Гарри Поттер и Точка Бифуркации 2

Глава 4. Решения

В Нору я вернулся к пяти часам, промокший до нитки, но счастливый. С Луной мы долго разговаривали на разные темы и гуляли по лесу — мы понимали друг друга с полуслова, и я начал подозревать в ней идеального друга, потому что она понимала, что я хочу сказать, когда я только открыл рот, и наоборот. О чем-то романтическом и выходящем за рамки дружбы даже думать нельзя, этой странной девочке всего лишь одиннадцать, а моему телу — двенадцать. Да и, признаться, с такими, как Луна Лавгуд, никогда не случится того, что люди называют любовью между мужчиной и женщиной, потому что такие, как она, могут существовать в этом мире, только находясь в своей вымышленной Стране Чудес, прячась от мира в палатке из простыни и одеяла.

Вернулся я вовремя — семейство Уизли вот-вот собиралось отправиться в Косой переулок за покупками к школе, и я присоединился к ним, потому что мне следовало сделать то же самое.

Пока дети одевались в уличные мантии для выхода в люди, миссис и мистер Уизли наедине переговаривались о чём-то на кухне.

Так случилось, что я ненароком подслушал их разговор.

— Артур, у нас нет денег, — сокрушалась миссис Уизли. — Придётся мне устраиваться на работу, чтобы хоть как-то наскрести на Джинни, она ведь в школу идёт в этом году.

— Ты чего хочешь? — недовольно спросил мистер Уизли. — У Ордена или Дамблдора мы никогда не будем клянчить. Я не допущу, чтобы наши недоброжелатели оскорбляли нас не просто нищими, а нищими попрошайками.

Достаточно неожиданно для меня было узнать, что подкаблучником мистер Уизли точно не был, а Молли отвечала за какие-то аспекты семейства только потому, что Артур позволил ей. Но стоило Молли угрожающе близко приблизиться к черте, как одного предупреждающего слова от Артура хватало, чтобы все истерики, обсуждения и ворчания прекращались.

— Артур, — взмолилась Молли. — Ты можешь брать деньги на работе.

— Что?

— Немного! Все берут, и их семьи сыты, вот и ты бери.

— Даже не заикайся об этом, — отрезал Артур. — Чем тогда я буду лучше этих министерских чинуш, потонувших в коррупционном дерьме? Тем более что я и,так нарушаю закон, между прочим, и позволяю себе больше, чем другие. Или ты думала, что меня по головке погладят, если узнают, что я притаскиваю домой конфискованные у нарушителей зачарованные предметы?

Я не удивился, услышав это. Достаточно вспомнить канон, где Артур Уизли — на минуточку, глава министерского Сектора борьбы с незаконным использованием изобретений маглов — имеет у себя дома летающий маггловский автомобиль, а Сириусу Блэку подарил летающий маггловский мотоцикл. Как по мне, это о многом говорит — как минимум о том, что Артур, пользуясь служебными полномочиями, тащит себе домой и использует то, против чего он должен бороться на работе. Представьте наркомана, являющегося главой наркополиции. Вот-вот.

Но Артура можно понять. Он слишком принципиален для взяточничества, а без него зарплата министерского служащего — сущие копейки, но детей всё равно кормить нужно. Из семерых детей Уизли двое живут отдельно, и им самим деньги нужны, а остальные пятеро ещё учатся в школе и не могут работать. Получается, на всю семью только один работающий мужик, и поэтому Уизли не позавидуешь. Впрочем, ситуация должна вскоре улучшиться, когда Перси выпустится и пойдет на работу.

А миссис и мистер Уизли тем временем закончили разговор и разошлись в разные части Норы.

Молли пошла наверх и в дверях столкнулась со мной, сделавшим вид, что я только что спустился.

— Ты уже собрался для похода за покупками, Гарри? — спросила она, попытавшись спрятать грусть за заботливой улыбкой.

Я гордо похлопал по надетой на мне мантии из шикарного чёрного шёлка. Переданный Дамблдор мешок с моими деньгами из банка лежал в одном из карманов, а в предплечной кобуре находилась волшебная палочка. Предназначенную для Поттера палочку из остролиста и пера феникса я самостоятельно сломал после битвы с Квирреллом и сейчас пользовался запасной, которую не отслеживало министерство. Надо в кратчайшие сроки озаботиться лишением Дамблдора доступа в мой сейф. Хоть я и абсолютно уверен, что он не взял ни копейки и до последней копейки передавал мне, но всё равно. Также нужно заняться переводом средств из Гринготтса в другое место или обезналичиванием их — я не доверяю гоблинам, даже не принимая во внимание информацию про якобы эльфов из другого мира и заговор.

Миссис Уизли взлохматила мои непослушные волосы и, тяжело вздохнув, пошла наверх.

Когда она прошла мимо меня в суровом раздумье о жизни и детях, я перенесся в то время, когда пятилетним ходил со своей матушкой за грибами, за цветами, за ягодами по полям и лесам и чувствовал себя в своей личной свободе и помышлениях о будущем так же прекрасно устроенным, как эти наши русские поля, и леса, и цветы, и грибы.

Вышел я из дома, спустился по деревянному крыльцу и, смахнув капли с досок, присел на деревянную скамейку, созерцая цветущий сад вокруг. Трава после дождя была мокрой, и в воздухе стоял запах влажной земли — петрикор.

Довольно долго в раздумье сидел я на скамейке в такой тишине, что даже листья в кронах деревьев не шевелились и не было никакого лёгкого ветерка. Вдруг я почувствовал где-то движение, — колыхнулась ли травинка, или белка проскакала где-нибудь на дубовом широком стволе, или мышка пробежала, или гусеница проползла по листочку.

Я сосредоточился, прислушался, огляделся по сторонам и вдруг все понял: оказалось, это тянулась к солнцу из-под земли сыроежка — большая, белая и с красной шапочкой. Эта мать-сыроежка сама поднималась и заодно выводила на свет целое семейство маленьких сыроежек, и одна из них, побольше, даже успела покрыться, тоже как матушка, красным платочком.

Тогда мне еще больше стало похоже, будто я маленьким хожу по полям и лесам. Как давно и близко это всё было. Интересно, увижу ли я своих родных и близких, если отправлюсь в Россию и постараюсь разыскать их? Или в этой версии реальности их нет либо они совсем другие? Я должен попробовать. Сейчас рано, в девяносто втором родители ещё даже не познакомились, но вот через пару годиков можно попытать счастья и попробовать разыскать их.