Гарри Поттер и второй шанс для Темного лорда (том 4)

Глава 26. Канун Рождества

Оставшиеся дни до отправления не разговаривал ни с кем. На занятиях это не было проблемой, а вот между ними. Тони почти сразу понял, что что-то случилось, и предупредил всех, но другие студенты были не в курсе его экзистенциальных метаний.

Накануне Рождества, он молча собрал вещи и, кивнув Тони, вышел из комнаты. В кабинете Флитвика его ждал камин и зеленый огонь, который перенес Тома на Гриммо 12.

– Привет, – радостно поприветствовал Сириус и протянул руку.

– Угу. Я к себе. – Том, нехотя, пожал ладонь и повернулся к двери.

– Что-то случилось?

– Нет, – отрезал твердо и хлопнул дверью.

Оказавшись в комнате, закрыл дверь и сел на кровати. Отметил, что в комнате было чисто. Лег и уставился в потолок. Осознание того, что вся его прошлая жизнь прошла впустую, давалось тяжело. Столько лет, стремлений – все напрасно? Он настолько пусто прожил их?

А что сейчас? “Придурок”. Фыркнул. “Ты сухарь”. “Просто не будь таким прямолинейным”. Грейнджер всегда была раздражающей. “Ты как?” Почему-то голос Тони заставил нахмуриться. “Гарри, может, объяснишь все-таки, что произошло?” “Ты сожалел когда-нибудь… о том, что родился?” вопрос Малфоя и тогда-то застал врасплох.

– Да, что такое? – повернулся набок и посмотрел на чемодан, который нужно было разобрать. – Я в конце концов… – запнулся. Задумался на некоторое время. – А кто я?

“Ты хороший” эти слова, уже давно произнесенные Грейнджер, всплыли в памяти сами собой.

– Нет, – резко сел.

“Мог быть милым?”

Встал. Пустым взглядом уставился на серую стену, краска на которой облупилась от времени и местами осыпалась. Действие. Любое. Хоть какое-нибудь. Широким шагом направился к двери. Дальше вверх по лестнице в комнату, где они тренировались со Снейпом и Сириусом летом.

Рывком открыл дверь, вошел и тут же закрыл ее. Взмахнул палочкой, накладывая на нее заклинание.

Взмах палочкой и из нее вырвался луч заклинания, еще один, еще и еще, при этом он не произнес ни слова. Он крушил все, что видел в комнате. Разрушение – вот чего сейчас требовала вся его сущность.

– Я не хороший. – прорычал тихо. Еще одно заклинание полетело в пустой книжный шкаф, разбивая в щепки дверцы. – И не милый, – следом, и стенки шкафа тоже пали под ударами его негодования. – Нехороший. – соседние полки тоже рассы́пались.

Через несколько минут все, что было в комнате было разрушено. Щепки и осколки валялись повсюду. Том тяжело дышал и смотрел на то, что сам только что натворил. Усмехнулся.

– Торгэо, – скучающим тоном произнес заклинание уборки и наблюдал за тем, как все следы разрушения исчезали. Только после этого снял заклинание с двери и открыл ее. За ней стоял Сириус, небрежно прислонившись к стене спиной, и криво усмехался.

– Полегчало?

– Прости, я здесь намусорил… немного, – прошел мимо “крестного”, проигнорировав вопрос.

– Да, не страшно, всю эту мебель давно пора было сменить, – хохотнул Блэк и пошел за ним. – Ну, так, ты не ответил.

– Нет, не полегчало, – отозвался Том, нехотя. – Но я кое-что понял.

– Что?

“Ты хороший”.

– То, чего никак не мог ожидать. – усмехнулся Том. – Есть что поесть?

– Конечно, – усмехнулся Сириус и положил руку на плечо крестника. Первое желание сбросить ненужную ношу с трудом, но погасил. – А еще есть елка, которую надо украсить. Поможешь?

– Нет, – покачал головой Том и тут же скинул руку Блэка.

– Это всего лишь елка, она не кусается, – засмеялся Сириус громко, спускаясь по лестнице за ним.

– Если я ее сожгу, то можно ее не украшать? – буркнул недовольно.

– Дай-ка мне палочку, а то я переживаю за дом. – улыбнулся Сириус.

– Он мой, забыл, – усмехнулся Том, – захочу, могу сжечь и его.

– Ох, какой ты грозный, видимо, и правда голодный.

Больше он не произнес ни слова, пока они шли на кухню.

– А Молли все еще здесь? – Том увидел несколько кастрюль на плите.

– Собрания Ордена проходят здесь, так что она приходит и готовит. – пожал плечами Сириус.

– Как удобно, – фыркнул Том. Сам достал тарелку и заглянул в каждую кастрюлю, наложил, то что привлекло внимание, и уселся за стол.

– Так что случилось?

– Неважно, – отмахнулся Том.

– Настолько неважно, что ты разгромил комнату, – вздернул брови крестный.

– Меня назвали… милым, – невольно передернулся от этого слова. Сириус застыл на мгновение. Потом разразился громким смехом. Том не понимал причины такого веселья. – А потом придурком. – после этого Сириус чуть не упал со стула, так сильно смеялся.

– Кто она? – просмеялся Сириус.

– Почему она? – спросил Том.

– Только девушки могут одновременно и сделать комплимент, и приземлить…

– Пф, – решил не отвечать и просто отправлял в рот одну ложку за другой, почти не чувствуя вкуса еды.