Гарри Поттер и второй шанс для Темного Лорда (том 3)

Глава 18. Подготовка.

Работа над коробом для крестражей продвигалась не так быстро, как ему хотелось, но продвигалась. Всякий раз приходилось ждать, когда магический резерв восполнится и продолжать работу.

При этом он начал активную переписку с Люпином по поводу артефакта, не описывая конечно все в полной мере, но получал всякий раз полезные советы от бывшего учителя и применял их. В итоге работа над артефактом завершилась к середине июля, и Том почувствовал, что, наконец, начал двигаться к цели. Бродяга где-то охотился на Хвоста, но иногда присылал Тому небольшие весточки.

Дав себе немного времени на пополнение сил, составил план по которому будет собирать крестражи. Из известных ему местоположений он мог достать кольцо Гонтов, оно наверняка так и лежало в их разваливающемся не до доме, потому что заклятье, наложенное им было очень и очень сильным. Следующим в его плане был медальон Слизерина, который он оставил в той самой пещере на берегу моря и также укрыл заклятьями. Уже вернувшись в школу, он достанет из Выручай комнаты диадему Ровенны Ревенкло. Останется только чаша Хаффлпаф и сам Темный лорд, так как последняя частичка души заключена в нем.

Наконец, спустя столько времени, он начал понимать, что совершил непростительную ошибку, полагая, что крестражи решат проблему смертности. Умирать ему не понравилось, это факт. И проходить через это снова желания не было никакого. Идея с созданием крестражей теперь казалась просто до умопомрачения глупой. Либо он слишком увлекся увеличением их количества. И перегнул палку, собственно как и было в последние годы той его жизни.

Поэтому сейчас нужно было кинуть все свои силы на сбор крестражей и извлечение осколков. Эти мысли набатом стучали в его голове. Потому что сны Темного лорда стали реже, а это означало, что он был в хорошем расположении духа, и у него все получалось, так как ему виделось. Это настораживало, нервировало. Все таки борьба с самими собой вещь бесполезная, не приводящая к какому либо положительному результату. Но…если все спустить на тормозах, то его собственная жизнь, шанс на которую он получил, вскоре превратится в кромешный ад. И Том это прекрасно понимал. Почему? Потому что сам бы устроил этот ад всем вокруг, как только бы к нему вернулись его силы. Раньше. А сейчас? Хороший вопрос. Но ответа на него он пока еще не нашел. Поэтому исходил из того, что мир вокруг враждебен, и Темный Лорд, едва получит желаемое, незамедлительно начнет творить нечто сравнимое с тем, что было раньше, а может даже и похуже.

Том перевернулся на бок. Сон никак не шел. Сильва тихо ухнула, привлекая к себе внимание. Том поднялся и достал из пакета печенье для сов. Протянул руку и наблюдал за животным, пока она с удовольствием ела угощение. Почему то сейчас его прежняя жизнь виделась ему неправильной. Что именно изменилось? Ведь он, по сути, живет в условиях лишь немногим лучших, чем были в приюте. Учеба? Другой факультет? Что именно так влияет на его восприятие? Перед глазами возникли Тони, Майкл и Терри, которые смеялись над очередной шуткой, недовольная чем-то Грейнджер, усмехающийся Малфой, довольный своей новой палочкой Лонгботтом.

Том тряхнул головой. Что это? Опять началось? Почему он вдруг вспомнил о них? Нахмурился. Нет. Однозначно нет. Поднял глаза и посмотрел на звездное небо. Завтра ему предстояло добираться до Литтл-Хэнглтон на рыцаре. Трансгрессия для него пока недоступна, хотя пробовать он не пробовал, да и не любил он этот способ передвижения, и силы надо было поберечь, в доме Гонтов наложено несколько заклинаний, который придется снимать, а резерв он только начал раскачивать, постоянными объемными выкладками в артефакт.

Лег в кровать и заставил себя закрыть глаза. Срочно спать.

Утро было тяжелым. Сон пришел только на рассвете. Поэтому, едва разлепив присыпанные песком глаза, Том проклял эту ночь и все эти мысли, что не давали ему спокойно уснуть.

Спустился вниз. Буркнул в ответ что-то похожее на приветствие и уселся за стол. На удивление, Дурсли начали вести себя тихо, Петунья понятно, нашла в нем союзника против Мардж, а вот Вернон и Дадли просто перестали его доставать по любому поводу. Дадличек начал ходит на бокс, и, наконец, его лишний вес начал приобретать какую-то форму. Вернон занимался своими дрелями. Тишина и покой. Но Том чувствовал, что эта тишина неспроста.

Наскоро позавтракав, он переоделся и, прихватив рюкзак, в котором был сформирован карман пространственного расширения, и лежал короб, некоторые сменные вещи, мешочек с деньгами, засунул палочку в карман брюк, и вышел из дома.

Он прошел несколько улиц и остановился на пустынном перекрестке. Осмотрелся по сторонам, отметив, что на улице не было никого, вытащил палочку и взмахнул ею. Через некоторое время перед ним остановился двухэтажный автобус, взметнув столб пыли над дорогой.

Открылась дверь, на асфальт опустил ногу Стэн Шанпайк и удивленно воззрился на Тома.

– Привет. – усмехнулся Том.

– Привет. – отозвался Стэн. – Тебе куда?

– В Литтл-Хэнглтон.

– Сегодня без пса?

– Без. – ответил и занес ногу над ступенькой. В автобусе его встретила утренняя тишина.

Том оплатил проезд и сел в кресло, утонув в мягкости сиденья.

Автобус тронулся и помчался по улицам сонного города, врываясь в потоки машин. Стэн привычно уткнулся в газету, периодически переговариваясь с водителем по имени Эрни. Они осуждали подготовку к чемпионату по квиддичу, который должен был пройти в середине августа. Том внимательно прислушался и пазл начал складываться. Барти говорил о подготовке и о том, что все будет готово только летом…может быть это оно. А что? Массовое скопление магов идеальное место для провокации. Во всяком случае, он бы именно так и поступил. Что ж возможно так, а может и нет. Время покажет.