Гарри Поттер и Тени Разума. Часть 2

Часть 2. Неловкость

Часть 2. Неловкость

Гарри все еще жил в подземельях со Снейпом, и, хотя дверь ему вернули, он чувствовал себя куда более неловко, чем раньше. Ведь он, вроде как, его… подопечный? Раньше он был уверен во всеобщем заговоре и такое отношение профессора было легче принять. Что ему думать сейчас, он даже не знал.

Когда они жили в мире взаимного презрения, всё было проще. Теперь же, когда между ними повисло что-то вроде странного молчаливого перемирия, Гарри не знал, как себя вести.

Сегодня, как и в последние несколько дней, они ужинали двоем в покоях профессора. Перед ним стояла простая, но вкусная еда: жареная рыба, картофель и овощи. Они оба молчали, иногда кося взгляд друг на друга.

Тишина становилась неловкой.

— Что сказал твой врач? — задал вопрос Снейп, просто чтобы нарушить это давящее молчание.

Северус знал, что сказал доктор, но решил хоть как-то начать диалог.

— Ничего особенного, — Гарри сделал глоток сока и покосился на профессора, — просто успокоил меня по поводу лекарств.

Они снова замолчали. Диалог не шел.

Он поднял глаза и встретился взглядом с Снейпом. Тот тоже выглядел так, будто ему некомфортно. Но эта неуверенность в выражении лица профессора быстро сменилась на его обычную маску равнодушия. Снейп аккуратно, почти медитативно, резал свою еду и в какой-то момент снова нарушил тишину.

— Успокоил, — повторил Снейп, скорее в раздумье, чем как вопрос. — Полагаю, это неплохой знак.

— Наверное, — кивнул Гарри, ощущая нарастающее напряжение.

Казалось, ни один из них не знал, как продолжить разговор, не углубляясь в неприятные темы. Гарри пытался сосредоточиться на еде, но каждый раз, когда он поднимал глаза, его взгляд наталкивался на мрачную фигуру Снейпа напротив.

Когда ужин закончился, он молча встал, поблагодарил профессора и, под неловко прожигающий затылок взгляд, поплелся в свою комнату.

Гарри шагал по холодному каменному коридору, его шаги глухо отдавались эхом в тишине. Он знал, что Снейп не хотел его присутствия здесь, не хотел быть его опекуном, если это можно было так назвать. И тем более не хотел вести с ним беседы за ужином, которые оставляли обоих в состоянии нервного напряжения. Но вот они уже несколько дней подряд повторяли этот странный ритуал.

Когда он добрался до своей комнаты и закрыл за собой дверь, Гарри облокотился на неё и прикрыл глаза. Тишина здесь была иной — она не давила, как за столом с профессором, но всё равно от неё было не по себе. Ему не хватало шума, к которому он привык в гостиной Гриффиндора: смех однокурсников, потрескивание огня в камине, лёгкий сквозняк из окна. Здесь же было только тихое щелканье свечей.

Он подошёл к кровати и опустился на край, не зная, что делать дальше. Мысли о произошедшем за ужином никак не выходили из головы. Снейп казался... нервным? Нет, это было бы слишком странно. Но что-то явно изменилось в их взаимодействии. Раньше всё было проще — Снейп презирал его, Гарри отвечал взаимностью. Теперь же, с тех пор как Снейп был вынужден контролировать его лечение, ситуация стала запутанной.

«Что он обо мне думает теперь?» — размышлял Гарри, глядя в темноту. Он понимал, что для Снейпа это такое же испытание, как и для него самого. Но почему? Почему он это делает? Только по приказу директора? Тогда он не стал бы так упорно заполнять неловкую тишину, хоть и с переменным успехом.

Гарри взял со стола маленький пузырёк с лекарствами, которые ему выписал доктор, и внимательно посмотрел на него. Он сжал его в руках и, наконец, достал несколько таблеток.

Улегшись в кровать, Гарри заснул почти мгновенно.

***

Утро началось для Гарри как обычно — он проснулся в холодной комнате подземелий, чувствуя, как сильно затекла шея.

Гарри нехотя оделся, опустив взгляд на лекарства. Он взял пузырек в руки, с внезапно появившейся мыслью, стоит ли их принимать, но, тряхнув головой, быстро отставил эту идею. Он все еще был в своем уме, чтобы так рисковать.

Быстро покинув свои покои, он направился наверх к Большому залу.

Когда он вошёл внутрь, его тут же встретил привычный шум — гул голосов, звон посуды и смех студентов. Гарри сразу почувствовал себя не на месте. Он взглянул на стол Гриффиндора, где Рон и Гермиона разговаривали с другими однокурсниками. Он не знал, как его примут, особенно после последних событий.

Сделав глубокий вдох, Гарри направился к свободному месту недалеко от друзей. Он опустился на скамью, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. За столом, как обычно, кипела жизнь, но Гарри чувствовал себя оторванным от нее. Все эти разговоры казались далекими, как будто совсем его не касались, и ему оставалось лишь наблюдать за ними со стороны.

Его мысли прервала Гермиона, подсевшая к нему.

— Доброе утро, Гарри, — тихо произнесла она, улыбнувшись.

— Привет, — ответил Гарри, стараясь выглядеть как можно более спокойно.

— Как ты? — спросила она осторожно.

Гарри не хотел вдаваться в подробности своего состояния, особенно здесь, в окружении студентов. Он пожал плечами.

— Нормально, — ответил он коротко, опуская взгляд на свою тарелку.

Рон, наконец, тоже заметил Гарри и, быстро покончив с обсуждением чего-то с Невиллом, переместился ближе.

— Привет, Гарри! — весело сказал он, словно всё было как раньше. — Как твой завтрак?

— Просто отлич.. — он не договорил, потому что прилетели совы с утренней почтой.

Гермиона как-то резко потупила взгляд, а Рон смотрел куда угодно, но не на Гарри. Ему показалось это подозрительным. Он уже потянулся к газете, которую ему доброжелательно подала взъерошенная сипуха, как Гермиона его резко прервала. Он недоуменно смотрел, как ее глаза бегают по залу, не желая останавливаться на его взгляде.

— Да что с тобой такое, — он начал раздражаться.

— Гарри, ты понимаешь… Пока тебя не было.. Вернее, сначала тебя это совсем не интересовало, тебя вообще ничего не интересовало, а потом было это лечение, и ты, пока что не в курсе…