Где начинается радуга?

ЭПИЛОГ

POV Глеб

Этого не может быть!

Я не могу поверить в то, что видел. Я не мог этого увидеть.

Зачем она тогда звала меня? Чтобы я посмотрел, как они развлекаются?

А сейчас я нахожусь тут, а они тем временем занимаются любовным спортом! Получается так?

Сжимающиеся слишком крепко руки ломают деревянные перила. Я бы сейчас с удовольствием выбил кому-нибудь дурь. Как бесплатное лечение. Только каким должен быть диагноз, чтобы его лечили чужие кулаки. Возможно дурость другого парня, который посмел прикоснуться к чужой девушке.

Пытаюсь совладать с яростью, но не могу.

Мне нужно взять себя в руки и вернуться туда. Выдернуть из рук Мрака Ксюшу и поговорить. Это будет правильно.

– Глеб!

Нет, черт возьми, рано! Никто не должен ко мне подходить сейчас. Я слишком зол. Ревность во мне слишком велика.

Я хочу убить Мрака своими руками. За то что касался моей Ксюши. За то что смотрит на нее постоянно. За то что хочет мое.

Он не смеет!

– Глеб, – тоненький голосок влюбленной в меня девчонки бесит. Арина должна уйти от меня. Я слишком зол.

– Глеб, – Арина затравленно посмотрела на меня и виновато опустила голову. – Ты не должен был видеть этого. – А то я не знал. – Но Ксюша… она обманывала тебя. Часто виделась с Матвеем за твоей спиной. Она говорила, что с тобой ей уютно. А с ним удобнее. Но сейчас он заставил ее сделать выбор между вами.

Меня захлестывает ярость.

Гребаная ревность сжирает все. Оставляя лишь прожженную тропу к самому сердцу.

Слова Арины наполнены сочувствием и не верить мне: нет причины.

Но ревность… разве не это чувство раздавило отношения моих родителей. Моя мать своей истеричностью и чрезмерной ревностью убила чувства отца. Ее дочь не дополучила любви, потому что она ревновала дочь к мужу. А потом перенесла все на сына. Она сменила объект своей привязанности.

Истеричность. Ревность. Отсутствие здравомыслия.

Они уничтожили мою семью.

И я что ли сейчас позволю – этой убийственной ревности, все разрушить.

Думай, Глеб! Думай!

Где не сходится?

Матвей не стал бы ждать. И первый бы переспал с Ксю. А тогда я был первый у девушки.

И Ксю…

Почему такое чувство словно меня повели за веревочку. И до сих пор ведут.

Черт, как болит голова!

Сжимаю руками виски и чувствую как к плечам прикасаются маленькие ладошки.

– Глеб, отпусти ее. Ты заслуживаешь ответную любовь. Ты умеешь так сильно любить, что не видишь пороков. Я могу…

Она замолчала.

Ее слова сломали что-то внутри меня. Сомнение.

Но в чем?

Чему я могу сейчас доверять?

Себе? Ксюше? Или Арине?

Где я облажался, чтобы такое вообще произошло в нашей жизни.

– Иди домой!

– Но?

– Иди домой, – твердо произношу и встаю.

Ей не нужно этого видеть.

Захожу в квартиру, где вечеринка не угасает. А наоборот набирает обороты.

Подхожу к комнате, и слышу – стоны.

Женские и мужские. Скрип кровати.

Это Ксюша?

Хочу ворваться и убить всех… но тогда я стану сыном матери. Позволю ревности возобладать надо мной. Управлять мной.

Отхожу и жду. Они закончат и тогда посмотрим. И поговорим. Тогда факт измены будет на лицо.

Проходит час.

Я в недоумении, но держусь. Вижу как открывается дверь и замираю.

И оттуда выходят Бельков со Снегиревой. Что за…?

– Олег?

– Оу, Глеб. Ты в очереди что ли? А с кем собираешься? Только не говори что с рукой?

– А Мрак где?

– Не знаю. Я давно его не видел.

Срываюсь.

Что это значит. Либо они за десять минут устроили марафон пока меня не было. Или…

Останавливаюсь около Рустама. Он мог заметить.

– Рус, ты видел Ксюшу?

– Твою что ли? – лениво поворачивается ко мне и ждет ответа.

– Видел или нет?

– Больше часа назад. Уходила с мертвым лицом. Бледная. Подумал еще, что заболела.

– А Марков?

– Он вроде за ней бежал. Но злой.

Выбегаю на улицу. Куда бежать за Ксюшей или к Матвею на разговор.

Но звонок, который пропускать нельзя, прерывает мои метания.