Где начинается радуга?

Глава 21

"Не забудь, Малахит, сегодня ты моя!"

Когда у девушки ухажеры, ей обычно присылают милые сообщения с банальным «Добрым утром». А не с предупреждением. Для меня больше напоминающее угрозу.

Уровня: не смей сбежать. А то поймаю.

Не нравится мне это. Совсем. Нужно ограждаться от Матвея. А то в следующую поездку не замечу как привезут домой знакомиться с родителями. Тогда все будут думать, что мы действительно встречаемся.

Хотя кому я вру. Мне больше волнует, что об этом может узнать Глеб. Только вот проблемочка выскочила откуда не ждали. Моему однокласснику оказалось плевать. Пока я ломала голову как ему написать, чтобы наша переписка возобновилась. Он встречался с какой-то девушкой.

Как же ревность убивает.

Плюхаюсь в кровать и кричу в подушку. Устала. В соседней комнате громко разговаривает Света. В другой слышу Любочку и ее визгливый голосок. Она заметила складку на своей юбочке и требует от матери перегладить.

– Конечно, Любочка, – пищит тетя Маша.

Фу, как противно. Такая грозная женщина, а пресмыкается перед детьми. Пометка! Взрослыми детьми. Уже на втором или даже третьем курсе университета.

Соскакиваю пока не начну жалеть себя. Джинсы, кофта, сумка. Краситься в школу не хочу. А уход за кожей сделала рано утром. Чтобы не встречаться в ванной с родственниками, я встаю рано утром. Умываюсь, принимаю душ, глажу одежду если нужно. Делаю завтрак и ухожу в комнату досыпать. Или доделывать домашнюю работу.

Спешно перепроверила телефон, а там кроме висящего сообщения от Матвея ничего не было. Удаляю. Мне неприятно на него смотреть.

Что-нибудь с парнем придумаю. Может отвяжется.

Вылетаю незамеченной из дома. Погода приятно холодит. Ноябрь на юге приятнее, чем у нас там. В этом месяце солнце не греет, ветер сильнее дует. Но нет смеси снега, дождя и мороза.

Но еще мне нравится здесь – это воздух. Морской воздух другой. Его приятно вдыхать и он наполняет меня. И заряжает новой светлой энергией.

Возможно когда-нибудь я буду жить на море. Когда-нибудь, но не сейчас.

В школе я перехватываю Арину около кабинета литературы. Сейчас будет мой адский урок. Соседка заинтересовано вчитывается в книгу, а я как-то отстранено смотрю на одноклассников. Матвея нет. Он часто опаздывает на первый урок. А Глеб сейчас провожает сестру. И Рустам с ним.

Аня привалилась к стенке, слушая в наушниках музыку. Она трясла голову в такт. И судя по ритму это был рок. На ее стройных ногах висели потертые джинсы. Вся ее одежда чаще была без размерной. И если кого-то она полнила, то ее делала изящной. Только ее характер не позволял подпустить к себе парней. Но Аню я заметила постоянно провожают заинтересованными переглядками. Все, кроме одного.

Саша только поднялся к кабинету как взглядом тут же нашел свою «мучительницу». Он постарался слиться со стеной и отгородиться ото всех книгой по физике.

Я с интересом за ними подглядывала. Вот значит как. Он от нее, а она?

Аня приоткрыла один глаз и уставилась на то место, где сидел Саша. И направилась к нему.

– Саня, а ты чего не здороваешься, – пропела она и упала к нему на колени.

Это действие привлекло внимание всех.

– Аня, слезь. На нас смотрят, – прошипел покрасневший парень.

– А если не хочу, – с улыбкой проговорила она приближаясь к нему.

Вокруг них словно появился невидимый кокон.

Я во все глаза смотрела на них и что-то во мне болело.

Неужели зависть?

Я тоже хочу такого?

Сесть на колени парню и также флиртовать на грани. Также быть в невидимом коконе с ним.

Или только с одним?

Звонок и требовательный голос Маргариты Геннадьевны.

– Гордеева, что ты опять устроила! Быстро слезай с Воропеева.

Аня оглянулась на учительницу, но в ее глазах не было ни страха, ни наглости. Ей было по боку, что их застали в такой ситуации. Что не скажешь про Сашу. Он нервно взглатывал и уши его покраснели. По нему можно предположить, что он бы давно сбежал.

– Тебе повезло, – пробормотала Аня и скатилась с колен. – Можем идти в класс?

С издевкой уточнила у учительницы девушка и проскользнула первая в кабинет. Одноклассники перешептывались и проходили мимо женщины. Которая пыхтела и краснела, но по какой-то причине молчала.

Я подошла к двери, когда кто-то мне толкнул в спину и прошипел.

– С дороги, сиротка.

Сестрица вырвалась вперед, а за ней блогерши. Они переступали порог, словно выходили на красную дорожку. Но помочь они мне не собирались.

Чертовы кинодивы.

– Чего это она? – подскочила ко мне Арина. – В открытую войну устраивает что ли? На нее не похоже.

– Это не война. Это подножка. С кем не бывает.

– Ага, – с недоверием смотрит на меня подруга и продолжает. – А чего тогда у нее выражение лица такое, словно у нее в руках нож для резки мяса.