Вечером лежал на кровати и крутил флакончик в руке. Жидкость переливалась золотистым перламутром. Жидкая удача… удача во всем, без исключения. Он только читал про это зелье, но… никогда не держал его в руках.
В комнату вошел Тони и встал рядом.
– Ты опять скрываешься ото всех. – не вопрос – утверждение. Взглянул на флакончик. – Думаешь, на что потратить?
– Не то чтобы, – спрятал склянку в карман. – Приберегу до нужных времен. – Тони вздернул бровь, но ничего не сказал. Спрятал руку в карман и вытащил свернутый листок пергамента. – Тебе велели передать. – Том поднялся и посмотрел внимательно на протянутую руку. Взял листок. – Если что мы в шахматы играем.
– Ага, – не глядя на однокурсника, ответил и развернул бумагу. Скривился от знакомого до скрежета зубов почерка.
«Дорогой Гарри!
Я хотел бы предупредить, что начинаем наши индивидуальные занятия, и предлагаю приступить в эту субботу. Жду тебя в моем кабинете в восемь часов вечера. Надеюсь, первый учебный день прошел хорошо.
Искренне твой, Альбус Дамблдор.
Р.S. Я очень люблю кислотные леденцы».
Невольно снова скривился.
– Предлагаю, – передразнил тихо, – скорее ставишь в известность… – Сложил листок и уставился в стену. – Значит, начинается твоя игра. Посмотрим, что задумал твой извращенный старый мозг. – усмехнулся.
Следующие четыре дня прошли обычно.
Занятия, домашние задания. Из интересного – Снейп вел занятия по защите, где они начали изучать невербальные заклинания. Том с едва сдерживаемой улыбкой смотрел на бесплодные попытки большинства и отмечал тех, у кого все же получалось. Среди них оказался Малфой и Грейнджер.
Малфой выглядел раздраженным, нервным, постоянно огрызался на однокурсников, слегка утратил лоск и опрятность. Постоянно бросал на Тома злобные взгляды, что крайне забавляло последнего, но виду он не подавал.
Суббота неумолимо приближалась. И его собственное раздражение нарастало. Меньше всего хотел проводить время со стариком, но деваться было некуда, эта роль стала его самым лучшим прикрытием, и следовало играть ее до конца, пока мог. И так уже слишком много людей в курсе его маленького секрета, так что смысла растрачивать силы на игнорирование вероятных последствий не видел.
Вечер пятницы провел в раздумьях за страницами своей книги, поэтому его не трогали, лишь изредка задавали вопросы, на которые он нехотя, но все же отвечал. Странно…но детей волновало, происходящее в волшебном сообществе, и они задавались логичными вопросами, что произойдет, если все же Темный лорд снова начнет свою темную деятельность. Том усмехнулся. Если? Он уже действовал, это очевидно, но пока до страниц Пророка доходило лишь то, что укрыть становилось невозможным.
Первая неделя наблюдений показала, что магический мир затаился в ожидании чего-то. Том тоже ждал… ждал действий своей другой части и того, что задумал старик. Странное ощущение. Он вроде бы на шахматной доске. С одной стороны, Дамблдор с его тактикой тихого противостояния, и он сам, но в другом теле, с тактикой нарастающего террора и хаоса. Скоро эти двое столкнутся, и тогда… скорее всего, магический мир претерпит серьезные перемены. Вопрос только какие? Время покажет. Сказал себе и закрыл глаза в ожидании следующего дня.
Вечером субботы после ужина он спокойно шел по коридору в сторону кабинета директора и мысленно готовился. Подошел к Гаргулье и назвал пароль. Птица отодвинулась в нишу и начала подниматься наверх, а следом за ней появились ступеньки. Встал на одну из них и начал подниматься вместе с лестницей. Перед дверью сделал вдох и решительно постучал.
– Проходи, Гарри. – скривился и дернул дверь.
В кабинете директора все было без изменений, кроме… омута памяти, что располагался по центру свободного пространства. Сам директор стоял возле него и извлекал палочкой субстанцию памяти, которую опускал в серебристую жидкость в чаше.
– Доброе утро, Гарри, – тепло улыбнулся Дамблдор.
– Доброе, – нехотя подошел ближе.
– С возрастом, знаешь ли, становишься забывчивым, а омут памяти, отлично справляется с сохранением воспоминаний.
– Зачем я здесь?
– Правильный вопрос, Гарри, – кивнул старик и отошел от омута. – Я уверен, что время пришло и пора раскрыть тебе некоторые тайны, которые тебе могут помочь.
“Тайны?” Это слово эхом отдалось в голове. Интересно.
– Какие тайны, сэр? – мягко переспросил.
– Тайны Волан-де-Морта, о которых никто ничего не знает… – Дамблдор внимательно посмотрел на мальчика перед собой, – почти никто.
– Что простите? – искренне удивился. "Никто не знает моих тайн, кроме меня!” хотел рассмеяться ему в лицо.
– Да, Гарри, мне стали известны некоторые тайны Волан-де-Морта, и я хочу поделиться ими с тобой.
“Да что ты мог такого узнать, старик?” – руки невольно сжались. Сделал медленный вдох, чтобы унять забившееся быстрее сердце. “Он не мог! Не мог!”
– Начнем наш разговор с вопроса. – отсвет от жидкости в омуте придала его взгляду странную потусторонность. Том невольно поймал себя на этой мысли и ощутил давно забытый страх перед… смертью. – Ты знаешь, почему Волан-де-Морт хотел тебя убить?
Отредактировано: 27.04.2026