Газетное бюро "Магическое шило"

Глава 7

Когда Анита, наконец, встала из-за стола, солнце уже перевалило далеко за полдень. Завершив газетный макет, юная чародейка передала бразды правления над свежим номером Фене.

Кунице намного аккуратнее и быстрее удавалось в специальную рамку, называемую гранкой, складывать строчками литеры[1], чтобы из них получалась не какая-нибудь белиберда, а запланированные тексты. Причем Анита была уверена, что в ее отсутствие Феня использует магию. Иначе как объяснить то, что куница при девушке пыхтела, кряхтела, вываливала язык и умудрялась собрать за несколько минут только пару слов, тогда как стоило Аните отвернуться — на гранке сразу оказывалась готовой целая заметка. Феня, правда, категорически от этого отрекался и усердно дальше карпел вручную. «Ну, хочет себе набивать цену — пускай», — подумала Анита, решив занять время до загрузки гранки в печатный станок с пользой.

Во-первых, стоило наведаться на рынок. Там до самого захода солнца торговки обмениваются последними сплетнями и вполне можно подчерпнуть информацию для будущих статей, ну и удочку про порошок позакидывать. Во-вторых… у Аниты прямо что-то свербело прогуляться к месту утреннего пожара. Как будто шестое чувство ей подсказывало посмотреть своими глазами на такой экзотический случай: пожар на пожарной каланче. Нарочно не придумаешь! Значит… вывод напрашивался сам собой! Кто-то это затеял вполне осознанно.

Чародейка, надев простенькую шляпку и захватив плетеную корзинку, чтобы не выделяться среди народа, поспешила «за покупками». Время уже было не базарное, позднее, так что торговки откровенно скучали и без умолку болтали между собой. Анита медленно пошла по рядам, словно высматривая, какой-то конкретный товар, на самом же деле мотая на ус все эти досужие россказни. Она уже знала, что в них всегда (ну или почти всегда) находилось и какое-то рациональное зерно.

Вот сейчас ее, например, очень заинтриговала история о некой «дикой» ведьме из соседнего города. Дескать она не магичка, кои даже в Форсберге все в списках наперечет, а природная, нигде не зарегистрированная, и как колдует вообще не ведомо. Зато какие заговоры творит, закачаешься! Люди к ней чуть ли не в очередь выстраиваются. Федька вон с Алуфьевки, сорок лет, а все не женат был. А как к ведьме той наведался, так через месяц уже и окольцевался!

Анита для конспирации положила в корзинку пучок петрушки. Потом подумала и добавила еще базилика. Надо же так, чтобы и продавщица подобрела, и тащить потом не тяжело.

— А что ж она такое ему наколдовала? — вклинивалась в разговор девушка, протягивая торговке монеты.

— Кто ж его знает! — благодушно отозвалась та, ныряя рукой в карман фартука за сдачей. — Может, прибор его починила!

И она, довольная своей идеей, расхохоталась.

— Да нет же! — вклинилась ее соседка, — знаю я Федьку! Он же страшный как черт был, старый и седой. А тут вернулся — как помолодел на десяток, и чернявый, прямо хорош собой! Вот девки вокруг и забегали.

— Да что вы бабы треплете, про что не знаете! — возмутилась третья, одновременно предлагая Аните опробовать свои «сахарные» помидорчики. —Зелье она ему продала приворотное, вот и всего делов! А волосы он себе в цирюльне натемнил! Берите мисс мои томаты, а я вам Федькин адресок выпишу, сходите и сами поглядите. Не стал он красавцем, вот ей-ей не стал!

Адресок мог бы пригодиться, так что пришлось Аните прикупить еще и пяток громадных розовых помидоров. Ну и в довершение ко всему — кольцо копчённой домашней колбаски Феню порадовать за труды. Тем более, хозяйка мясного лотка дополнила историю предостережением, что лучше бы к той ведьме не соваться. А то она из таких лесов, говорят, вышла, где и нога человека не ступала. Мало ли какая в ее зельях чертовщина, потом еще рога или копыта вырастут. Анита поблагодарила за советы и поспешила прочь с твердым решением: дать всем мальчишкам-разносчикам задание разузнать про эту дикарку как можно подробнее. Для Форсберга, конечно, и сама Анита, будучи эмигранткой, была странной. Но снаружи-то это не видно. А вот ведьма — крайне интересный объект для статьи! Может, даже взять у нее интервью? Или лучше репортаж с места? Нет, начать надо непременно с расследования! Что же она такого Федору накудесила, что всю его жизнь перевернула?

Кстати, про расследование. Погруженная в творческие планы девушка даже не заметила, как ее ноги принесли к месту пожарища. Площадка вокруг башни была оцеплена веревкой с красными лоскутками, сильно пахло гарью, а строение — снизу кирпичное, а со второго этажа деревянное, укоротилось почти вполовину. Внутри круга угрюмо прохаживался постовой. Толпы зевак уже схлынули и ему заняться было нечем. Анита достала самолично отпечатанную карточку, на которой значилось: «Мисс Анита Мелроуз. Редактор газеты «Магическое шило». И изящно просочилась внутрь территории, чуть приподняв ленту.

— Любезный! Я редактор газеты, буду освещать сегодняшний инцидент. Вы мне что-то по нему расскажите, или мне самой пока осмотреться?

Девушка хорошо знала, как печатный документ и непонятное слово «магически» влияет на всяких служащих, вызывая в них желание тут же оказать содействие. Хотя… Если не врать, на карточку было наложено и очень слабенькое заклинание, способствующее улучшение настроения того, кто на нее смотрит. В случае чего, такое воздействие не являлось противозаконным.

— Да-да, проходите, — встрепенулся охранник. — Что вам рассказать? Возгорание началось на самой верхней смотровой площадке. На башне в тот момент никого не было, так что и пострадавших нет.