Гарри Поттер и Святой Грааль. Том I. Перед бурей

Глава 17. Сквозь лабиринт

Прямо в день третьего испытания вышла очередная статья от Риты Скитер, в которой она рассказывала о том, как Гарри недавно задремал на прорицаниях и проснулся с болью в шраме. В статье приводилось интервью Драко Малфоя. Тот красноречиво вещал о способности Гарри к змеиному языку и о том, как Джастина Финч-Флетчли однажды чуть не съела змея по его приказу. Гарри помнил этот момент, случившийся во время его с Малфоем встречи на занятии дуэльного клуба. Он фыркнул от лицемерия Малфоя, ведь это именно он и призвал ту змею. С тех пор он думал, что о том случае давно все забыли, но теперь… Увидев эти строчки, Жанна взяла из рук Гарри газету. Её внимательный взгляд несколько раз пробежал по тексту статьи вверх и вниз.

— Помните, как он вчерра газ’оваривал как бы по рации? — спросила она.

— Да бросьте вы уже свою чушь! — возмутилась Гермиона. — Сколько можно вам напоминать — не работают эти штуки в Хогвартсе!

— А если это была магическая штука?

— Но как она узнала, что у тебя на прорицаниях заболел шрам? — спросил Рон.

— Окно было открыто. Я открыл его, чтобы подышать, потому что в кабинете было душно.

— Но как? — озадачилась Гермиона. — Если только…

В тот же миг ее осенило. Она запустила пальцы в волосы, затем приставила руку ко рту, как если бы говорила по рации. Секунду спустя она вскочила со своего места и убежала.

— Эй! — крикнул Рон вслед. — У нас через десять ми­нут экзамен по истории магии! Ну, дела, — протянул он, оборачиваясь к Гарри. — Эта Скитер сидит у нее в печен­ках, она даже про экзамен забыла. Что ты будешь делать на экзамене у Биннса — читать?

Гарри, как все участники Турнира, был освобожден от экзаменов. Просто сидел на задней парте и выискивал в книгах все новые заклинания, которые могли бы ему помочь.

— Да, наверное, — ответил Гарри.

Но в этот миг к ним подошла профессор МакГонагалл.

— Поттер, все участники Турнира собираются после завтрака в комнате, примыкающей к залу.

— Но ведь соревнование начнется вечером! — вос­кликнул Гарри, испугавшись, что перепутал время, и уро­нил на мантию кусочек яичницы.

— Конечно, Поттер. В комнате собрались семьи уча­стников Турнира. Они приглашены посмотреть после­днее состязание. И ты сегодня сможешь провести со сво­ими весь день.

С этими словами она отошла от стола. А Гарри смот­рел ей вслед, разинув рот.

— Она и правда думает, что Дурсли сюда приедут? — ошарашенно спросил он Рона.

— Не знаю, — пожал тот плечами.

— Ладно, мне пора, я опаздываю к Биннсу. Увидимся!

Гарри и Жанна вошли в комнату, примыкающую к Большому залу, где их ожидало оживленное собрание чемпионов и их семей. Внезапно Гарри почувствовал, как сжалось его сердце. Семьи. У него не было семьи. Он украдкой взглянул на Жанну. Её лицо казалось непроницаемым, но он заметил, как она сжала кулаки. Он понимал, что она тоже осталась одна. И это, как ни странно, сблизило их.

Вокруг них царило веселье. Чемпионы и их родные общались, смеялись, фотографировались. Гарри чувствовал себя не в своей тарелке. Он стоял в стороне, наблюдая за ними с тоской во взгляде. Седрик обнимал родителей, Флёр целовала младшую сестру, Крам беседовал с отцом. Гарри невольно завидовал их счастью, их семейному теплу.

— Гарри, милый! — раздался знакомый голос.

Он обернулся и увидел миссис Уизли. Она шла к нему, сияя от радости. Рядом с ней шагал Билл. Гарри почувствовал, как теплая волна благодарности накрыла его. Пусть они не были его кровными родственниками, но Уизли стали для него настоящей семьей.

Жанна же стояла чуть поодаль, явно чувствуя себя неловко в этой ситуации. Её растерянный взгляд блуждал по комнате, словно она не знала, куда себя деть.

— Как же мы рады тебя видеть! — воскликнула миссис Уизли, заключая его в объятия. — Мы так переживали за тебя!

— Всё в порядке, миссис Уизли, — ответил Гарри с улыбкой. — Я справился.

— Мы знаем, дорогой, — произнесла миссис Уизли, и её глаза заблестели. — Мы очень тобой гордимся.

— Привет, Гарри, — сказал Билл, пожимая ему руку. — Ты был великолепен.

Гарри посмотрел на Жанну. Она стояла неподалёку, наблюдая за ними с едва заметной грустью в глазах. Он подошёл к ней.

— Твоя семья не приехала? — спросил он осторожно.

— Моя семья... — Жанна помолчала, подбирая слова. — Она очень далеко.

— Мне жаль, — искренне сказал Гарри, чувствуя, как его переполняет сочувствие.

Жанна взглянула на него, и в её глазах мелькнула благодарность.

— Ничего, — тихо ответила она. — Я привыкла.

— У тебя есть мы, — выпалил Гарри, не успев подумать.

Жанна улыбнулась. Впервые за долгое время её улыбка была настоящей.

— Спасибо, Гарри, — сказала она с теплотой в голосе.

Этот день они провели вместе: гуляли по школе и вокруг неё, разговаривали и шутили. Молли и Билл присоединились к ним, делясь новостями из дома и забавными историями. Гарри с удовольствием наблюдал, как Жанна всё больше расслабляется в компании Уизли, словно и она стала частью этой большой, любящей семьи.

Когда солнце начало клониться к закату, миссис Уизли решительно заявила:

— Так, юные чемпионы Гриффиндора, вам обязательно нужно выспаться перед испытанием.

— Но, миссис Уизли... — начал было Гарри.

— Никаких возражений! — отрезала она, но её глаза светились теплотой. — Я лично прослежу, чтобы вы хорошенько отдохнули, и обещаю заранее разбудить.

Несмотря на слабые протесты, Молли настояла на своём и проводила их в гостиную Гриффиндора. Она наколдовала мягкие подушки и теплые одеяла, устроив Гарри и Жанну в уютных креслах у камина.

— Добрых снов, дорогие, — прошептала Молли, поправляя одеяла. — Этой ночью вы покажете всем, на что способны настоящие гриффиндорцы.

Когда она ушла, Гарри и Жанна обменялись взглядами, в которых читалась смесь благодарности и лёгкого веселья.

— Она всегда такая заботливая? — тихо спросила Жанна с улыбкой.