Гарут. Дом с витражами

Глава 17

Назвавшись груздем, не спеши.

Зачем в корзину ты спроси.

— Вы не похожи, — произнес Боярышников, вновь приобретая спокойное и непроницаемое выражение лица.

Улыбка на лице Тура стала еще шире:

— Наверное, пошел в матушку. К сожалению, не помню ее, так как она скоропостижно скончалась, когда я был еще ребенком.

— Так что показал артефакт? — не выдержал Прозов.

И Боярышников одарил его взглядом, полным презрения:

— Да, кровное родство подтверждено, — кажется, с некоторым недовольством в голосе произнес граф.

Тур развел руками, с самодовольной улыбкой смотря на полицейского:

— Как видите, все в этом доме на своем месте.

В этот самый момент Гирли появилась из ниоткуда и оказалась сидящей на шее у Прозова.

Она плотоядно облизнулась и засмеялась, болтая ногами.

А офицер потер шею, будто та у него затекла. Но Грая знала, что это было из-за Гирли.

Видимо, Прозов испытал разочарование и досаду, поняв, что его подозрения в том, что Турин не тот за кого себя выдает, беспочвенны, и тем самым притянул ее.

Граф убрал артефакт и, сообщив, что приглашение на прием к императору Грая получит позже, покинул дом Зел Барты.

— Надеюсь у вас, офицер Прозов вопросов ко мне тоже больше нет? — проговорил Тур, смотря на того и намекая, что ему пора покинуть дом вслед за Боярышниковым.

— Думаю, что некоторые вопросы у меня все же остались, — ответил тот, прямо и твердо смотря на Турина. — Раз уж ваше родство с колдуном, проживающим здесь, подтвердилось, думаю, вам не составит труда рассказать мне о том, как вы тут жили, и почему о вас стало известно только сейчас? Ведь так?

— А вы сомневались в моих словах? — голос Турина стал серьезным. — В конце концов, все люди друг другу братья. Вроде так принято говорить. Может, однажды, артефакт покажет, что во мне есть и ваша кровь. Кто знает...

От неоднозначности фразы Турина Грае стало неуютно. А Гирли довольно захихикала и исчезла с шеи Прозова.

— Возможно и так, — совершенно бесхитростно ответил офицер, не подозревая о двоякости услышанной фразы. — И все же я настаиваю на нашей беседе. А если вы откажете мне в ней сейчас, я буду вынужден пригласить вас письмом в участок.

– В участке я не бывал и это было бы интересно, — словно размышляя сам с собой, задумчиво проговорил Тур, — но ехать мне никуда не хочется, так что не вижу причин вам отказать!

И на его лице вновь появилась улыбка.

Грая же вышла из гостиной, и пока Прозов допрашивал Турина, не могла найти себе место. Даже Марта, прошедшая по кухне и неожиданно высунувшаяся наполовину в окно, из-за чего стали видны ее куриные лапы, не взволновала ее.

А та, чуть повисев так, как ни в чем не бывало, залезла обратно, сжимая в руках небольшой красный шарик:

— Я ведь говорила, проклятьям тут не место. Тем более таким.

И она достала из кармана небольшой коричневый льняной мешочек, грубо сшитый, толстыми красными нитками и бросила шарик туда. После чего сунула мешок обратно в карман и скрылась в коридоре. Больше Граю никто не тревожил. Марта и Гирли не появлялись, альвы тихо сидели в горшке с цветами и только настенные часы тикали, все больше нервируя ее.

Прозов просидел около часа и, когда он выходил из дома, огоньки, из золотых став сине-зелеными, тоже вылетели через открытую дверь на улицу.

Грая, как только полицейский ушел, тут же принялась расспрашивать у Тура, как все прошло, и что он рассказал офицеру.

— Это что – второй допрос? – не выдержал тот и схохмил, за что получил тычок в плечо.

— Не смешно. Если мы с тобой сказали что-то по-разному, то нам конец.

— Ты забыла, что я не человек, — Тур посмотрел на Граю и приподнял брови. — Я прекрасно слышал все, о чем вы говорили, так что знал, что говорить.

И он подошел к окну, в которое было видно, как офицер удаляется от дома Зел Барты. Вылетевшие огни кружили вокруг него, но он, естественно, их не видел…

Грая подошла и встала рядом с Турином:

— А что это за огни?— нахмурилась она.

— Это светочи. Что-то вроде комаров. Только комары пьют кровь, а эти ваши эмоции.

— Похожи на огни из историй о болотах.

— Они и есть.

— Почему тогда люди их иногда видят, а сейчас никто не обращает на них внимания?

— А ты никогда задумывалась, кому они являются?— Тур облокотился на оконную раму.

—Нет, — честно ответила девушка, наблюдая, как один из светочей отделился и подлетел к ребенку лет трех, которого вела за руку пожилая женщина и сел тому на подставленную ладонь.

— Их видят только дети и те, кому нечего терять, — голос Тура был тихим: — тем, кто пока еще верит в чудо и тем, кто отчаялся его увидеть. — И тут же его голос снова стал шутливым. — Но в оправдание светочей скажу, что на болотах люди сами лезут в топь. Никто их туда не заманивает. И кстати нам пора.

— Куда?

— Надо заняться моим гардеробом.