Проблему своего гениального прозрения он осознал не сразу, только когда извлекал воспоминание. Сидел над склянкой и понимал, что совершенно не решил свою “маленькую проблему”. Почему?
Воспоминание выдавало его с головой.
Он видел перед собой Слизнорта, рассуждающего о крестражах и с упоением поедающего засахаренные ананасы, и раздражение подмывало разбить проклятую склянку вдребезги.
– Чертовы воспоминания! – откинулся на спинку кресла в Выручай комнате, где расположился. Перед ним стоял небольшого размера омут памяти, который оказался здесь по запросу Тома.
Пока он думал о вариантах, смотрел на высокий потолок.
Некоторое время он перескакивал между воспоминаниями Слизнорта и своим и понимал, что даже для не особо сведущего в вопросах магии воспоминаний волшебника станет очевидным такой подлог. Перспектива не та, воспоминание слишком гладкое, сразу же заметно, насколько Том тщательно оценивает обстановку вокруг и…
– Чертова скрупулезность!
Потер переносицу и облокотился на ладонь, перед ним закручивалась субстанция памяти, где мелькали образы. Мерцание отражалось в глазах и отбрасывало причудливые блики на его лицо.
Магия памяти никогда не была его сильной стороной. Не видел он необходимости в том, чтобы изучать ее достаточно глубоко. Для стирания нужных воспоминаний досточно было того, что имел. И вот сейчас он понимал, что зря. Изучение материала могло затянуться надолго, потом эксперименты с самим воспоминанием, а времени осталось около четырех месяцев и… этого просто могло не хватить для того, чтобы привести воспоминание в нужную форму: изменить перспективу, добавить шероховатостей, чуть подтерерть, потому что Слизнорт уже чертов старик, и наверняка память уже не та, что раньше.
– Есть какие-нибудь книги по магии памяти? – крикнул в пустоту Том.
Возле дальней стены появился книжный стеллаж. Дернул бровью и поднялся.
Чтение всегда его увлекало, тем более если перед ним стояла труднопреодолимая задача. Тогда он мог уйти в чтение с головой.
Выбрал пару интересных книг и вернулся в кресло. Открыл первую, которая показалась полезной, но… Ничего такового в итоге не нашел. И в следующей тоже. Разочарованно отложил очередной труд очередного “гения” магии памяти и поднялся. Только сейчас осознал, просидел несколько часов точно, потому что спина и ноги нещадно затекли.
В этот момент ударил колокол.
– Так поздно? – удивился Том.
Посмотрел на омут. Вариант того, что кому-то потребуется такая же комната, казался маловероятным, но…
– Может скрыть омут до следующего раза, не хочу таскать воспоминания с собой.
Комната отреагировала практически мгновенно, создав каменную крышку, которая накрыла омут с тихим звуком. Том подошел ближе, попробовал сдвинуть ее рукой, но она оказалась довольно увесистой.
– Пойдет, – кивнул и, накинув на плечо сумку, добавил. – Книги пока не прячь, я к ним вернусь.
Том только вышел из комнаты, когда услышал голоса из коридора.
– Не ваше дело, чем я занимаюсь, – голос Малфоя младшего звенел от сдерживаемого раздражения.
– Он тебе что-то поручил?
– Отвали Крэбб…
– Видимо, да…
– И ты тоже, Гойл…
Когда они вышли из-за поворота и наткнулись на Тома, сразу же наступила тишина. Том внимательно посмотрел на трех представителей чистейших семей магической Англии и усмехнулся. Малфой поджал губы.
– Торопитесь? – спросил с улыбкой.
– Не твое дело, Поттер, – огрызнулся Крэбб, Том оскалился.
– Ну да… ну да… – прошел мимо и зашагал по коридору дальше.
Нужно поговорить с Малфоем, есть ли у него еще время, или нужно передать сведения о новом проходе. Выдавать рабочий выход из Хогвартса не хотел, но и время уже поджимало. Все же нужно было торопиться. А спешка – это ошибки. Ошибки, которые в этой игре недопустимы.
В гостиной задерживаться не стал и сразу же поднялся по лестнице в комнату.
– Ты где был? – спросил Тони.
– В библиотеке, – соврал на ходу, сбрасывая сумку на кровать.
– Чего-то я тебя там не заметил, – вяло оторвался от книги Майкл.
– Может, не там искал? – улыбнулся Том.
– Я и не искал, – хохотнул Майкл и снова нырнул в чтение.
Время спешило, будто бы подгоняло Тома.
Наступил День всех влюбленных. Том снова сжег все валентинки, которые ему принес Тони, тот хоть и не показал, насколько его ужаснул такой вандализм к чужим чувствам, но все же высказал эту мысль вслух.
– Я не понимаю, зачем это все. – Том убрал оставшийся пепел заклинанием и снова углубился в написание эссе по зельям.
– Мы подростки, и нам все это кажется интересным. – пожал плечами Тони.
– Глупости, – фыркнул тихо.
– Может, и глупости, но это часть нашей жизни… хотя… – Тони посмотрел на Тома и усмехнулся, – Я же с тобой говорю. Больше не принесу тебе ни единой валентинки, разбирайся с ними сам.
Отредактировано: 27.04.2026