Где ломается реальность

ЭПИЛОГ 3 — “ЗАБОТА О СЕБЕ”, В СТИЛЕ АКАРИ

эпилог 3

ЭПИЛОГ 3 — “ЗАБОТА О СЕБЕ”, В СТИЛЕ АКАРИ

Лес за пределами разрушенного храма. День клонится к вечеру.

Акари идёт, оставляя за собой след крови, будто метки, которыми хищник помечает территорию. Она не спешит. Терпеть боль она умеет — слишком хорошо.

Через несколько минут она находит то, что ей нужно: заброшенную сторожевую хижину, частично обрушенную, но с крышей и водой поблизости.

Она заходит внутрь, пнув дверь так, что та едва держится на петлях.

1. Осмотр повреждений — как инвентаризация товара

Она кидает ножницы на стол, с хрустом садится, разрывает остатки одежды и смотрит на своё тело так, будто это не она, а подопытный объект.

Оценивает. Спокойно. Методично.

Ушибы → ничего страшного.

Рваные раны → неприятно.

Трещина в рёбре → раздражает.

Нога, вывернутая не туда → требует «коррекции».

Ногти, содранные во время удара ← раздражает сильнее.

Микроразрывы мышц от «Режима а» → как цена за хорошую работу.

Она кивает, будто проверяет список покупок.

Акари (спокойно):

— Ничего смертельного.

— Значит, можно не торопиться.

2. Ремонт тела… вручную

Она ставит ногу на место.

Без подготовки. Без спирта. Без перерыва.

Просто резким движением — хрясь.

Она не кричит. Даже не морщится.

Акари:

— Не ной.

— Ты переживала и хуже.

Она бинтует рану полосами от своего же плаща. Не ради гигиены. А чтобы мышцы держались, пока не срастутся.

3. Дезинфекция, как пытка… только для самой себя

Она зажигает огарок свечи, находит металлическое лезвие, нагревает его.

Когда оно краснеет, она прижимает его к глубокой ране на плече.

Звук — отвратительный.

Запах — хуже.

Человека бы вывернуло.

Акари лишь слегка втягивает воздух.

Акари (стиснув зубы, но без эмоций):

— Тихо.

— Я знаю, что больно.

— Значит — правильно делаю.

Она обрабатывает так каждую рану, будто проводит ритуал.

4. Вода — не для питья, а для смывания лишней крови

Она выходит к ручью.

Становится на колени.

Ополаскивает руки, лицо, грудь.

Вода холодная. Но она привыкла.

Смывает засохшую кровь.

Камни под водой розовеют.

Её отражение — разбитое, истощённое, с растрёпанными волосами и трещинами на коже — смотрит на неё.

Акари усмехается.

Акари:

— Ужасно выгляжу.

— Значит, хорошо сработала.

5. Еда — как топливо, не как удовольствие

В хижине она находит маленькую кладовую.

Черствый хлеб. Вяленое мясо. Что-то в банке, что лучше не нюхать.

Она ест мясо. Просто и быстро. Не смакуя.

Еда — это лишь энергия.

6. Отдых — не сон, а перезагрузка системы

Она ложится на жёсткую кровать.

Не закрывает дверь.

Не прячет оружие.

Ножницы кладёт на грудь, как талисман.

Дышит медленно.

Перед тем как провалиться, она шепчет:

Акари:

— Восстань только, Архетип.

— Не заставляй меня искать тебя слишком долго…

Её глаза закрываются.

На её лице — не спокойствие. Не страх.

А предвкушение.