сражался на твоей стороне?

— Можно, — Жанна остановилась, скрестив руки на груди, и слегка наклонила голову в бок, с присущим ей показным безразличием смотря на Гарри. — Тот, кто призывает Слугу, становится его Мастером. Между ними заключается контракт, и Слуга обязан подчиняться приказам Мастера. Но, знаешь ли, это тебе не с котенком играться. А еще Слуги вроде меня не подчиняются приказам тех, кто слабее меня.

— Даже если этот Мастер — Волдеморт? — Гарри почувствовал, как к горлу подступает тошнота.

— Слуге безразлично, кому служить, — ровно ответила Жанна. — Есть лишь воля Мастера и собственное желание.

Гарри остановился и медленно сел на ступеньках лестницы, не в силах унять дрожь в коленях. Жанна поднялась на пару ступенек выше и оглянулась на него, ожидая продолжения. Пару секунд Гарри сидел, держась за голову. Он чувствовал, что после таких новостей нескоро сможет нормально уснуть.

— Жанна, а призыв Слуги — это очень сложно?

— Тебе рано об этом думать, — Жанна незаметно смягчилась, заметив состояние Гарри, но тут же снова напустила на себя неприступный вид, выдавая всем своим видом, что разговор окончен. — Но если тебе так интересно, то это очень непросто. Волдеморт сам, пожалуй, не справится.

— А с чьей-то помощью?

— Если найдет себе в помощники кого-то вроде Мерлина — тогда да, — пояснила Жанна. — Или, на худой конец, Гильгамеша. У этого царька в коллекции есть все, что только можно пожелать, включая катализаторы для призыва любого Слуги.

— Катализаторы? — переспросил Гарри.

— Вещи, связанные с героем, которого хотят призвать, — пояснила Жанна. — Частица его души, если хочешь. Реликвии, оставшиеся после него. Что-то, что имело для него большое значение и важность.

Гарри поднял голову и взглянул на Жанну.

— А Святой Грааль, он может наделять магией немагов?

— Он все может, — ответила Жанна, чуть помедлив, словно что-то решая для себя.

Гарри задумался. Если бы у него был Грааль, он бы пожелал вернуть своих родителей к жизни и прожить жизнь в их окружении, с их любовью и заботой. Ему очень хотелось представить, как бы он утром приехал с родителями на работу в министерство, как вечером возвращались бы домой, где какой-нибудь домовик уже приготовил еду, как к ним на его день рождения приехали бы Сириус и Люпин, а может и Хвост, который никогда не предавал Поттеров. Его нос уже начал ловить запахи ароматного домашнего ужина, а перед глазами встала картина счастливой семьи. От такого разгула фантазий на глазах его выступили слезы.

Жанна не отреагировала на его эмоции — ей подобное было чуждо. Она стояла рядом и молча смотрела на него, пытаясь умом проникнуть в тайный смысл происходящего.

Гарри поднялся со ступенек и, не зная, куда деть нахлынувшие на него чувства, нервно прошелся взад-вперед, пытаясь унять дрожь в голосе.

— А ты? — спросил он, стараясь говорить как можно более безразлично. — Что бы ты пожелала, заполучив Грааль?

— О, — Жанна выдержала паузу, словно смакуя предвкушение, — я бы устроила такой праздник, который этот жалкий мирок запомнил бы надолго.

— Праздник? — Гарри недоуменно посмотрел на нее.

— Да. Сожгла бы всех неверных на огромном очищающем костре, — в ее голосе послышались торжествующие нотки. — И построила бы новый мир, свой собственный.

— И чем бы ты тогда отличалась от Волдеморта? — тихо спросил Гарри, чувствуя, как холодок пробегает по спине.

— Я не делю людей на чистых и грязных, — пожала плечами Жанна. — На волшебников и маглов. Для меня все едины. Все равно заслуживают очищения.

Гарри не нашел в себе сил, чтобы возразить. Он снова сел на ступеньки, уткнувшись взглядом в свои ботинки.

— Ты ничем не лучше него, — с горечью проговорил он.

Жанна подошла к нему и опустилась рядом, неожиданно коснувшись его плеча своей рукой.

— А ты научишь меня видеть разницу? — в ее голосе впервые за все время их знакомства прозвучали не высокомерие или гнев, а самые настоящие любопытство и неуверенность. — Между людьми и… нелюдями?

— Кроме Волдеморта, — быстро добавил Гарри, отвернувшись. Он не мог долго смотреть в ее янтарные глаза, в которых сейчас отражались вспышки какого-то нездешнего адского пламени. Перед глазами вставали жуткие картины альтернативной Столетней войны, где Жанна превращалась в безжалостного демона-разрушителя. Искаженные болью и ужасом лица погибших, обугленные руины городов и деревень, неестественно вывернутые конечности и черные провалы глазниц, казалось, преследовали его по пятам. Но теперь, когда Жанна была рядом, когда он видел ее человеческое лицо, чувствовал тепло ее руки, страх отступал, сменяясь странным смешением влечения, тоски и нежности.