Где мои крылья?

Глава 13

За окном барабанил жуткий ливень. В воздухе пахло сыростью. Обожаю этот запах. Он такой живой и настоящий, запах природы, запах дождя. Я вдохнула полной грудью и уставилась в открытое окно. Послышался стук входной двери, я вышла с комнаты и спустилась вниз.

- Привет, мам. – Промокшая она прошла в гостиную, я направилась за ней.

- Привет, Эмилия. Как прошли ваши поиски? Я слышала, там что-то стряслось. – Я закатила глаза, вспоминая.

- Такие глупости. Мы ходили, искали по лесу барби, то есть Элис и тут услышали жуткий крик. Мы перепугались все до чертиков просто. Ну, представь эту ситуацию. Мы все, как сумасшедшие побежали в сторону крика. И что ты думаешь? Это идиотка Шерон! На неё жук сел и из-за этого она пищала как ненормальная! – Мама посмеялась с этой ситуации. Но радости на её лице видно не было. – Что-то не так?

- Всё хорошо. Я пойду отдыхать. – Был уже поздний вечер, так что я не стала настаивать на то, чтобы услышать правду.

Вернувшись в свою комнату, я включила музыку и уселась на подоконник. Дождь стучал по крыше, и маленькие капли попадали на меня, через открытое окно. Мне вдруг резко стало так плохо. Все мои чувства к Стивену вырвались наружу и, будто, я только сейчас осознала, что он бросил меня.

Невинная слеза скатилась по моей щеке, я её поспешно вытерла, но уже было бессмысленно. Одна за одной они начали скатываться по моему лицу. Сердце сжималось от боли. Теперь я реву. В животе закололось, будто все мои бабочки вмиг решили вылезти оттуда. От боли я упала на пол и так сидя в позе эмбриона, сидела и плакала. Я не хотела чувствовать это. Он был для меня всем и ушёл. Кинул меня одну. А я такая глупая бросилась в кровать другому. Господи, что же я наделала. Я схватилась руками за голову. Боль становилась сильнее, вспоминая наши счастливые моменты. В память врезались наши поцелуи, прикосновения, такие нежные, полные любви. Его лицо стояло прямо передо мной, и я не могла его поцеловать. Я не могла его обнять. Какое же это безумие, когда ты не в силах быть рядом с тем, кого любишь.

Я не понимаю, не понимаю, почему он так легко ушёл. Почему он бросил меня? Ведь, мы были так близки. Мы понимали друг друга без слов, у нас были свои шутки, свои истории, которые не понимал никто. Как он смог, после всего волшебного, что между нами было просто так взять и уйти? И наконец, как он смог настолько заполнить собой мой мир, что без него он совсем опустел?

В груди образовалась черная дыра. Я чувствовала это каждой клеточкой. Я чувствовала, как моё сердце разрывается на мелкие кусочки. Я отдала ему свою любовь, отдала своё сердце. И в этот миг оно было разбито. Я сморщилась, потеряла самообладание. Горе затопило меня, я вцепилась ногтями в кожу и перестала беспокоится о физической боли, которую причиняла сама себе. Горе поглотило меня, терзало моё сердце, внутренности и голову, тащило на дно, и это было невыносимо. Я, правда, думала, что не вынесу этого.

Каждая клеточка моего тела помнила его прикосновения. Я помню как он своими нежными и одновременно крепкими руками прижимал меня к себе, помню, как его влажные губы целовали мои. Тогда мне казалось, что он с такой трепетностью прикасался ко мне, будто боялся сломать. Вдруг мне стало невыносимо дышать, дышать воздухом, буквально пропитанным его запахом.

Я поднялась на ноги, еле удерживая адекватно свой вес и рванулась к входной двери. Мне срочно нужен был свежий воздух. Воздух, в котором не чувствуется его присутствия. Мои ноги судорожно вынесли меня на улицу, дождь моментально обволок меня собой. Я стояла под ливнем, тяжело дыша, чувствовала, как моя одежда постепенно промокает. Расправив руки в стороны, я подняла лицо вверх и вдыхала свежий воздух, наполняющий мои легкие. Слезы лились по щекам вместе с каплями дождя.

Моё сердце, моя душа разрывались на куски. Я чувствовала эту боль настолько остро. Она была самой настоящей, это была не душевная боль, она уже успела перерасти в физическую. Хотелось кричать, бежать, куда глаза гладят, лишь бы сбежать от неё. Но здравый смысл говорил, что от неё не убежать.

Постепенно моё учащенное дыхание приходило в норму. В последний раз, тяжело вздохнув и закрыв глаза, я опустила руки и упала на землю. Щупая под собой влажную траву и ощущая запах сырости, я приходила в себя. Слезы перестали литься ручьем и, вскоре, по моим щекам стекал лишь дождь. Но боль никуда не ушла, я чувствовала её, так остро, что забыть о ней невозможно. Она будто рукой дотрагивалась до каждой частички моей души. Ноги пекли от попадающей на них воды, я опустила взгляд вниз и увидела, что на них красуются длинные царапины от моих ногтей. Проигнорировав это, я продолжала сидеть под проливным дождём, несмотря на то, что начала замерзать.

Спустя пол часа я набрала себе горячую ванну для того, чтобы согреться, хотя у меня это не получилось. Я укуталась в одеяло, веки тяжелели, и я медленно погрузилась в глубокий сон.

Открыв парадную дверь, я прошла в школу. Утром из последних сил уговорила саму себя все таки пойти в это ужасное место. Я шла по коридору и заметила, что что-то не так, оглядываясь, я осознала, что все вокруг меня бросают на меня жалостливые взгляды и переговариваются. Сначала, мне показалось это странным, но я ускорила шаг по направлению к классу.

Когда я зашла в кабинет, то увидела Стивена. Мне кажется, в тот момент я забыла, как дышать. Только я хотела к нему приблизиться, как за меня это сделала Шерон, она обвила свои руки вокруг его шеи, начала страстно его целовать и он отвечал ей на поцелуй. В горле застрял огромный ком, мне стало невыносимо смотреть на это. Как они могут при мне так спокойно целоваться. Я начала кричать, но никто не реагировал на меня. Тогда я подошла к Стиву и начала бить его кулаками по спине. Но он будто вообще не видел меня. Вдруг вокруг все исчезли и в классе остались только мы втроем. Шерон садится на парту и расстегивает блузку. Стив, раздвигая ей ноги, целует её грудь. Я начинаю истерически плакать и, хватаясь за голову, опускаюсь на пол. Я кричу, я реву, но они не обращают на меня внимания, а всё больше раздевают друг друга.