Где начинается отпуск

Часть 4. Пляж, обгоревший нос и сюрприз.

И как только Вика всерьёз решила отдыхать, что-то действительно сдвинулось. Не в тектоническом смысле — хотя кровать слегка покачивалась при смене положения тела — а внутри. Где-то в районе того места, где обычно копится тревога на тему: «Я отдыхаю неправильно. Я не там. Я не с теми. И, возможно, я вообще не отдыхаю, а просто выживаю в отпуске.»

Теперь же Вика позволила себе просто быть. С носом, поджаренным солнцем, с пучком волос, который живёт по законам средиземноморского климата, и с ощущением, что можно никуда не спешить. Можно идти по пляжу босиком, в лёгком платье и с ананасом в руке, как будто именно так ты и выглядишь у себя в душе — всегда.

Хотя началось всё, конечно, с барахолки.

— Если нет багажа — значит, есть повод обновить гардероб, — философски заметила Вика, шагая вдоль ржавых вешалок под навесом из пальмовых листьев, которые угрожающе скрипели на ветру.

Там она и нашла его — купальник мечты. Верх — розовый, низ — мятный, посередине — фламинго, криво смотрящий в сторону и надпись "Hot like mojito". Размер был «примерно», но он как будто обнял Вику и сказал:

«Давай сделаем это лето запоминающимся».

На пляже песок был настолько горячим, что по нему приходилось идти с грацией ниндзя, прыгая от тени к тени. Зато вода — прозрачная, как чистая совесть, и тёплая, как ванна в хорошей гостинице. Не в той, где Вика жила. В другой. Воображаемой.

Этот день прошёл, как на открытке: солнце, пальмы, манго, ветер, кокос, ещё один кокос, внезапная мысль о смысле жизни, и снова кокос — для счастья.

А на следующий день… случилось великое обугливание.

Нос, несмотря на панаму, солнцезащитный крем и Викину надежду на чудо, решил предать хозяйку. Он покраснел, припух и стал походить на варёный креветочный хвост. Губы чуть обветрились, а взгляд приобрёл ту самую томную поволоку, как будто она не туристка в третьем ряду лежаков, а актриса из рекламы духов.

— Зато теперь я хотя бы выгляжу, как будто мне здесь нравится, — утешала себя Вика, размазывая по носу очередную порцию йогурта (совет местной бабули, очень авторитетной, судя по количеству браслетов на её запястьях).

К тому моменту Вика уже была знакома с Рикардо.

Он был официантом, баристой, человеком-оркестром и, по совместительству, поставщиком пирожных «от шефа». Кажется, он вообще знал всех и всё: кто с кем развёлся, почему в соседнем отеле отключили свет, и у какой пальмы живёт ящерица с характером.

Каждый вечер он приносил Вике десерт — то кокосовый торт, то миндальный торт, то какое-то безумие с маракуйей и словами «Попробуй, ты забудешь всё, даже как тебя зовут».

Она не забывала, но действительно расслаблялась. Рикардо рассказывал истории — с жаром, жестами и страстью, будто это не просто байки, а сцены из большого сериала, где он и автор, и актёр, и зритель.

А потом... произошло маленькое чудо.

— Синьора Вика! — однажды он подскочил к её шезлонгу, размахивая листочком бумаги, как флагом победы. — Есть новости из цивилизации!

— Что, наконец-то придумали SPF для носа, который работает? — сонно пошутила она, переворачиваясь с бока на бок, как подрумянившийся пирожок.

— Ваш чемодан нашёлся!

— Вернулся? — Вика приподнялась.

— Не совсем… он решил еще немного пожить в Будапеште. Видимо, влюбился. Мы договорились, что он пришлёт вам открытку.

Вика засмеялась так громко, что даже Лучано, сбился с ноты.

И вот — вместо ожидания багажа, она пошла и купила себе вещи.

Платье — цвета неба перед грозой. Мягкое, струящееся, с запахом апельсиновых корок.

Панамку — с рисунком крошечных рыбок, которые смотрели в разные стороны, как будто спорили, куда плыть.

Сандалии — на два размера больше, но «зато не жмут», как сказала продавщица по имени Паула.

И книгу - с местными рецептами. На английском.

Сначала она взяла её просто потому, что на обложке был ананас в очках. Но начала читать… и втянулась.
То ли стиль у автора был такой добрый, как у бабушки, то ли Вика уже настроилась на местную волну. Но она засиделась с этой книгой на балконе до темноты, под трели геккона и под шум вечернего прибоя, доносившегося с пляжа.

И вот тогда, сидя в панамке с рыбками, в платье цвета неба и с шоколадным пирожным в руке, Вика подумала, что этот отпуск получился лучше, чем она могла запланировать.

Не потому, что всё пошло идеально. А потому, что она наконец перестала ждать идеального. И стала видеть настоящее.