Гарри Поттер и Святой Грааль. Том I. Перед бурей

Глава 11. Святочный Бал

Вернувшись в замок, Гарри сперва отправил письмо Сириусу. Затем они с друзьями вернулись в гриффиндорскую башню, где его и Жанну встречали как триумфаторов. Весь вечер гриффиндорцы праздновали победу своих чемпионов и вернулись в спальни только в час ночи. Ложась спать, Гарри взглянул на миниатюрную копию венгерской хвостороги, которую вытягивал сегодня из красного шелкового мешочка. Хвосторога зевнула, свернулась калачиком и закрыла глазки. В этот момент Гарри даже слегка удивился. Всё-таки, Хагрид знал, что говорил, называя ее милым созданием. В самом деле — очень милое существо.

Декабрь принес тучи, ветер и снег. Иной раз в коридорах замка можно было услышать почти потусторонние звуки, издаваемые множеством сквозняков. В классах во время занятий тихо позвякивали стекла, а в коридорах свистел ветер.

На первое же декабрьское занятие по уходу за магическими существами неожиданно заявилась Рита Скитер и принялась строчить очередную статью. Наблюдая за ней, Гарри сразу смекнул — её очередной шедевр будет недобрым и нацелен на Хагрида. К собственному сожалению, он осознавал неспособность что-нибудь с этим сделать и мог только надеяться, что статья выйдет не настолько разгромной, как обычно она пишет. Но дальше последовало то, чего никто не мог ожидать. В один из дней профессор МакГонагалл объявила, что в этом году состоится Святочный Бал. За неделю до этого Гарри назвал бы ерундой необходимость позвать кого-то на бал, ведь сражаться с драконом за право обладать золотым яйцом было страшнее; но теперь в этом он усомнился. Как пригласить девушку на бал? Кого пригласить?

Впрочем, все вопросы Гарри исчезли сами собой, когда его начали приглашать совершенно незнакомые девушки, подчас с других факультетов. Он отметил, что вдруг к нему и к Жанне все прониклись уважением — сказывалась победа над хвосторогой. Исчезло большинство значков в поддержку Седрика, а Жанне даже никто не задавал вопросов, когда в одно утро десять слизеринцев проснулись кто в туалете, кто на горгульях, подвешенные за резинки трусов. Гарри подумал, узнав об этом, что она уже вошла во вкус с этим приемом. Ему невдомек было, что же творилось на самом деле в глубинах ее души и чего, согласно ее мнению, те слизеринцы заслуживали на самом деле.

Все эти дни он прекрасно помнил о Рите Скитер и с напряжением ожидал статьи про Хагрида и очень обрадовался, когда никакой статьи не появилось.

Время шло и требование обязывало пригласить на бал какую-нибудь девушку. Гарри думал о Чжоу Чанг — ловце из пуффендуйской команды, и когда столкнулся с ней в коридоре, выпалил нечто невразумительное. Вовремя поправившись, он пригласил Чжоу на бал, но тут же расстроился — она сказала, что пойдет с Седриком. Вернувшись грустным в башню Гриффиндора, неожиданно для себя Гарри встретил там ещё более печального Рона. Как оказалось, он пытался пригласить на бал Флер Делакур. Без успеха, конечно. Обсудив свои проблемы, они выяснили — на всем курсе пары нет у них двоих и у Невилла.

— Знаешь, кого он приглашал? Гермиону!

— Не может быть… — Гарри не поверил собственным ушам.

Рон постарался развеять его сомнения, рассказав о том случае с Гермионой и Невиллом. Рон посчитал этот момент из жизни их друга чем-то забавным, на что с гневом отреагировала Джинни.

— Не смей смеяться! — рассердилась она.

А тем временем во входном проеме появилась Гермиона. Она недоумевала, почему ее друзья не пришли поужинать в Большой Зал. Следом за ней в гостиную прошла Жанна. И вдруг, после разбирательств вокруг Невилла и неудач Гарри и Рона, последний как-то совсем по-другому посмотрел на подруг.

— Гермиона! Жанна! — у Рона округлились глаза. — Вы… вы же девушки!

Жанна рассмеялась. Её смех был звонким, с металлическими нотками.

— Вау, как проницательно, — отмахнулась Жанна.

— Как ты догадался? — спросила Гермиона с неприкрытой иронией в голосе.

— Ты не могла бы пойти на бал со мной и с Гарри?

— Не могла бы!

— Слушайте, — сказал Рон, немного смутившись, — а вы… вы не могли бы… ну… пойти с нами на бал? С Гарри и мной? Нам… нам нужны пары. А то… как-то глупо получается. Все идут, а мы…

— Я не могу, — сказала Гермиона, покраснев. — Я уже… договорилась.

— Ни с кем ты не идешь. Ты просто так сказала, чтобы отвязаться от Невилла!

— Отвязаться? Ты так думаешь? — В глазах у Гермио­ны заплясали опасные огоньки, — Ты, Рон, три года не замечал, что я «стоящая девчонка». Но нашлись люди, ко­торые это заметили!

— А я пойду, — вдруг с какой-то особой ехидцей в голосе и во взгляде заговорила Жанна, — Но я пойду с ‘Арри.

В этот момент самодовольство на ее лице достигло такой степени, что Рон ожидал увидеть ее корчащей рожицу с высунутым языком. Но, глядя на нее Рон понимал — ей это не требуется. Ей не нужно строить рожицы, чтобы кого-то подразнить, ей даже не нужно разбрасываться многочисленными словами и придумывать острые эпитеты, чтобы кого-нибудь подколоть. Жанна из тех людей, кому достаточно только сохранять единственное выражение на лице, независимо от ситуации.

— Вот как? — вспылил Рон, вскочил с места и одним рывком оказался нос к носу перед Жанной, — А почему тебя, интересно, не пригласили?

Внутри Рона все бушевало, он чувствовал себя так, словно в его сердце разгорелась ожесточенная схватка двух полчищ, состоящих из ядовитейших скорпионов и змей. Жанна смотрела на рассерженного друга так, словно не случилось ничего из ряда вон выходящего. Казалось — ей привычно видеть людей в гневе. Гарри, глядя на нее подумал о том, что она уже перегнула палку и может перегнуть ее еще больше, если просто изменит выражение лица. Малейшее изменение мимики, и она переплюнет Малфоя, унизив Рона одним взглядом.

— Ты знаешь — со мной никто не хочет дружить и только вы с ‘ермионой и 'арри составляете мой круг общения. Кто меня пригласит? Мальчишки, которые с неделю не могли нормально ходить после роковых свиданий в их же засадах?

Она оставалась предельно спокойной и даже стерла с лица свою привычную горделивую ухмылку. Во время разговора с Роном она — а это было редкостью — выглядела совсем не как особа, готовая в любой момент растоптать весь свет.