Гарри Поттер и Святой Грааль. Том I. Перед бурей

Глава 12. Негаснущее пламя

— Гарри, — начал Рон, едва они переступили порог кабинета Дамблдора, — он видел сегодня… ну, в общем, ему приснился кошмар. Про Жанну.

Дамблдор, сидевший за своим столом и перебиравший какие-то бумаги, поднял голову. Его глаза за очками-полумесяцами были серьёзными.

— Кошмар? — переспросил он, глядя на Гарри. — Расскажите подробнее, Гарри.

Гарри сглотнул и начал рассказывать о своём сне: о резне, о вивернах, о Жанне в чёрных доспехах, которая убивала всех на своём пути. Он старался говорить спокойно, но голос его дрожал, а руки невольно сжимались в кулаки. Когда он закончил, в кабинете повисла тишина. Дамблдор молчал, задумчиво поглаживая бороду. Рон нервно ёрзал на стуле.

— Минерва, — сказал наконец Дамблдор, обращаясь к профессору МакГонагалл, — пригласите, пожалуйста, мадемуазель д’Арк. И… организуйте для нас чай с печеньем. Кажется, нам предстоит долгий разговор.

МакГонагалл кивнула и вышла из кабинета. Дамблдор повернулся к Гарри.

— Гарри, — сказал он мягко, — ты уверен, что видел именно… Жанну?

— Да, сэр, — ответил Гарри. — Я… я не мог ошибиться. Это была… она. Но… другая.

Дамблдор задумчиво кивнул.

Через несколько минут в кабинет вошли МакГонагалл и Жанна. На Жанне была её обычная школьная форма, но даже она не могла скрыть её необычности. Её белые волосы, заплетённые в косу, казались почти светящимися в полумраке кабинета. А её янтарные глаза… они блестели каким-то особым, непонятным огнём.

— Мадемуазель д’Арк, — сказал Дамблдор, — присаживайтесь, пожалуйста.

Жанна молча села за стол рядом с Гарри и Роном. Дамблдор взмахнул рукой над столом, и на нем появились чай и печенье. Пока Рон с удовольствием уплетал сладости, Жанна с нескрываемым интересом разглядывала портреты на стенах.

— Вы знаете, зачем мы вас пригласили, мадемуазель? — спросил Дамблдор, наливая себе чаю.

Жанна перевела на него взгляд. В её глазах мелькнуло ироничное выражение.

— Ну, — начала она, её голос был звонким, с металлическими нотками, — если вы решили устроить мне допрос посреди ночи, то я, конечно же, в недоумении. Но, — она пожала плечами, — я всегда рада неожиданностям.

Дамблдор улыбнулся.

— Не волнуйтесь, мадемуазель, — сказал он. — Мы не собираемся вас допрашивать. Просто хотим поговорить. О ваших друзьях.

— О моих друзьях? — переспросила Жанна, приподняв бровь. — А что с ними не так?

— Ничего, — ответил Дамблдор. — Просто я заметил, что вы довольно быстро освоились в Хогвартсе. И нашли общий язык с некоторыми нашими студентами.

— А вы сомневались в моих способностях? — спросила Жанна, её глаза блеснули.

— Нисколько, мадемуазель, — улыбнулся Дамблдор. — Просто мне интересно, как вам это удалось. Ведь вы не так давно в нашем мире.

— Я быстро учусь, — ответила Жанна, пожимая плечами. — И я умею находить подход к людям.

— Даже к полтергейстам? — спросил Дамблдор, его глаза заблестели.

Жанна улыбнулась.

— Особенно к полтергейстам, — ответила она.

Жанна с видимым удовольствием приступила к угощению, словно не замечая напряжённой атмосферы, царившей в кабинете. Она изящно взяла печенье и, прежде чем откусить, на мгновение задержала его у губ, будто наслаждаясь ароматом.

— Итак, Жанна, — начал Дамблдор, наблюдая за ней поверх очков-половинок, — Гарри поведал нам о весьма необычном сновидении, которое посетило его этой ночью. И, представьте себе, вы играли в нём ключевую роль.

Жанна подняла взгляд, её брови слегка изогнулись в выражении вежливого интереса.

— Вот как? — переспросила она, и в её звонком голосе послышались металлические нотки. — И чем же я занималась в этом… сне?

— Вы лишали людей жизни, — произнёс Дамблдор, внимательно следя за её реакцией.

Губы Жанны тронула загадочная улыбка.

— Любопытно, — отозвалась она спокойным, ровным голосом. — И кого же я… убивала?

— Целую семью, — тихо проговорил Гарри, не отрывая от неё пристального взгляда. — Мужчину, женщину… и ребёнка.

Улыбка мгновенно исчезла с лица Жанны. Гарри заметил, как расширились её глаза, наполняясь чем-то невероятно глубоким — то ли болью, то ли ужасом, а может, и тем, и другим одновременно. Она посмотрела на него, и в её взгляде он увидел нечто такое, что пронзило его до самого сердца. Это была неподдельная, настоящая боль. Но не только она. В её глазах он различил что-то знакомое, что-то, что когда-то видел в своих собственных, вспоминая ту роковую ночь — ночь, когда погибли его родители.

Гарри затаил дыхание. Он всегда воспринимал Жанну как несгибаемую воительницу, способную выдержать любые испытания. Но сейчас перед ним предстала не неуязвимая героиня, а просто девушка — испуганная, сломленная и, казалось, совершенно беззащитная. Это открытие сбило его с толку, заставив впервые взглянуть на неё совершенно иначе.

— Это… всего лишь сон, Гарри, — произнесла она едва слышно. — Не стоит… придавать ему слишком большое значение.

— Но… — начал было Гарри.

— Профессор Дамблдор, — перебила его Жанна, — вы же не всерьёз полагаете, что этот… кошмар как-то связан со мной?

Дамблдор мягко улыбнулся.

— Я ничего не утверждаю, мадемуазель д’Арк, — сказал он. — Я лишь… собираю информацию. Как вы знаете, сны… порой могут быть весьма познавательными.

Жанна задумчиво кивнула, машинально потянувшись за очередным печеньем. Её пальцы на мгновение замерли над блюдом, прежде чем выбрать самое маленькое. Она поднесла его к губам, но не спешила откусить, словно ища в этом простом действии некое утешение.

Он раскрыл древний фолиант, который держал в руках, и представил их взору изысканную иллюстрацию. На ней был запечатлён золотой кубок, украшенный драгоценными камнями невиданной красоты.

— Знакома ли вам легенда о Святом Граале? — вопросил Дамблдор.

Рон и Гарри с неподдельным интересом изучали изображение. Жанна же… Её взор, казалось, был устремлён в иные, незримые дали.